Девушка из снов (СИ) - Нита Вольская

благодарности. Ведь это ты меня наставила на путь истинный.

— Ммм. Лучше бы ты меня накормил.

— Так я за этим и пришёл…

Братец ловко подхватил меня на руки и понёс на выход.

Я брыкалась, повизгивала, уверяла, что ещё помню, как ходить, но Дриан упорно не отпускал. Смирилась, положила голову на плечо, и бессовестно доехала на благодарном родственнике до пункта назначения.

Так мы и ввалились в столовую: Дриан взъерошенный мной в процессе борьбы, а я заспанная, и смирившаяся с участью ноши. При этом оба довольные.

Со стороны стола раздалось тактичное покашливание, и мы дружно повернули головы. И замерли. Вернее, замер Дриан, который вознамерился донести меня до стула, но так и не успел. Хорошо хоть не уронил…

Глава 43. Точки над i

Рядом с Офелией сидел Тимран и смотрел на нашу парочку нечитаемым взглядом. Только играющие желваки предательски выдавали состояние хозяина.

Злится. И очень сильно. Я бы на его месте тоже злилась. Так, стоп. А по какому праву? Я не его невеста. Пусть блюдёт моральный облик Мираны.

В общем, во мне включился упрямый баран, который с надменным видом выдал:

— Здравствуй, Тимран.

Тот напряжённо кивнул и нахмурился, видимо не понимая, как вести себя дальше: сразу кидаться руку целовать или подождать пока меня приземлят, а может и вовсе обойтись без нежностей?

Офелия попыталась разрядить обстановку:

— Когда ты сказал, что пойдёшь поблагодарить Аналею, я себе это несколько иначе представляла.

— Так это уже не благодарность, а необходимость. Я теперь всегда буду её на руках носить. Так надёжнее. А то своими ногами она всё время ходит куда-то не туда…, — Дриан явно оправился от неожиданности, и балагурил, продолжив двигаться к цели.

Я возмущённо засопела, и брат «исправился»:

— А если честно, то она уже от голода ходить не может.

Незаметно ущипнула шутника, и он громко добавил:

— Ай!

Усадил меня на стул напротив Тимрана, сам занял соседний и заботливо спросил:

— Тебя покормить?

Попыталась расчленить его взглядом. Но не потому, что действительно на него злилась, а чтобы не встречаться с пристальным вниманием голубых глаз.

Дриан моим гневом не впечатлился и переключился на Тимрана:

— Не думал, что ты такой нетерпеливый. Когда я говорил, что ей нужно время, я имел в виду дни и недели, а не несколько часов.

Тимран выпад Одгужского проигнорировал, продолжая сверлить взглядом во мне дыру.

Слуга стал разливать в бокалы вино, и я поняла, что Офелия решила зайти с козырей — с разбегу нас напоить и расслабить. Опасное мероприятия, учитывая моё состояния. Поэтому тактично прикрыла бокал ладонью, не дав его наполнить спиртным. Налили сок.

— Давайте выпьем за то, что всё так хорошо разрешилось. У всех, — предложила хозяйка имения.

— Ещё не у всех, — неожиданно заговорил Тимран, всё ещё пристально глядя на меня. Чувствовала это кожей и старательно разглядывала сок в стакане.

— И всё-таки я предлагаю выпить и поужинать. Мы сегодня и так припозднились.

Выпили. Приступили к ужину. Дриан старательно за мною ухаживал. Тимран ел глазами. А Офелия следила за нашей тройкой.

Насилу вынесла тяжёлый взгляд графа и не подавилась. Как только отложила приборы и откинулась на спинку стула, Лерминаль встал. Поблагодарил Офелию и снова уставился на меня:

— Теперь мы можем поговорить?

Посмотрела на Офелию. Она кивнула.

— Тебя донести? — предложил довольный и сытый братец.

— Сам справлюсь! — рявкнул Лерминаль, и я испуганно на него посмотрела. Он что, тоже собирается меня на руках носить?

— Сама дойду. — сказала с максимальной твёрдостью, на которую была способна.

Вышли в сад.

Вдохнула полной грудью ночную прохладу, усмиряя сердцебиение.

Тимран молчал, я тоже. Не сговариваясь, пошли по тропинке. Ночь была звёздной, да и фонари освещали дорогу. И очень скоро мы вновь оказались возле памятной беседки.

Меньше всего сейчас я хотела находиться здесь. Всё вокруг напоминало о том памятном дне, когда рухнули мои надежды.

— Присядем? — предложил граф, кивком указывая на скамью внутри строения.

Мотнула головой. Не хочу окунаться в те воспоминания. Повернула назад. Сразу надо было отказаться от прогулки. Могли ведь поговорить в комнате для гостей.

Не успела далеко отойти. Налетел сзади как ураган. Подхватил на руки и понёс в беседку. Сопя сопротивлялась. Он так же молча прижимал к себе.

Занёс, поставил, но из объятий не выпустил. Упёрлась руками в грудь, стараясь максимально отстраниться.

— Лея, перестань сопротивляться, я тебя всё равно не отпущу. Уже раз сделал такую глупость, когда решил, что тебе этот купец нравится…

Ещё больше напряглась. Копаться в старом грязном белье вообще не хотелось.

— Ответь на один вопрос: ты ко мне всё ещё испытываешь те чувства, которые я у тебя вызывал в нашу первую встречу тут.

Хочу ли я его? Несмотря на то, что я знала о его помолвке, меня по-прежнему накрывало ощущениями. Каждое прикосновение отзывалось в теле миллиардами микровзрывов, пульсацией внизу живота и другими признаками сексуального возбуждения. Но это не значит, что я была готова согласиться на секс без обязательств.

— Твоей любовницей я не буду, Тимран. Уж лучше останусь старой девой.

— Такты обо мне думаешь? Ты решила, что я тебе предлагаю роль любовницы? На каком основании, Мари?

— А что ты ещё мне можешь предложить? Двоежёнство тут не практикуют. Да и не по мне такие отношения… И не называй меня так. Я больше не Марьяна. И уже никогда ей не буду…

Тимран молчал, силясь рассмотреть мои эмоции в бледном свете звёзд и фонарей. А я старательно тупила глаза и боролась с желанием провести руками по его груди вверх, запустить пальцы в волосы на затылке, прикоснуться губами к губам…

— Я люблю тебя, — вдруг признался он. — И мне не важно кто ты: Лея или Мари. Я просто хочу, чтобы ты была моей. Мне больше никто не нужен.

Зажмурилась и сжала руки в кулаки. Зачем он всё это говорит?

— У тебя есть невеста. Это ей ты должен говорить такие слова, не мне.

— Нет у меня никакой невесты. Отец подал прошение Гилбертам без моего согласия. И я никогда не смирюсь с этим, и не женюсь на Миране. Она это знает — мы уже обсудили. Тогда, в ресторане. Помнишь?

Лучше бы не помнила.

— И что, она так просто согласилась?

— Пока нет…

— Она никогда не согласится, Тимран.

— И не надо. Ей достаточно просто об этом знать. Главное, чтобы мой отец согласился отозвать прошение.

— И почему же он до сих пор этого не сделал?

— Сб читает, что это моя блажь, и я перебешусь, — мужчина