Другой мир. Куда же столько? (СИ) - Барматти Татьяна

Как только она устроилась на кровати, в дверь постучали, и в палату зашел Тейлор, а сзади него Арравел. Мужчина выглядел измученным, бледный, его глаза, как будто бы потухли, а на губах не было привычной ироничной улыбки.

— Здравствуй, Виолетта. Ты не возражаешь, если мы немного поговорим?

— Здравствуйте, конечно, если это нужно.

— Прости, я понимаю это неприятная тема для разговора, но мне нужно, чтобы ты рассказала, что случилось, чтобы это больше не повторялось. И от себя лично, я хочу принести тебе искренние извинения. Как бы мне не было прискорбно, но моя семья тоже виновата в том, что с тобой случилось.

Виолетта от речи мужчины нахмурилась, о том, как ее нашли и что смогли узнать, она еще не спрашивала, да и некогда было, ведь она только пришла в себя.

— Я никого не виню.

Виолетта поджала губы и вздохнула, рассказывая, как встретилась с Кассандрой, а после очнулась в темной комнате. Вспоминать обезумевшую драконицу не хотелось, но она взяла себя в руки и кратко пересказала их «диалог». Когда речь зашла о мужчине, который кричал на Кассандру, оба дракона напряглись, но не перебывали, дослушивая до конца. От воспоминаний о Николасе Виолетта прикрыла глаза, не имея никакого желания видеть жалость к себе, рассказывая все сухо и без эмоций.

— Спасибо, что рассказала. От себя скажу, что всю эти махинации с Тейлором придумал мой собрат, чтобы род АрКерин не занимал больше место главы совета. Это моя вина, что я не смог увидеть, куда скатилась наша тройка. По поводу похищения, тут ты права, Кассандра явно потеряла себя в этой гонке за богатствами. А вот по поводу Николаса и Мэйсона сказать трудно, они сами пришли в совет и доложили о том, что в Академии есть неучтенная пришлая-проводник. Возможно, и здесь приложил руку Брэндрон на почве взаимной ненависти. Но это нам предстоит еще узнать. Впрочем, все получили то, что заслужили. — Вздохнул он. — Ладно, я пойду, а ты выздоравливай, Виолетта. — Улыбнулся Арравел.

— Есть еще кое-что. — На секунду замялась Виолетта, не зная, как лучше сказать и стоит ли вообще говорить, да и изменится ли что-то после ее слов. — До того, как я ушла от бассейна я разговаривала с девушкой проводником.

Арравел удивленно приподнял брови, а Виолетта решилась, будь что будет. Она скажет все то, что сказала ей проводник оборотней. И если уж проводники, правда, важны здесь, глаза закрывать на некоторых индивидуумом не стоит априори.

Глава 39. Воссоединение

— Я тебя внимательно слушаю. — Нахмурился Арравел, когда молчание затянулось.

— Я не знаю, как у вас принято, все-таки выросла и жила в другом мире… — издалека начала Виолетта. — Понимаю, что счастье в семье и верность — это дело каждого и их выбор. Но девушка говорила так, как будто только став проводником уже смирилась со своей участью быть батарейкой и рожать одаренных детей.

— Батарейкой?

— Вовремя наполнять резерв. — Пояснила Виолетта, поджав губы, и украдкой посмотрела на Тейлора, вот только лицо мужчины совсем ничего не выражало, превратилось в нечитаемую маску отрешенности.

— Проводники очень ценны. — Монотонно проговорил Арравел.

— Цены, вот только для каждого по-разному. Я видела, как смотрели отцы моих мужей на своих проводников, сколько нежности было в их взгляде. Но так же видела, как маги беззастенчиво сидели на территории Академии с двумя разными девушками, и не одна из них не была их проводником.

— Ты права, Виолетта. Это неправильно, вот только я действительно не знаю, как сделать так, чтобы изменить происходящее.

— А вы просто дайте проводникам право выбора. — Хмыкнула она, вспомнив, как Магистр говорил, что такого нет. Видишь потоки — все. — Пусть не идут сразу на гору брак заключать, а пообщаются и поймут, как относятся друг к другу. Магия, потоки — это конечно важно, но еще никто не отменял простого человеческого фактора. Они могут просто, не нравится друг другу.

— Хорошо, я расскажу все, что услышал от тебя членам совета. Магия умирает, скоро совсем не останется одаренных детей, и скоро мы сможем наблюдать не только тройки, но и четверки и пятерки, как у вас.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Надеюсь, это будет во благо, а не очередной способ наживы. — Пробормотала Виолетта, как некстати вспомнив Кассандру.

