Академия льда и пламени - Энн Шайн

взорвался — нет. Он мгновенно промерз до основания и рассыпался на миллиарды ледяных осколков с оглушительным звоном. Но луч на этом не остановился. Он пронесся дальше, замораживая воздух, превращая траву в хрусталь, снося забор полигона и врезаясь в защитный купол академии.

Купол загудел и покрылся толстой коркой льда.

Взрывная волна холода сбила с ног всех, кто стоял рядом. Эммилия истерично визжала.

Я устояла, широко расставив ноги, хотя руки тряслись от напряжения, а палочка покрылась инеем.

Снежная пыль медленно оседала. На месте каменной глыбы возвышался причудливый айсберг.

Тишина на этот раз была мертвой и очень холодной.

Я медленно опустила палочку, изо рта шел пар. Повернулась к Алену.

Он стоял, покрытый тонким слоем инея. Его идеальная прическа застыла ледяной скульптурой, а ресницы побелели. На лице застыло выражение абсолютного, детского шока.

Я сдула замерзшую прядь волос с лица и мило улыбнулась ему.

— Ой. Кажется, я немного перестаралась. Но зато как освежает, правда?

Ален моргнул, и с его ресниц посыпался снег.

А я поняла одно: учеба в этой академии будет определенно веселее, чем я думала.

Глава 3. Штрафной круг

Кира

Ледяная тишина, повисшая над полигоном, была такой плотной, что её можно было колоть ледорубом. Впрочем, колоть тут и так было что.

Первым очнулся профессор Громм. Его усы встали дыбом и покрылись инеем, а лицо приобрело оттенок синей сливы от холода.

— ВУ-У-УД! — рев преподавателя, казалось, сотряс ледяной панцирь на куполе сильнее, чем мое заклинание. — ЧТО ЭТО БЫЛО?!

Я виновато пожала плечами, стряхивая снежинки с плеч.

— Практическое занятие, профессор? Вы же сами сказали: покажите, на что способны. Я показала. Немного... морозной свежести.

Громм подлетел ко мне, скользя по обледеневшей траве. Он взглянул в то место, где раньше была каменная глыба, а теперь возвышался колючий айсберг, потом перевел внимание на дыру в заборе, из которой тянуло арктическим холодом, и, наконец, уставился на меня.

— Я сказал «создать снежок», а не «устроить ледниковый период»! — рявкнул он, стуча зубами. — У тебя что, вместо резерва вечная мерзлота?

— Скорее, система охлаждения вышла из строя, — пробормотала я.

— Что? — не понял Громм.

— Ничего, сэр. Просто... увлеклась.

Тут подал голос Ален Ролдэн. Он наконец-то оттаял, но его идеальный костюм был мокрым от растаявшего инея, а волосы висели сосульками.

— Профессор! — его голос звенел от негодования и холода. — Эта... адептка невменяема! Она чуть не превратила нас в ледяные статуи! Я требую отчислить её немедленно за нарушение техники безопасности и покушение на жизнь аристократов! Я чуть не отморозил себе... всё!

«То есть тебя волнуют жизни только аристократов?! Гад такой!»

Я раздраженно фыркнула, выпуская облачко пара.

— Ой, да брось, Ролдэн. Тебе полезно охладиться. Слишком уж был горяч сегодня. И, судя по твоему виду, криотерапия прошла успешно.

Кто-то из первокурсников хихикнул. Ален резко обернулся, брызгая водой с волос, и смешок тут же затих.

Громм переводил взгляд с меня на Алена.

— Отчислить? — протянул он. — С таким-то потенциалом? Ролдэн, ты хоть понимаешь, сколько силы нужно, чтобы заморозить камень до состояния пыли и пробить защиту полигона заклинанием первого уровня? Это чистый лед, Ален. Редчайший дар.

Поганец поперхнулся.

— Но, профессор... Она опасна!

— Отставить разговоры! — гаркнул Громм. — Вуд, Ролдэн прав — ты опасна. Твой контроль магии находится на уровне лавины в горах.

— Спасибо за комплимент, — кивнула я.

— Это не комплимент! — взревел он. — Это приговор! Пока не научишься контролировать поток, к практическим занятиям с группой не допущена.

Я мысленно выругалась. Дисквалификация. Этого еще не хватало.

— Однако, — продолжил Громм, и его взгляд стал хитрым, — кто-то должен привести полигон в порядок. И поскольку наш уважаемый куратор, Ален Ролдэн, маг огня, не смог обеспечить безопасность и растопить лед вверенной ему группы...

Глаза Ролдэна округлились.

— Профессор, вы же не хотите сказать...

— Именно, это я и хочу сказать! Вы оба остаетесь здесь после занятий. Будете убирать этот айсберг. Вручную. Без магии. Чтобы лучше прочувствовать цену разрушениям. Ролдэн, будешь колоть лед, а Вуд — вывозить.

— Вручную?! — взвыл Ален. — Я?! Сын герцога?! Колупать лед с этой... снежной королевой из трущоб?

— Считайте это упражнением на смирение, — отрезал Громм. — А ты, Вуд, считайте это тренировкой для своего телесного сосуда. Всем все понятно, а теперь марш на лекции! Вечером жду обоих здесь с кирками и лопатами.

Весь день прошел как в тумане. Слухи о моем «подвиге» разлетелись по академии быстрее, чем болид на прямой. Теперь на меня не просто не смотрели — от меня шарахались, кутаясь в мантии, словно от меня веяло могильным холодом.

«Ледяная ведьма».

Мне было плевать. Я сидела на лекциях, пытаясь понять местную теорию. Оказалось, что магия льда здесь считается одной из самых сложных — она требует хладнокровия и идеального контроля эмоций. Лиана паниковала, и лед выходил из-под контроля. Я же... я просто дала газу.

В 18:00 я стояла на полигоне. Громм выдал нам две тяжелые кирки, лопаты и тачку. Хоть что-то привычное из моего мира. Посреди полигона все еще возвышалась ледяная гора, сверкая в лучах заката.

— Приступайте, — буркнул усатый и ушел пить горячий чай в тренерскую будку.

Ален Ролдэн стоял над своей киркой так, словно это был ядовитый змей. Он переоделся в теплый тренировочный костюм.

— Я этого так не оставлю, — процедил он, не глядя на меня. — Отец узнает, что меня заставляют работать ледорубом. Громм вылетит отсюда.

Я молча взяла кирку, взвесила её в руке. Тяжелая. Но руки помнили работу с гаечным ключом.

— Меньше слов, больше дела, Ваша Светлость, — бросила я, размахиваясь и с силой ударяя по глыбе. Лед с треском откололся. — Или ты ждешь, что лед сам растает от твоего величия? Кстати, ты же маг огня. Мог бы и подогреть атмосферу.

Ален повернулся ко мне. В его карих глазах плескалась злость.

— Нам запретили использовать магию, Вуд. Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь? И каким тоном?! Ты думаешь, один раз повезло заморозить камень, и теперь ты ровня мне? Пф! Ты — никто!

Я оперлась на кирку и посмотрела на него.

— Знаешь, Ролдэн, — спокойно сказала я. — У тебя проблемы с аэродинамикой.

Он моргнул, сбитый с