Кэт в Зомбилэнде - Джена Шоуолтер

Мартин когда-нибудь попросит тебя оставить его в покое, ты должна послушаться его. — он стучит молотком. — Я вынес свое решение. Так есть и так будет.

Мое сердце радостно подпрыгивает в груди. Я только что выиграла свое первое дело! Потому что я настолько хороша!

— Я все сделаю как надо, судья.

Он подмигивает мне перед тем, как исчезнуть… в одно мгновение был здесь, а в следующее исчез.

— Ты сделала это! — Эмма обнимает меня, прижимая к себе.

— Ну да. Единственный раз, когда я была неправа, это когда я думала, что неправа.

Джей хлопает меня по плечу.

— До следующего раза… — он оставляет нас праздновать.

— Хотела бы я остаться, — говорит Эмма, — но обещала Хелен, что помогу ей с двумя другими делами.

Хелен — биологическая мать Али.

— Что за дела?

— Меня ознакомили только с первым. «Анима» пытается добиться решения, запрещающего использовать кроличьи облака для предупреждения охотников о грядущих атаках зомби. Они говорят, что это несправедливо по отношению к другим охотникам по всему миру. Что ж, у меня есть решение. Показывать облака каждому охотнику!

В идеальном мире «Анима» все равно бы на что-то жаловалась. «Это решение слишком идеально. Мы должны это исправить!»

Внезапно Эмма замирает. И я тоже. Чувствую… что-то. Беспокойство или вспышку страха от кого-то, с кем я связана.

— Али в беде, — говорит она.

У меня сжимается желудок, но я не обращаю на это внимания. Я только что выиграла крупную битву. И не собираюсь сдаваться при первых признаках беспокойства.

— Что случилось?

— Может, она сломала ноготь. Может, в нее стреляли. Я никогда не узнаю наверняка, пока не увижу сама.

Серьезно. Это очень познавательно.

— Я проверю, как она. А ты поможешь Хелен, как и обещала. — ей нужна любая помощь, которую она может получить.

— Поторопись. — Эмма подталкивает меня. Не то чтобы мне нужно было сделать хоть один шаг.

Я закрываю глаза, представляю Али и внезапно оказываюсь в ее спальне. Добро пожаловать в путешествие по зоне ожидания.

Али метается взад-вперед, сжимая руки в кулаки. Но она жива и здорова, никаких ран я не вижу. Фух.

Она замечает меня, и ее лицо озаряется.

— Кэт!

— Единственная и неповторимая.

Высокая блондинка с необычными голубыми глазами, Али — известная супермодель. Ее красота сдержанна и утончена. Лед как-то сказал мне, что парням достаточно одного взгляда на нее, чтобы захотеть защитить… после того, как они разденут ее и попробуют кое-что из ее товаров и услуг. Я, конечно, перефразировала. Но он добавил, что был бы исключением… после того, как я пригрозила отобрать у него пакеты с яблоками.

В отличие от большинства других охотников, Али наполнена такой верой — источником духовной силы, — что к ней могут приходить свидетели, такие как Эмма и я. По сути, она притягивает нас прямо к себе.

Она опускается на край кровати.

— Я так рада тебя видеть, но… Не пойми меня неправильно, но ты — последний человек в мире, с которым я хочу сейчас разговаривать.

— Вау. От такого милого приветствия у меня сердце замирает от радости, — сухо говорю я.

— Прости. Просто… в дневнике, который оставил мне предок, было предсказание о приближении смерти, и, кажется, так и есть. Это действительно так. У меня было видение. Плохое.

О, нет. Я подбегаю и приседаю перед ней, протягивая руки… но они проходят сквозь нее. Не уверена, что когда-нибудь к этому привыкну.

— Расскажи мне все. — с тех пор, как она стала охотником на зомби, у нее появились способности, которых нет у других. Или которых у нее не было. В общем, это длинная история. Суть в том, что она видит проблески будущего, и эти проблески всегда сбываются. — Уверена, я смогу найти решение.

Она прикусывает нижнюю губу.

— Ну, это касается Льда.

— Расскажи мне, — повторяю я с большей настойчивостью. — Со всеми подробностями.

— Хорошо. На самом деле я видела два одинаковых видения, с изменением только одной переменной. Переменная имела большое значение. Огромное. Но это так же плохо, и…

— Ты болтаешь не по теме. Придерживайся фактов, или я найду способ перестать быть свидетелем и начну преследовать тебя.

— Живой ты мне нравилась больше. — она тяжело вздыхает. — В одном из них женщина стреляет в Льда… и он умирает.

Ахнув, я отшатываюсь назад.

— Нет. — я яростно качаю головой. — Нет. — только не Лед. Только не он.

Однако…

Если он умрет, то присоединится ко мне в зоне ожидания. Мы сможем…

Нет! Какого черта? Я не стану думать о таких подлых мыслях. Не буду вести себя эгоистично. Он нужен на Земле. Он спасает жизни. Сколько невинных людей умрет без него от зомби-токсина?

— В другом видении, — продолжает Али, — девушка закрывает его и пули попадают в нее. Он выживает… но она умирает.

Мой желудок снова сжимается, только еще сильнее. В ушах звенит, и гравитация перестает действовать; так и должно быть. Я чувствую, что поднимаюсь вверх… вверх… легкая, как перышко, но на самом деле твердо стою на месте.

— Это еще не все, — говорит Али, отворачиваясь от меня. — Девушка, которая спасает его… это Камилла Маркс.

Нет. Нет, нет, нет. Камилла — Милла для друзей, поэтому, конечно, я всегда буду называть ее Камиллой — это та, кто предала Али, отдав ее «Аниме» в обмен на брата.

Ее мужественного брата. Ее непочтительного и красивого брата. Ривера Маркса. «Почему я думаю о нем с сексуальным подтекстом? Возвращайся в прежнее русло, девочка!»

Верно. «Анима» угрожала ему самым отвратительным образом.

«Помоги нам или потеряешь его», — сказали они Камилле. И она пошла на это, помогла им. Ривер — не просто ее единственный оставшийся член семьи. Он — тот самый мальчик, который спас ее от физического насилия их отца. Она жестока, когда дело доходит до его защиты. Но давайте будем честны. Она плохо справилась с ситуацией.

Неправильный поступок, даже по правильным причинам, все равно остается неправильным.

Действия Камиллы привели к моей смерти. Охотники остановились в доме моей подруги Рив, а это означало, что Лед остановился у нее, а это означало, что я остановилась у нее. Камилла отключила охранную систему и открыла ворота, позволив врагу проникнуть внутрь в виде армии зомби, на которых висели бомбы, и вооруженных солдат.

Я пережила обрушение дома и укусы зомби, но не огнестрельное ранение… ну, почти в каждый дюйм моего тела.

— Ты использовала свою способность скрывать воспоминания, превращая Камиллу в чистый лист, — напоминаю я ей. Камилла потеряла все, начиная с воспоминаний о детстве, которые ненавидела, и заканчивая братом,