Поцелуй Короля Дракона - Эми Пеннза

Я напрягся, всколыхнув воспоминания и старую вражду. И теперь я позволяю своему собственному голосу затихнуть.

— Это было очень давно, Брэм.

— Мы с Фергюсом ничего не забыли. Ты бы держал нас порознь.

Дюжина ответов ринулась к моим губам — такие слова, как «жертва» и «высшее благо». Но я проглотил всё это. Не было никакого смысла ворошить прошлое. Я обидел Брэма. Он никогда не перестанет злиться из-за этого. Конец истории.

Кроме того, я не нуждался ни в его дружбе, ни даже в его уважении. Только его послушании.

И он не нуждался в моих извинениях. Теперь у него было всё, включая то неуловимое, на что мужчины-драконы тратили всю свою жизнь в поисках: самку. Наш вид спаривался по трое. Двое мужчин, одна женщина. Это всегда так срабатывало.

За исключением тех случаев, когда этого не происходило.

Брэм молчал на линии. Что говорило о многом.

— Я навещу Эрказа завтра, — сказал я. — И дам тебе знать, если из этого что-нибудь выйдет, — я закончил разговор и подошёл к своему рабочему столу в углу. Кормак всегда дразнил меня за то, что я держу его в спальне.

— Это не очень романтично, когда ты смешиваешь свои зелья прямо рядом с кроватью, — он прислонился к дверному косяку, огромный, с золотистой кожей, скрестив руки на груди, а его губы изогнулись в ленивой улыбке. Он снял жилет, и его льняная рубашка была заправлена в бриджи, обтягивающие мускулистые бёдра. Должно быть, он пришёл прямо из конюшни, потому что под мышкой у него был хлыст для верховой езды.

Я приподнял бровь, измельчая травы пестиком.

— Может быть, это афродизиак.

— А разве тебе это нужно?

— Нет. Это для тебя.

Он рассмеялся... а потом оказался позади меня, двигаясь так быстро, что у меня перехватило дыхание.

— Честно предупреждаю, любимый, — выдохнул он мне в шею. — Никогда не применяй на мне своё колдовство.

Я продолжал орудовать пестиком, даже изо всех сил стараясь не реагировать на прижатие его эрекции к моей заднице.

— Ты бы никогда не узнал, если бы я это сделал.

— Да, узнал бы, — он поцеловал меня в шею, затем прикусил мочку моего уха острыми зубами. Его голос стал хриплым от обещания. — И я бы наказал тебя за это, Найл Бэлфор.

Предвкушение скрутилось внутри меня, заставляя замолчать пестик. Я ухватился за край стола и заговорил сквозь пересохшее от желания горло.

— Не могли бы вы... господин?

— Да, — его зубы царапнули мою яремную вену, и я понял, что хлыст для верховой езды не для его лошади. — А теперь встань на колени.

Огонь вспыхнул, вернув меня в настоящее. Я посмотрел на пустой дверной проём. Прошло много времени с тех пор, как Кормак стоял здесь в последний раз. Прошло много времени с тех пор, как он мне что-либо обещал.

Усталость навалилась на меня. Я не позволял себе даже взглянуть на свою кровать. Сон мог подождать. Назревала дипломатическая катастрофа с Разротами, и на меня легла обязанность её предотвратить.

Я схватил со стола флакон с сомнусом. Пришло время для моей третьей неприятной встречи за ночь.

* * *

Вскоре после этого я стоял перед стальной дверью глубоко в недрах замка. Так далеко на севере было холодно, и я должен был дрожать в одних свободных пижамных штанах. Вместо этого пот выступил у меня на коже. Дверь была горячей на ощупь. В воздухе волнами разливалась жара.

Это означало, что последняя порция сомнуса закончилась гораздо раньше, чем следовало.

Дверь не остановила бы Кормака. Как и заклинание, которое я произнёс на металле в тот день, когда он был выкован. Ничто не могло остановить его, если бы он действительно захотел уйти. Каждый раз, когда я отваживался спуститься сюда, я задавался вопросом, был ли это тот день, когда он решил, что больше нет причин оставаться.

Моё сердце бешено колотилось, что было глупым способом войти в это пространство. Я сделал несколько глубоких вдохов, желая, чтобы моё тело расслабилось. Затем я положил ладонь на дверь. Несмотря на свой массивный размер, она раскачивалась без усилий — свидетельство мастерства демонических мастеров, которые её подвесили.

С сомнусом в руке я шагнул внутрь.

Подходящее название для такой комнаты, как эта, было «склеп». Но это слово подразумевало что-то сырое и полное мёртвых вещей. Подземная пещера Замка Бейтир представляла собой воздушное, парящее пространство с колоннами, высеченными из цельного камня. В центре возвышалась большая квадратная ванна с различными уровнями сидения. Меньшие прямоугольные ванны располагались по бокам с обеих сторон. В больших железных жаровнях мерцал огонь, отчего на стенах плясали тени. Неподалёку на боку лежал скелет коровы, кости были обглоданы дочиста.

Ну, здесь, внизу, было несколько мёртвых тварей.

Но именно от жизни у меня на затылке зашевелились тонкие волоски.

— Кормак? — я обвёл взглядом медленную дугу, навострив уши в ожидании малейшего звука. Мой голос отозвался эхом. Где-то мерно капала вода.

Лёгкое дуновение ветерка было моим единственным предупреждением.

Он выпал из ниоткуда, крутанувшись в воздухе и расправив крылья, которые простирались по всей ширине склепа. Массивное, великолепное создание смерти.

Кормак в обличье дракона. Не было ничего более прекрасного или ужасающего.

Он стоял мордой ко мне с дальней стороны главной ванной, его золотистые глаза горели в тени. Его гибкое тело покрывала золотая чешуя, которая казалась огромной по сравнению со скелетами древних рептилий, которые люди любили выставлять в своих музеях. Ужасные ящеры, как они называли этих тварей.

Они должны были сохранить это имя для существа, достойного его.

Крылья Кормака с когтистыми концами били по воздуху, заставляя порывы ветра кружиться вокруг меня. Чёрные рога торчали из его головы. Два ряда рогов спускались по его спине к длинному, хлещущему хвосту. Чешуя на его массивных передних лапах переливалась радужным светом, отбрасывая блики на каменный пол. Оглушительный грохот эхом разнёсся по пещере.

Его сердце. Оно уютно устроилось в мускулистой груди, достаточно большой, чтобы сокрушить здание.

Я опустился на колени. Протокол требовал, чтобы я склонил голову, но не смел отвести глаз от Кормака. Двигаясь с мучительной медлительностью, я сунул сомнус в карман.

Золотые глаза следили за моими движениями. Затем они поднялись ко мне.

Отчуждённые. Хищные. Пустые.

Его ноздри дрогнули. Ветер трепал мои волосы.

Я вытянул руки вдоль тела, ладонями наружу.

— Кормак...

От рёва я опрокинулся на спину. Мои барабанные перепонки лопнули, накрывая мир толстым одеялом. С потолка упал кусок камня, летящий в мою сторону с головокружительной скоростью. За мгновение ока