— К сожалению, нам не подвластно видеть потоки всех магов. — Вздохнул Арравел и замер, посмотрев на Виолетту.

— Виолетта не будет ни в чем участвовать! — Рыкнул Тейлор, а его зрачки превратились в щелки.

— О чем вы? — Ошарашенно пробормотала Виолетта.

— Ни о чем! — Холодно отчеканил Тейлор.

— Тейлор?

— Ты универсал и можешь видеть потоки всех магов. — Не обращая внимания на Тейлора, Арравел жадно смотрел на Виолетту.

— И? — Сглотнула она.

— Было бы прекрасно, если…

— Нет! — Рыкнул Тейлор.

— Если бы ты присутствовала на выборе и, могла сказать, к кому именно ведут потоки магов, а к кому нет. Или, к примеру, кто-то специально умалчивает, потому что семья договорилась с каким-то более могущественным родом. — Быстро протараторил мужчина.

Арравел хотел еще что-то сказать, вот только Тейлор выставил дядю из комнаты, буквально выпихнув, захлопнув дверь прямо перед носом мужчины. Виолетта открыла рот от такого поворота событий, вот только слова мужчины еще стучали в ушах. Переведя взгляд на Тейлора, она потупилась, понимая, что лезть под руку взбешенному мужчине не выход, нужно действовать более аккуратно, задействовать свою женскую смекалку и обойтись без скандалов.

— Ты не будешь это делать. Это не безопасно. — Тяжело дыша, проговорил Тейлор.

Спорить Виолетта не стала, кивнула, отведя взгляд в сторону. То, что не безопасно она и сама поняла. Кто ж захочет, чтобы построенные планы рушились, но с другой стороны никто не будет обманывать или видеть то, чего не видит вообще. Да и если сделают браки хотя бы через месяц с возможностью отказаться, тогда не останется никаких претензий. В итоге каждый сделает свой осознанный выбор.

Весь оставшийся день прошел спокойно, затрагивать щекотливую тему она пока не собиралась. В воспоминания еще не улеглись прошедшие дни и это не самое благоприятное время для новых начинаний.

После очередной порции невкусного зелья от ведьмы Виолетту едва не стошнило, и это только за один день, что будет в последующие дни, она думать не хотела. Вот только больше зелья она устала от своих мужчин, они в прямом смысле слова сдували с нее пылинки, меняясь с дежурством у ее кровати. Подушку подложат, еду подуют, едва с рук не кормят, а их постоянные вопросы о том, как она себя чувствует, вызывали у нее нервный тик и желание спрятаться.

— Родерик, со мной все хорошо. Ты можешь идти домой и ложиться спать. — В десятый раз повторяла она, как только наступил вечер.

— Извини, сокровище, но опять же нет. Мы решили не оставлять тебя одну ни днем ни ночью, теперь мы с тобой постоянно, куда бы ты не пошла.

— И в туалет? — С ноткой обреченности спросила она.

— Думаю, пару минут я смогу побыть за дверью. — Чмокнув Виолетту в губы с долей смеха проговорил мужчина.

Застонав от злости, Виолетта накрыла лицо одеялом. С одной стороны ей было неудобно и совестно из-за того, что мужчины весь день сидят с ней, как с маленькой и потакают каждому слову. А с другой, все происходящее вызывало бескрайнюю нежность и чувство защищенности.

— Ложись рядом. — Похлопала она по краю кровати, вылезая из своего временного убежища.

— А это не навредит? — Нахмурился Родерик.

— Что это? И чему?

— Ну, твоим красным дням?

— Ничего им не будет. — Гаркнула она в ответ, понимая, что даже за день зелья Трисы помогли нормально говорить и лицо не болит от малейшего движения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Тогда я не вижу причин отказываться. — Улыбнулся во все зубы Родерик, быстро ложась рядом и притягивая Виолетту к себе.

На протяжении пяти дней Виолетта находилась в лекарском крыле Академии, ведь мужчины наотрез отказались идти домой пока у жены красные дни. На простой вопрос, что может случиться, они не отвечали, а только хмурились, и Виолетта поняла, что никакие доводы не помогут пока она не будет полностью здорова и без красных дней. Вот только, когда каждый день на ночь приходил другой, но безумно довольный муж и у нее закрадывались подозрения, что все эти неудобства, чтобы поспать с ней в единоличное пользование.