Алина Борисова - За синими горами (СИ)

— Он не виноват, — тихонько повторяет Ясмина, словно услышав мои мысли, не только эмоции.

— Я это решу сама, — закрываю тему. Если я и стану это когда обсуждать, то не с ней. — Ты лучше мне расскажи, что дальше с твоим пророчеством? Мы сбежали, мы свободны. Что, оно больше не действует?

— Н-не уверена, — весьма нерешительно отзывается Ясмина. — Понимаешь, когда я чуть отошла от своего безумного страха и от не менее безумного забытья в объятиях Анхена, поговорила с Лоу… Ко мне, можно сказать, вернулась способность думать, которую после смерти Ары просто парализовало… И я прокручивала вновь и вновь все, что я знаю, все, что я помню. Смерть Ары — это причина. Причина, но не момент. Не срок. Нигде в моих видениях не было указания на время. А тут еще ребенок. Я пыталась разглядеть, но, видно, не то состояние было, не вышло… Я спрашивала Лоу, видит ли он моего ребенка, его рождение, его судьбу… А он только кричал, что благодаря моему идиотизму он и моей-то судьбы больше не видит… А потом сказал, что шанс есть. Что ребенок может родиться. Не там и не так, как мы планируем, но — может… — она вновь замолкает, глядя прямо перед собой и задумчиво закусив губу. Пытается сформулировать. Определиться. — Я понимаю так, что от непосредственной угрозы я избавилась, и теперь наш ребенок не просто «может», он родится, — достаточно уверенно делится она со мной результатом своих размышлений. — А значит год, как минимум, у меня теперь есть. Ну а там… может, Владыка все же найдет и уничтожит, может, иначе как… В конце-концов, «из-за смерти Ары» я оказалась в этих землях, а тут… Люди изловят однажды за вампиризм. Да и казнят, — на последней фразе она улыбнулась, явно не слишком-то веря в подобное. Владыку она боялась куда сильнее людей. — Ладно, полетели. Если у меня остался лишь год — надо попытаться насладиться каждым его днем. Увидеть мир. Разные обычаи. Разные страны. Разных людей… Я, кстати, тоже уже голодная, — добавила она, уже крепко прижимая меня к себе и взмывая в воздух.

— И как ты собираешься решать этот вопрос? — раньше я о ее питании как-то не думала.

— Ну, я уверена, что в ближайшем городе обязательно найдется хорошенький мальчик, который с удовольствием пригласит меня на ночлег, — она легкомысленно пожала плечами, стрельнула глазками, и понеслась над холмами по направлению к людскому жилью.

Город, бывший прежде лишь размытым пятном на горизонте, начал стремительно приближаться. Не очень большой. Со множеством частных домов, хаотично расползающихся по окраинам. С более-менее регулярной застройкой в центре. Четко просматривалось несколько прямых, как стрелы, улиц с каменными домами в четыре-пять этажей. Тянулись за глухим забором монолитные корпуса какого-то производства. То тут, то там поблескивали золотом маленьких округлых крыш тянущиеся к небу белокаменные домики без окон. По улицам сновали машины — грузовые, легковые, автобусы. Уже стало можно различать фигурки отдельных людей. Еще далеко, на грани видимости, но Ясмина, и так летевшая невысоко, начала снижаться. Явно нацелившись на дорогу, что вилась меж холмов в направлении города.

Но до дороги мы так и не долетели. Тонкая металлическая сеть взметнулась внезапно. Яся попыталась было резко уйти вверх, но со мной на руках, усталая после долгого тяжелого дня… Не успела. Не выскользнула. И, в мгновение спеленатая этой сетью вместе со мной, она просто беспомощно падает на землю, словно забыв, что умеет летать.

Глава 6

Шок. Который, наверное, смягчает падение не меньше, чем кусты, в которые мы приземляемся. И Ясины глаза, в которых отражается небо. Только небо, ничего больше. Распахнутые и пустые. Жуткие, неестественные.

— Ясмина, — зову ее, — Ясмина, это просто сетка. Тонкая. Ты же можешь порвать. Ты же сильная, ты же вампирша. Просто разорви.

— Не могу, — шепчет одними губами. — Ничего не могу. Серебро. Напыление и в составе…

— Серебро? — недоуменно морщусь я. — Так тем проще, он же, вроде, мягкий металл, его разорвать…

— Невозможно. Ни порвать, ни взлететь, ни встать… Пожалуйста, Лара, если я отключусь, проследи, чтобы сеть… не легла на живот. Она вытягивает силы… Может вытянуть жизнь. Его жизнь… Не дай…

Ее силы, и правда, уходили. Лицо белело, голос, и без того едва слышный, прерывался все чаще, дыхание становилось все более хриплым, прерывистым. Шевелиться она даже не пробовала. Лишь сложила руки на животе в отчаянном жесте.

В то время как я ощущала лишь боль. Боль от не самого мягкого падения, боль от многочисленных ран на теле, этим падением растревоженных. Но ничего сверхъестественного. И потому я отчаянно пыталась выпутаться, освободить из этой ловушки себя и Ясю, в миг ставшую беспомощней младенца. Но выпутаться не выходило, разорвать эти тонкие металлические нити тем более, я только изрезала в кровь пальцы.

— Что это вообще? — вопрошала я скорее риторически.

— Сеть для ловли вампиров, — еле слышно отозвалась Яся. — Ару такой поймали… Ару… как Ару, — с какой-то обреченностью повторила она и закрыла глаза.

«Опять собралась умирать», — со злостью подумала я, и зашептала отчаянно:

— Не смей! Не смей сдаваться, слышишь? Ничего это не значит! И в бездну твое пророчество! Все пророчества в бездну! Мы выберемся! — я вновь отчаянно рванула сеть. И вновь безрезультатно.

— Смотри, еще дергается, — послышался голос. — Может, еще подождем? Пусть ослабеет.

— Да что ждать-то? Я и сам, если что, успокою, — отвечает еще один.

И к нам от ближайших кустов и камней начинают неспешно приближаться фигуры в пятнистых охотничьих комбинезонах. Судя по ощущениям — не вампиры. Люди. Четверо. Все мужчины и все вооружены. Охотники, блин!

Наверное, от пережитого страха, я разозлилась. Или, напротив, от облегчения. Не знаю, что успела придумать себе Ясмина, а я уже ожидала вампиров, посланных за нами Владыкой. А тут — люди.

— Дяденьки, а вы добычу не перепутали? — возмущенно интересуюсь у подходящих. — Может, сети свои все же на белок ставить будете? Где это видано, чтоб люди на людей охотились? Мы же все кости из-за вас едва не переломали!

— Лю-уди, — издевательски тянет один из подошедших. — А чё не птицы? Вон как бодро меж собой по птичьи-то щебетали. Да и летали неплохо. Пока крылышки не запутались.

— Не разговаривай с ней, совсем сдурел? Видишь, завлекает, ведьма, — дергает его за руку второй.

— На охоте пить вредно, вам не рассказывали? Мы с холма спускались, вон, с уступа спрыгнули. А вы с сетью. Я ж все руки из-за вас в кровь изранила, — протягиваю в их сторону окровавленные ладони.