Попаданка в Академии элементалей - Лина Деева

Неся с собой на только смену времён года, но огромную перемену в моей жизни.

Эпилог

— А как же устав Академии? Который запрещает отношения между преподавателями и адептами?

В объятиях Редвира было тепло и безопасно. Положив голову ему на грудь, я слушала ровный стук сердца и не до конца верила, что всё происходит на самом деле. Как, когда? Ведь совсем недавно мы ждали друг от друга лишь всяческих подвохов, а теперь обнимались, словно хотели стать единым целым.

Пальцы Редвира, перебиравшие мои пряди, замерли.

— Придётся поберечься, — он хотел сказать об этом, как о чём-то незначительном, только я всё равно почувствовала прятавшуюся за словами бойцовскую сосредоточенность. — Когда мы с господином Нортоном обсуждали письмо вашего родителя, я упомянул свою, м-м, идею, как можно вас обезопасить. На что ректор, конечно, поморщился, но промолчал. Думаю, это хороший знак. И если подать нашу помолвку, как фиктивную, он посмотрит на неё сквозь пальцы. Главное, чтобы внешне все приличия строго соблюдались.

— Будет непросто, — вздохнула я, крепче прижимаясь к нему. Целых четыре года ходить по лезвию разоблачения — долго, очень долго. И отвлекаясь от мыслей о будущем, я сказала первое, что пришло в голову: — Хотя завтра утром мне наверняка покажется, будто всё это вообще приснилось. Я и сейчас не уверена, что не сплю. Как-то… стремительно всё.

— Не спите, — заверил Редвир, целуя меня в макушку. — А насчёт стремительности — думаю, нам обоим стоит поблагодарить господина Арса. Если бы не его желание распорядиться жизнью старшей дочери, вряд ли бы мы пришли к осознанию так скоро. По крайней мере, я.

У меня вырвался смешок.

— Тогда вы благодарите Арса, а я — Лира. За его слова о том, кого катают на спине драконы.

— Договорились, — усмехнулся в ответ Редвир. И после короткого молчания сказал: — А чтобы у вас не было сомнений в сегодняшней ночи и чтобы уже точно никто не смел посягнуть на вас… — Он слегка отстранился и, переплетя пальцы наших рук, посмотрел мне в глаза. — Ульяна Арсеньева, согласны ли вы принять мои искренние чувства и предложение соединить наши жизни от ныне и до посмертной Черты?

Сердце ударило набатом. Ох, как серьёзно! А я уверена? А может…

— Согласна. — Я боялась моргнуть, только бы не разорвать нить наших взглядов.

Редвир ободряюще улыбнулся мне уголками губ и торжественно произнёс:

— Тогда призываю в свидетели элементалей всех стихий — запечатлите наше обещание друг другу.

Четырёхцветное облачко окутало наши запястья — его правое и моё левое. Кожу пощекотало пёрышком, и облачко растаяло. Оставив после себя…

— Взгляните.

Я поддёрнула рукав и увидела на внутренней стороне запястья изящную печать — сплетённые лоза и молния, отдалённо напоминавшие буквы Р и А.

— Это обручальная метка? — выдохнула я, поднимая на Редвира взгляд широко распахнутых глаз.

— Да, — и он показал мне такую же печать на своей руке. — Теперь никто не принудит вас к замужеству — только если вы сами, по доброй воле решите расторгнуть помолвку.

— Или вы, — пытливо взглянула на него я.

Редвир отрицательно качнул головой.

— Нет. В моём роду мужчина выбирает спутницу жизни лишь единожды. Но, — поспешил прибавить он, — это не налагает на вас неснимаемых обязательств. Вы в любой момент можете отказаться, я ведь говорил…

Я обняла его, не дав закончить. Заглянула в лицо снизу вверх и без улыбки спросила:

— Надеюсь, вы не сильно огорчитесь, если здесь у вас не получится проявить благородство и самопожертвование?

Несколько ударов сердца мы молча смотрели друг на друга, а потом Редвир убеждённо ответил:

— Вообще не огорчусь, — и поцеловал меня так крепко, что все лишние мысли напрочь вылетели из головы.

А где-то над нами, высоко в небе весело подмигивала золотая звёздочка. Которая, конечно, не могла быть Солнцем, но всё-таки, всё-таки…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец