Его невыносимая невеста - Натали Палей

в министерстве финансов Бирнаи, сэр! Но пока я всего лишь студент Бирна! Четвертого курса!

— Уверен, у вас все получится, милорд, — сдержанно отозвался дед и вновь попытался обойти Роджера, который… вновь заступил нам дорогу и вдруг уставился на меня, словно только что заметил.

В глазах Оллина застыло явное раздражение.

— Мисс Уэст, вы не против, если я переговорю с милордом Норэтом без свидетелей? Наш разговор не для нежных женских ушей.

Последняя фраза прозвучала довольно грубо, словно Оллин хотел сказать: не для глупых женщин!

После этих слов друг бесцеремонно оторвал меня от опешившего от такой наглости князя Норэта, подхватил того под локоть и попытался увлечь за собой.

— Сэр… — Голос князя стал ледяным и будто стал крошиться ледяными крошками. Дед словно врос ногами в пол бального зала, и лично меня обдало холодом с ног до головы.

— Ваша светлость, очень хотелось бы узнать мнение столь просвещенного человека относительно решения нашего министра финансов установить золотой стандарт, — приглушенно, но твердо прервал его Роджер и с мольбой в глазах заглянул в строгое аристократическое лицо. — Лорд Глостер таким образом собирается бороться с растущей в нашем королевстве инфляцией. Но, знаете ли, я невероятно беспокоюсь…

— Молодой человек… — князь все больше бледнел, с трудом сдерживая эмоции.

— Да, я знаю, что в Кэрнии вы давно уже установили золотой стандарт. Но то Кэрнийская империя, в которой финансовую реформу проводит один из умнейших людей нашего времени! Вы, сэр! А нашего министра недавно застукали с любовницей! Вы представляете, чем забита его голова? Кстати, вы слышали об этом вопиющем скандале?

Никогда ещё я не видела в чьем-либо взгляде столько еле сдерживаемой ярости, которая сейчас плескалась в темных глазах князя Норэта.

25.3

— Нет. Не слышал, — процедил мой родственник.

Мрачное выражение лица князя Норэта вдруг изменилось на моих глазах. По нему будто рябь прошла, а затем — ни ярости в темных глазах, ни крепко сжатых тонких губ, ни играющих желваков на окаменевших скулах.

Просто высокомерное выражение, нечитаемый взгляд. А я… внезапно снова обрела способность двигаться.

Наши взгляды встретились. На мгновение. Но в глубине глаз, так похожих на мамины, я различила угрозу. На несколько секунд меня вновь парализовало, а после оковы снова спали. Меня предупредили?..

— Ваша светлость…

Не знаю, как меня не раскрутило на сто восемьдесят градусов при звуке голоса Ричарда. Спокойный, сухой, с ноткой вежливого и искреннего удивления… Он раздался совсем рядом со мной, а меня затопило облегчение.

— Вы вернулись. Что-то забыли?

Вероятно, князь Норэт редко попадал в подобные двусмысленные ситуации. Но способность носить невозмутимую маску при плохой игре у него была развита великолепно.

Дед уже не смотрел на меня, но, видимо, все же настороженно ждал, начну я обвинять его или нет. Соответственно, разразится международный скандал либо нет.

После вопроса Ричарда прошла секунда. Другая…

Встретилась глазами с Роджером. В карих глазах друга застыло еле заметное облегчение. И настороженность. Оллин тоже ждал. А ведь друг сделал все, чтобы остановить меня и князя без скандала, вдруг озарило меня.

И мой благородный жених столько предпринял мер, чтобы сегодняшний день прошел безупречно, и чтобы никто не смог навредить моей репутации…

Если сейчас я заявлю, что князь Норэт применил ко мне магию принуждения и повел непонятно куда, скандала не избежать. Только вот чем в итоге он завершится? Смогу ли доказать свои слова? Не обвинит ли князь меня во лжи и мании преследования? Тем более, смутная догадка о природе магии принуждения Норэта говорила о том, что об этой способности деда мало кто знает. Подозревала, что мама точно знала. И на себе тоже испробовала её применение. Возможно, не раз.

Значит, князь, скорее всего, обвинит меня во лжи. Начнется расследование. Наш король вмешается…

Все эти мысли пронеслись в моей голове всего за несколько мгновений, подгоняемые импульсом бодрости, который я себе отправила. И я приняла решение промолчать. Но после ухода князя осторожно обо всем рассказать Ричарду. Честон должен знать, что у князя Норэта в отношении меня, как оказалось, есть собственные планы. Причем церемониться со мной он не собирался…

— Да, вернулся, — медленно отозвался дед, который понял, что я не собираюсь его обвинять. — Забыл о важном действии, которое собирался совершить и не совершил. Я хотел лично пригласить вас, ваша светлость, и вашу очаровательную невесту, на празднование своего юбилея и передать портальный камень, который обеспечит вам беспрепятственный переход сразу ко мне во дворец.

После этих слов князь, действительно, достал из кармана сюртука небольшой бархатный мешочек и с легкой улыбкой передал его Ричарду.

— Когда состоится это радостное событие? — уточнил Честон, искусно скрывая удивление.

— Уже через неделю.

— Почту за честь, ваша светлость.

— Буду рад видеть вас, герцог.

— Ваша светлость, — Роджер выступил вперед и низко поклонился. — Позвольте и мне навестить вас в ваш торжественный день, чтобы выразить свое почтение и восхищение.

— О, сегодня вы его достаточно выразили, милорд, — сухо отозвался дед, наградив друга таким ледяным взглядом, что, если бы Роджер, действительно, являлся поклонником министра финансов Кэрнии, сейчас от разочарования ужасно расстроился бы.

— Я бы сказал: «с избытком», — сухо кивнул князь, тем самым прощаясь с Оллиным.

Князь Норэт умел отказывать. А Роджер умел играть роль до конца.

— Вы не сказали мне свое мнение, сэр, по поводу политики золотого стандарта. Я переживаю. За Бирнаю. — Друг низко поклонился, скрывая выражение лица.

— Золотой стандарт вытащит вашу страну из инфляции, сэр. Не переживайте так сильно.

Глава 26.1

Магия саламандры

На следующий день в Бирне я снова стала главным героем разговоров студентов всех факультетов.

Но в этот раз я уже стала равнодушной к повышенному вниманию, — слишком много других потрясений в последнее время случилось в моей жизни.

Стоило выйти из экипажа Мейсонов, как целительницы моего Дома окружили меня и закидали вопросами. Причем девушки напрочь забыли, что они леди, об этикете и правилах поведения, которые с детства каждая из них знала наизусть.

Я встретила выразительный взгляд Эммы, по губам которой скользнула понимающая улыбка. — Благодарю…

— Для меня тоже оказалось неожиданностью узнать, что во мне течет древняя кровь рода Гвинэра…

— Конечно, рада…

— Лорд Честон тоже в восторге…

— Их величества пока не говорили