Влюбись за неделю - Алёна Кручко

Он не любит открытые двери. А та Шарлотта не любила закрытые. Ну и… — она как будто задумалась, — иногда лучше хоть какая-то реакция, чем тотальное равнодушие. Той мне так казалось.

«Сочувствую, подруга. Насчет равнодушия. Знакомо». — Я попыталась распустить волосы, но скрепленная магией прическа не поддалась.

— Не думай, — подсказала Шарлотта, — Просто поверь, что получится.

Хотела сказать, что не так просто поверить, если никогда… но пока подбирала слова, вдруг и вправду — получилось. Словно само собой.

Ветер подхватил освобожденные пряди, спутал. Хорошо! Как же устает голова от стянутых волос! И зачем было собирать их в узел, если за весь день ни одного зелья, которое могла бы гипотетически испортить, я и близко не видела?

— Увидишь еще. Ты пока не была ни в его личной академической лаборатории, ни в общей, студенческой.

Да нигде я еще не была! Первый день из семи прошел — как в пропасть ухнул. В бездну. Просидела носом в почту, пробегала опять же с почтой и с расписанием. В обед, когда профессор куда-то ушел, тайком заглянула в оставленный им на столе журнал. Тот самый, из Мюнхена. Куча химических формул, на полстраницы каждая. Самую простую из них я очень неуверенно опознала как «какая-то жуть из органической химии», но в основном там была «какая-то в принципе неопознаваемая жуть».

— Это поймет полностью пара десятков человек в мире, — сказала Шарлотта. — Не больше. Высшая магия в приложении к эликсирам.

День в никуда. День, в котором даже не нашлось времени подумать о почти безнадежном квесте «взаимная любовь за неделю». И хорошо, что не нашлось. Потому что сейчас я очень ясно поняла, что хочу жить. Невыносимо хочу. Гораздо сильнее, чем мне казалось прежде. Ведь по-настоящему важно не то, что дома ждет разве что соседкина кошка! А вот этот ветер, которого Шарлотта наверняка уже не чувствует. Далекий Сидней, что, похоже, так и останется несбывшейся мечтой. Миллион повседневных незаметных мелочей, оказывающихся значимыми, когда их теряешь. Жизнь, где можно мечтать о будущем, планировать или просто ждать, твердо зная, что оно у тебя есть. Настоящее, долгое и желательно счастливое будущее, а не жалкие шесть дней и один вечер!

И новый мир, полный чудес — я только, можно сказать, в щелочку заглянула, еще и не видела ничего, а уже так хочется освоиться здесь и разобраться! Магия. Настоящее, а не подделанное мошенниками волшебство. Шаг — и ты хоть в другом городе, хоть на другом краю мира! Без давки в метро, без страха перед авиакатастрофами. Пара взмахов руки — и порядок у тебя на голове и в доме. Что же тогда можно сотворить, приложив действительно серьезные усилия⁈

Выхваченные краем уха обрывки разговоров — в обед, в столовой, и между парами, пока бегала меняла расписание — оказались для меня почти полностью непонятны. Обсуждали особенности каких-то фаз в каких-то ритуалах, и меняются ли те от замены латыни на греческий или санскрит. Сетовали на неурожай каких-то ползучих гнильников — честное слово, я бы не расстроилась неурожаю чего-то с таким неаппетитным названием! Жаловались на профессора Крушански, завалившего на зачете почти всю группу — эта беда была бы как раз вполне понятна, если бы не тема зачета: «Влияние сейсмической активности магических территорий на развитие популяции сенсории обыкновенной». Что такое эта самая сенсория? Имеет какое-то отношение к сенсорам или просто звучит похоже? Шарлотта, подслушав мое недоумение, объяснила загадочно:

— Доктор Крушански — ведущий специалист по динамике популяций, но его теорию контроля сейсмической стабильности многие считают бездоказательной.

«У вас же медицинская академия? — удивилась я. — При чем тут популяции и тем более сейсмическая активность?»

— Сенсория, — пояснила Шарлотта. — Редкий и ценный ингредиент, встречается только в сейсмически нестабильных районах. Предвещает землетрясения, извержения и другие катаклизмы взрывным размножением. То есть Крушански так считает. Предлагает всем несогласным поселиться где-нибудь на склоне Кракатау или Мауна-Лоа и проверить лично.

Короче говоря, новых интересных тем в этом мире хватило бы мне на годы и годы. А тут…

Стоп. Я ведь даже не знаю точно…

«Шарлотта, послушай! Ты говорила — неделя?»

— Да. У тебя проблемы с памятью?

«С календарем! — огрызнулась я. — Как считается эта неделя? С сегодняшнего утра? С начала суток? Сколько у меня времени — точно?»

Шарлотта ответила не сразу. Висела, колыхаясь под ветром, как полупрозрачная мокрая простыня, и молчала. Я ждала, все больше нервничая. Она что — только сейчас задумалась об этом и решила сосчитать? Или сама не знает?

Наконец ответила:

— Все пошло не так со второй фазы ритуала. Вторая фаза обязательно начинается ровно в полночь. Та я это хорошо помнила. Значит, с полуночи или немного позже, когда это тело осталось без души.

Прекрасно. Минус ночь. Хотя… если уж честно, что может случиться ночью? Будь доктор Норвуд каким-нибудь веселым тусовщиком, или казановой, не пропускающим ни одной юбки и тем более таких выдающихся сисек, или хотя бы любителем ночных прогулок под ручку с собственной ассистенткой — другое дело. Но с этим сухарем вряд ли можно рассчитывать на общение в нерабочее время.

Безнадежно. Без-на-деж-но.

— Шарлотта, — попросила я, быстро стерев предательскую слезу, — пошли домой.

— Иди, ты умеешь, — отозвалась та. Я отдернула невидимую штору и шагнула…

* * *

В отличие от быстрых завтраков, ужинами Шарлотта не заморачивалась. Ни запаса продуктов в магическом аналоге холодильника, ни хотя бы какого-нибудь вчерашнего супа.

— Та, кем я была до, предпочитала купить готовое, — объяснила Шарлотта. — Проще. Денег хватало, а возиться на кухне она не любила.

— Я тоже не люблю, хоть в этом мы похожи. Значит, объясняй, что и как у вас тут делается.

Содержимое ее — своей теперь уже — сумочки я изучила еще в обед, там был кошелек, в нем — незнакомые монетки и толстая пачка пластиковых карт. Две банковских и куча бонусных. Кстати, бесплатный для сотрудников обед я получила, предъявив брелок-ключ. Точнее, приложив его к опознающей пластине на кассе. Удобно. Но ужинами в академической столовой не кормили.

— Закажи здесь, — призрак выбрал карту с аппетитной картинкой пиццы. — Ты голодна, а у них быстрая доставка. Просто возьми в руки и подумай о меню, откроется окно связи.

Что сказать — поудобнее телефона и даже интернета! Я выбрала большую пиццу с грибами и салат, добавила к заказу морс, а