Худший финал для ведьмы - Мэри Кенли

других. Людям не нужна правда, но им нужна прекрасная легенда о любви, добродетели и возвышении. И, получив такую сказку, мало кто заметит очевидные несостыковки. Ведь фальшь и лицемерие легко скрыть за счастливым финалом.

Я не могу винить в этом читателей, потому что сама угодила в такую ловушку… Сюжетные огрехи казались банальным недосмотром, очевидная удача героев — авторской ленью. Я будто не до конца связывала ту книгу с мрачной реальностью… И только теперь догадалась.

— Интересное место ты выбрал, Валентин. — я усмехнулась, оглядываясь на наточенные ножи. — Такое… Древнее и тёмное. Я чувствую, как гудит земля под ногами. Неужели ты нашёл новый способ, как выжать из меня побольше силы?

А иначе зачем он привёл ведьму в такой храм? Казнь злодейки желательно совершить перед Советом Праведных, но император выбрал отдалённое место. Место, пропитанное кровью… Здесь нет гильотины, нет виселицы. Есть только алтарь и острые ножи.

Это не похоже на обычную казнь. Это смахивает на классический сюжет ведьмы и инквизитора.

Валентин равнодушно пожал плечами и произнёс:

— Неважно, Элайза. Ты всё равно умрёшь сегодня.

Он дал знак Арею, призывая того подойти ближе и выбрать оружие.

— Ты сделал из возлюбленной злодейку, а из верного рыцаря — палача. — я хрипло рассмеялась, стиснув зубы. — Что за прекрасный принц…

— Каждый из нас выбирает свою судьбу. — чуть слышно ответил он, отступая в тень. — Я свою избрал.

Каждый? Я вновь рассмеялась, пожав плечами. У меня не было выбора! Просто закинули в тело ведьмы и поминай как звали. С самого начала этот мир желал мне смерти, но теперь… Его желание вот-вот сбудется.

А я не хочу умирать. Мне, на самом деле, нравится эта жизнь. Какой бы сложной и (порой) печальной она не была. В прежнем мире я часто тосковала, но правда в том, что… Родители желали мне счастья. Даже в тот момент, когда мы ссорились и не понимали друг друга.

Мама и папа представляли счастье по-своему, но они бы точно не хотели, чтобы я погибла вот так. Поэтому мне остаётся… Бороться до последнего вздоха.

— Не надо. — прошептала, увидев клинок в руках Арея. — Пожалуйста, не надо!

Я помню, что в той истории рыцарь был благородным. Не таким лицемерным, как Валентин… И, наверное, глупо полагаться на оригинал, но что мне остаётся? Только смотреть ему в глаза, отчаянно надеясь на спасение.

Арей нахмурился, коротко оглянувшись на императора.

— Это необходимо для всей страны. — веско сказал Валентин. — Её страдания принесут нам процветание.

Рыцарь толкнул меня на алтарь, натянув цепи до лёгкой боли. Я продолжала смотреть ему в глаза, практически не моргая. Зрение помутнело, расплываясь в ярких бликах наточенного клинка, а потом… Арей вдруг остановился. Рыцарь тяжело дышал, так и не опустив оружия.

— Ваше Величество, я не… Я не могу. Это неправильно.

— О чём ты? — Валентин нахмурился. — Уже забыл, что она сделала? Все эти смерти, несчастья… Твой лучший друг погиб от пепельной скверны!

Арей застыл. Его руки напряглись, крепко ухватившись за рукоять.

— Я ненавижу ведьму. Вы и сами это знаете, господин, но… Вот так убить безоружную женщину?

— Ты же воин. — процедил сквозь зубы Валентин.

— Но я не палач! — Арей отступил в сторону, выронив клинок. — Она… Я не могу смотреть ей в глаза. В ней будто совсем нет ненависти!

Я негромко вздохнула, пытаясь сползти с алтаря. Не думаю, что его милосердие продлится слишком долго, так что… Мне нужно спасаться любыми способами!

Но Валентин уже подошёл к жертвеннику, не сводя с меня ядовитого взгляда.

— Ты столько раз помогал мне, Арей… Я и не думал, что ты подведёшь в такой ответственный момент.

— Я приму любое наказание, господин. — рыцарь опустился на одно колено, склонив голову.

А император… Медленно поднял оружие с пола.

— Неважно. В конце концов, Тирания была права: лучше сделать всё самому.

Я даже дёрнуться не успела — Валентин сжал мою шею, впиваясь пальцами в кожу. Другой рукой он держал наточенный клинок, примериваясь для первого удара…

— Не вини меня, Элайза. — произнёс он чуть слышно, а я зажмурилась, хватая губами воздух.

В тот момент… Храм вдруг содрогнулся. Таинство Азуров затрещало изнутри, осыпаясь каменной пылью с потолка. Валентин ахнул, ослабив хватку, и тогда я изловчилась… Укусила его за руку.

Сильная пощёчина сбила меня на пол, и только цепи надрывно зазвенели, хлестнув по запястьям. Арей сорвался с места, обнажив меч. Он и остальные рыцари замерли у входа, а затем… Двери распахнулись. Бурный поток воды хлынул внутрь, резко сбивая с ног воителей. Брызги застилали взор, привкус морской соли на губах заставил меня изумлённо выдохнуть.

Там, в буйстве стихии… Изгибалось длинное змеиное тело. Серебряная чешуя, бездонные голубые глаза и вытянутая морда до боли напоминали одного Хранителя. Он припал к полу и вдруг обратился в человека. От прежнего облика остались лишь ветвистые рога с капельками воды.

— Монстр!

— Боги, о боги…

— Защищайте императора! — резко приказал Арей, сжимая эфес.

— Что ты такое? — выдохнул Валентин, не сводя настороженного взгляда с Кессара. — И как… Кто позволил тебе зайти в Таинство Азуров?

Хранитель надменно вскинул брови, а затем склонил голову набок:

— Его Величество, по-видимому, считает себя особенным… Ведь он убил всех наследников Аскании, не так ли?

Валентин помрачнел. Его лицо вдруг сделалось таким суровым, до крайности ожесточённым… Будто Азур вот-вот сорвётся.

— Говори! — закричал он, направив клинок на Кессара. — Говори, иначе я изгоню тебя обратно в бездну!

— Это я разрешил.

Я вздрогнула, приподнимаясь на локтях. Армин…? Нет, боже, только не Армин! Но именно он прятался за спиной Кессара, выступив против императора Аскании.

— Ребёнок? — Валентин поморщился, откинув пряди со лба. — Что за глупость…

— А ты меня не узнаешь, дядя император? Я никого тебе не напоминаю? — Армин не дрогнул под презрительным взглядом Азура.

Он смотрел на императора так смело и непокорно, что я испугалась. Мальчика могут и убить за такую дерзость!

— Ты? — Валентин рассмеялся, а потом вдруг застыл.

В глубине его алых глаз вспыхнуло что-то напряжённое и давящее.

— Арей, убери ребёнка. Вышвырни его из храма, а что до монстра… Монстр пришёл помочь ведьме. Его нужно убить.

Рыцарь непонимающе нахмурился, но всё же сделал шаг вперёд.

— Мой отец — Аврелий Азур, бастард императора Ильсиура. — чётко произнёс Армин. — Поэтому я могу зайти в храм Таинства! А моя мать… Элиша. Ты должен её помнить, император. Ведь именно ты приказал ложным целителям отравить её под видом «лечения» от проклятия.

Его слова эхом разнеслись по залу, погружая всех в странное оцепенение.