Проклятая мечта - Дана Канра

— Здравствуйте, призрак Генри, — она несколько суетливо поклонилась, выражая старшему человеку свое признание. Бабушка как-то говорила деду, что в доме и в саду водятся призраки, а он только с досадой отмахивался. — Откуда вы знаете мое имя?

— Это долгая история. Я расскажу ее потом, когда ты возьмешь золотые анты, — заверил прозрачный собеседник. — Лезь поскорее.

Нерешительно приблизившись к высокому раскидистому дереву, Дейна ухватилась за нагретый солнцем шершавый ствол, поставила ногу в изящной туфельке на самую нижнюю дубовую ветвь, и принялась карабкаться наверх. Былое сомнение отступило, она лезла и лезла вперед, радостная и готовая на все ради достижения своей цели. Наверное, братец решил ее испытать, потому что считает слабой, трусливой и недостойной такой огромной силы — особенно, после произошедшего с отцом.

Упорство маленькой девочки оказалось большим, как скала, и таким же твердым. Лезть наверх оказалось неудобно, она порвала чулок и ободрала коленку, но продолжала свое занятие, вплоть до того момента, как дуб опасно покачнулся.

Дейна замерла и посмотрела вниз. Там, в тени дерева, ярко зеленела трава и светился голубоватым сиянием призрачный человек.

Правду или ложь он сказал?

Бабушка и дед учили, что старших людей всегда надо слушаться.

Пол был старше, и призрак тоже. Разве можно им перечить?

Вздохнув, она полезла вверх, уже лишенная пьянящего энтузиазма.

И когда Дейна уже решила, что преодолела свои нелепые страхи, как дуб покачнулся снова и упал вниз, придавив девочку массивным стволом.

Все произошло настолько быстро, что она оказалась на земле, прижатая шершавой поверхностью, а в разбитом затылке стремительно нарастала боль. Широко раскрытыми глазами Дейна посмотрела наверх, где в той же тени стоял невозмутимый призрак Генри.

А потом лишилась сознания.

Позже садовник, пришедший подстригать кусты и поливать розы, поднял тревогу. В сад прибежали Лилиан и Нейта, девочку немедленно отнесли в ее покои и позвали лекаря — молодого неопытного мальчишку. По неизвестной причине княжич не доверял опытным докторам.

Дейну Морлан привели в сознание, исцелили магией и отпоили травяными зельями. Но юный лекарь не мог объяснить даже самому себе, почему прозрачный мужчина в светлой мантии и темным пятном на голове нашептывает ему необходимые методы лечения девочки.

Как и то, почему они абсолютно противоположны верным методам.

Поместье захлестнули новые витки тревоги и безнадежности.

Очнувшаяся Дейна не помнила, как она попала в сад, и зачем полезла на дерево, ведь маленьким барышням это строго запрещено. Лилиан горько плакала, а Пол разводил руками.

Андре пил вино вечерами и кричал на членов своей семьи по утрам. Он становился все сильнее, злее и раздражительнее, пока садовник не сообщил княжичу страшную подробность.

Дерево было подрублено или подпилено до того, как девочка полезла на него.

— Кто посмел?! — гневно вопросил Андре, грохнув тяжелым кулаком по столу.

Травяной отвар от похмелья в его кубке слегка выплеснулся на темное дерево, но мужчина словно бы и не заметил.

— Я не знаю, господин… — забормотал испуганный садовник, пятясь к выходу.

— Стоять! — проревел княжич. — Зови лесорубов из предместья. Пусть вырубают сад.

— Весь, господин?..

— Оставьте плодоносящие деревья.

Дочь доставляла Андре все больше хлопот и трудностей, он не рассчитывал, что от девочек столько проблем. По его представлению все маленькие дворянки ведут себя тихо, послушно, не суют носы, куда не просят. И потому, однажды вечером он завел Дейну в свой кабинет и настрого, под угрозой наказаний, запретил ей покидать дом без родительского ведома.

Андре ожидал от дочки споров и возражений, но она только просияла лицом и ответила:

— Хорошо, отец.

«Видно крепко головой приложилась», — озадаченно подумал мужчина, глядя на закрывшиеся за ней двери, и налил себе еще дорогого вина из кувшина.

Ведь Дейна не сомневалась, что о ее новом увлечении — записывать на свитках пергамента разные истории — лучше никому не знать.

Глава 3. Слепая магия

Падение с дуба — а точнее с дубом — не прошло бесследно для Дейны Морлан. После того, как лекари зашили ее рассеченную бровь, девочке пришлось месяц носить на голове повязку, плотно закрывающую бровь и веко. Открыть правый глаз при этом не представлялось возможным. Приходилось слушать от кровного братца, будто она похожа на пиратку, смотреть на отвратительные рожи, которые он корчил, и искренне не понимать, в чем тут ее вина.

Дейна послушалась отцовского запрета и не выходила из дома без дозволения. Ей и не хотелось. Мир за стенами особняка был жесток и опасен для маленькой девочки, и она еще сильнее убедилась в этом. Вскоре отец поддался на разумные доводы матери — в особняк прибыла бабушка Дейны по материнской линии. Крепко сбитая, еще не старая женщина с вьющимися светло-русыми волосами, она не понравилась Дейне сразу.

Стать у бабушки Софии была такая, что даже княгиня Нейта едва ли захотела бы с ней тягаться. С некоторым опасением девочка ждала встречи и соперничества обеих своих бабушек, но княгиня не пожелала даже взглянуть на гостью.

В молодости София Гартон учила девочек в бедняцкой школе, а потом работала чтицей для детей в знатном доме, и знала довольно много стихов и сказок. Она рассказывала их внучке в нечастые периоды своего хорошего настроения, а в остальное время зло сверкала глазами и грозилась побить негодяйку.

Дейна не могла ответить ничем — кроме того, что ни разу за все время их знакомства не назвала строгую женщину бабушкой. Ведь бьют только чужие люди — стало быть, и эта женщина чужая, не так ли? Даже если в мамином присутствии вела себя смирно и почти не обижала внучку.

Странное это был время — с пяти до шести лет! Некоторые моменты промелькнули мимо Дейны, а другие навеки запечатлелись в памяти. И когда бабушку Софию рассчитали, потому что для девочки собирались нанять учителей, она готова была вздохнуть свободно.

Если бы не подслушанный случайно разговор взрослых в кабинете отца.

— Я требую развода, Андре! — заявила Лилиан, гордо вскинув голову, и длинные русые волосы рассыпались по плечам. В последнее время она не хотела забирать их в высокие прически, и совсем мало спала. — Твой характер сведет меня в могилу.

— Совсем рехнулась?! — оскорбленный до глубины души мужчина выскочил из-за стола, за которым только что разбирал присланные письма. — Тебе некуда идти, дура деревенская!

— Ах, деревенская?!

— Сударыня, не забывайтесь! До замужества ваша мать жила в деревне, надеюсь, вы еще не забыли это…

— А ваша мать и вовсе была кочевницей из чужой страны! — Лилиан нервно дернула