Тёмная леди - Маришка Вега

глаз течет, а не из носа, как у других людей?

Удивился я.

— Что вы прицепились к моей слизи? Откуда хочет от туда и течет!

— Я ни на что не намекаю, конечно, вы её хозяйка, сами распределяете имеющиеся ресурсы, — решил пошутить, чтобы она не думала, что я сержусь.

Девушка вдруг стала смеяться, потом опять плакать, а потом не знаю. Кажется, так выглядит истерика.

Я гладил её по спине. Хотелось сильно прижать и зацеловать, чтобы убедиться, что она тут со мной. Она спаслась, хоть и не благодаря мне. Потихоньку Франциска затихла.

Она робко подняла взгляд на меня. От её вида мне самому хотелось заплакать. Я не знал как выразить свои чувства, чтоб не напугать ее.

— Я извиняюсь, — шмыгнула она носом.

— Не надо, мне и так стыдно. Это ведь я не доглядел и вас похитили.

И я просто счастлив, что вы смогли отбиться от этого сумасшедшего.

— Никто не виноват. Хитрый он. Явно местный. Все знал и рассчитал. Только зачем ему я?

— Давай, мы это позже обсудим, ты больна, тебе отдохнуть надо, — вдруг перешел я на неформальное общение.

— Мне надо до ванны добраться и вымыться. Я вся грязная и сопливая. Как вы только меня терпите?

— Франни, я боялся, единственное, что смогу обнять после исчезновения в темном портале — это твой труп. Так что теперь мне всё равно, как ты выглядишь. Радуюсь, что живая.

А если б не полуздоровая, то я бы не остановился на обнимашках, и никакие сопли меня бы не остановили! У нее тут где-то платочков шестьдесят в запасе есть. Грех ими не воспользоваться.

— Да, ты довольствуешься малым.

О, милая, ты ошибаешься! Я хочу всё. И молчать об этом больше не буду!

— Мне кажется, до тебя никогда самостоятельно не дойдёт, что я давно в тебя влюбился, из-за этого боюсь и ревную тебя. А в этом сумасшедшем доме, я никак не могу объясниться с тобой. Поухаживать тоже не выходит. Я же вечно на службе империи!

— А по тебе и не догадаешься, — всё, что вымолвила она.

Я скосил глаза на её лицо. Напугал? Вроде нет. Выглядит задумчивой, но ужаса нет. Прогресс.

— Я старался. Не хотелось на тебя давить, да и смотрины эти достали. Жду не дождусь, когда они закончатся.

— Не давить? Да ты через день на меня, то шипел, то ругался.

— Но ты же себя не бережешь!

— Я берегу, — опять заплакала она.

— Всё, хватит разговаривать. У тебя жар и повышенная плаксивость. Ты тут пока неделю будешь отлеживаться, привыкай к мысли о нашей свадьбе. Платье там придумывай, торт. Мне надоело, что все идиоты в этом замке с тобой могут общаться, а я только мечтать. Утром я пойду к Императору просить твоей руки!

— Э, а это не очень поспешно ли? Мой ответ на вопрос, который ты забыл задать, тебя совсем не волнует?

Да не очень красиво получилось. Я забыл задать традиционный вопрос леди! Ну, не признаваться же в этом теперь.

— Знаю я твой ответ. Для меня всегда «нет», поэтому спрошу у Императора.

— Ну и ладно, — обиделась она.

— Ты обиделась? — задал я глупый вопрос, просто чтобы не молчать.

— Нет.

— А говоришь так, будто обиделась.

— Вам показалось.

— Можешь на «ты» ко мне обращаться, мы почти помолвлены, — решился уточнить.

— Мы мало знакомы.

— Так и не познакомимся ближе, если ты будешь так ко мне относиться.

— Мне не нравится твоё имя. Оно ужасно. Я никогда так не соглашусь назвать своего ребенка.

Ага, попалась!

— Ты планируешь наших совместных детей? Ты вселяешь в меня радужные надежды, — коварно улыбнулся я и чмокнул её в нос. увы, сопливый.

— Мне все же надо в ванну.

Она просто издевается над моим воображением.

— Я тебе помогу.

— Нет, я же не могу при тебе раздеваться.

— Ты на ногах даже стоять не можешь, не то, что раздеваться!

— И что ты предлагаешь?

— Я отнесу тебя в ванну. Наберу воды. Помогу снять платье. И зайти в воду.

— А со мной поплавать не хочешь? — съязвила я.

Очень хочу! И не только поплавать и даже не один раз!

— Это предложение я сохраню до следующего раза, так как за себя не ручаюсь, а ты еле живая.

— Нет.

— Хорошо иди, — я закинул руки за голову.

Доказать ей ничего нельзя, пусть убедится опытным путем, что без меня не справится.

Она подвинулась к краю кровати, спустила ноги на пол, и замерла.

— Передумала?

— Нет, но ты прав, я не дойду.

— Помогать? Или служанок утром дождемся?

— Помогай, я не хочу, чтоб все узнали, что на меня напали, да ещё и ранили.

Я этого не хочу — это ясно, но она почему не хочет? Другая бы уже на весь дворец стенала.

Я поднялся, взял её на руки, как ребенка и понес к двери.

Внутри я положил девушку на пол.

— Полежи я воду наберу. Ты слаба до ужаса.

Добавил пену в воду и так стесняться будет, да и мне полегче.

Затем я обернулся к ней. Выражение лица меня позабавило.

— Так, Франни, ты себе лишнего не фантазируй. Я уже по твоему лицу вижу мысли, которые до тебя добрались. Голых женщин я видел. А вот, умирающих, ты первая. Так что не трясись. Любовные игры оставим до другого раза, когда цвет твоей кожи перестанет гармонировать с цветом плитки. Считай меня целителем, если тебе так легче. Или глаза закрой и меня не будет видно.

Моя стесняшка, теперь имела цвет лица более, чем здоровый, я бы сказал — пышущий. Я решил немного смухлевать, и тихо кинул на нее успокаивающее заклинание. Ей надо расслабляться, а не напрягаться.

Глаза она