Бабушка для ведьмы - Елизавета Владимировна Соболянская

крапивы за плетеным заборчиком. А еще тут были грядки – высокие, сколоченные из толстых досок. В этих грядках была насыпана такая странная земля, что Тина подошла потрогать – не поверила глазам. В одной – сплошные сосновые иголки. В другой – какие-то коричневые пластинки, в третьей вообще песок и камни! А какие тут растения росли! Не банальные лук и морковь, а травы, заботливо окруженные лунками, прикрытые плетенками или обложенные камушками – кому что было нужно для роста.

– Овощи я подальше сажу, – махнула рукой бабушка, – немного совсем. Деревенские знают, что я не огородничаю, поэтому часто со мной картошкой или огурцами рассчитываются. А вот травки некоторые у нас просто так не растут, а для настоек и мазей потребны. Или мало растут… В общем, ступай к той грядке, бери ножницы и аккуратно срезай все под корень.

– Под корень? – изумилась Тина.

– Под корень. Отрастет все.

Девушка перешла к указанной грядке и принялась срезать зеленые плотные стебли с приятным запахом.

– Ба, то есть Ида, а что это за трава?

– Мелисса, я ее в успокоительные чаи добавляю и в масло для младенцев вместе с чередой…

– Масло для младенцев? – Тина хлопнула ресницами. – А зачем им масло?

– Кожа у малышей нежная, склонная к опрелостям, – пояснила бабуля, ловко выщипывая сорняки с очередной грядки, – можно присыпкой припудрить, можно маслицем смазать.

– Так детское масло можно в магазине купить! – все еще немного возмущенно заявила внучка.

Зинаида Ивановна прищурилась:

– Ватрушку тоже можно в магазине купить! Холодную, сухую, замотанную в пленку.

Тина аж плечами передернула, представив себе измученный кусок теста.

– Такую ватрушку даже съесть можно! Если голоден и есть больше нечего. Но это не значит, что эту ватрушку хочется есть каждый день.

– Ну… можно самому испечь…

– А многие ли умеют ватрушки печь? – прищурилась Ида.

– В пекарне можно купить! Там горячие и вкусные!

– Вот я и есть такая «пекарня», – хмыкнула бабуля. – Если малыш здоров и крепок, он и покупное масло хорошо перенесет, без вреда. А если ослаблен или болячек успел нацеплять? Тогда ему лучше изготовить что-то помягче, понежнее и целебное…

– А взрослым такое масло можно? – Тина вдруг припомнила пару неприятных пятен на коже у локтей.

– Детское масло слабенькое, для взрослых болячек другие травы применяются. Если интересно – расскажу или книгу дам почитать.

– Интересно, – закивала девушка, утирая со лба пот.

Они работали в саду и под навесом до заката. Когда зазвенели комары, бабушка велела идти в дом, а сама быстро распустила длинные полосы тюля, закрывая вход в дом и окна веранды.

– На свет полетят… Пусть уж живут! – пробурчала ведьма, зажигая пучок трав и окуривая ими веранду и немного кухню. Потом Ида положила пучок на керамическое блюдце и занялась ужином, а Тина взялась ей помогать. После целого дня на свежем воздухе аппетит у девушки проснулся зверский.

Не успели они дорезать салат, откинуть на блюдо дымящуюся картошку и налить из крынки холодного молока, как над окном брякнул колокольчик.

– Кого это несет на ночь глядя? – удивилась бабушка и сказала: – Дорежь салат, Тина, я схожу калитку открою.

Вернулась Зинаида Ивановна не одна. За ней шла немолодая женщина в белом платке и цветастом платье. В руках женщина несла корзину со свежей зеленью, парниковыми огурчиками и клубникой.

– Вот, Ивановна, не побрезгуй, – она поставила свою ношу на столик у двери и села на стоящий рядом табурет. – Не могу больше, – вздохнула она, – сил нет, с ног падаю!

– Клавдия, я тебе еще когда говорила, – строгим голосом сказала ей бабушка, и Тина почти замерла над разделочной доской – такого строгого тона она у бабушки не слышала. – Я тебе говорила, что в город надо ехать? К врачу? Не взять твою болячку травками! Резать надо!

– Так страшно, Ивановна! Страшно! И денег нет! Сама знаешь, Лидка моя уже третьего подкинула!

– Клава, – укоризненно сказала ей ведьма, – сама подкинула, или ты сказала: «Привози»?

Женщина потупилась.

– Сама внуков просишь, и сама потом стонешь. Еще раз тебе говорю: надо ехать в город, к хирургу! Опоздаешь, четвертого Лидкиного пацана не увидишь! Вот прямо сейчас доставай телефон и звони ей!

– Как – четвертого? – вскинулась женщина, но под строгим взором ведьмы вынула из кармана телефон и нажала несколько кнопок: – Алло! Лидочка! Это мама! Баба Зина хочет с тобой поговорить!

Забрав телефон из дрожащих пальцев соседки, бабушка Тины все тем же строгим голосом сказала:

– Лидия? Добрый вечер! Срочно приезжай, забирай мальчишек и вези мать в больницу. Добегалась она. Если в ближайшее время операцию не сделать, четвертого внука не дождется!

Из динамика послышались звуки изумления, потом женский голос с легкой укоризной произнес:

– Баба Зина, я еще и сама не уверена была!

– Ну, вот теперь уверена, так что не тяни! Забирай мать и вези в больницу!

Отдав еще несколько распоряжений, бабушка сказала Клавдии:

– Одну не отпущу. Пойдем-ка, провожу, заодно лекарства занесу, кому требуется!

Тина тут же подскочила:

– Ба, я с тобой!

– Да ты бы ужинала, – бабуля кивнула на накрытый почти стол.

– Нет уж, я хочу на деревню посмотреть!

– Ладно, пошли, только косынку надень – комары заедят!

Тина птичкой порхнула к себе наверх и, погладив по дороге свою кошку, нацепила на волосы стильную черно-белую бандану, предварительно пшикнув на нее репеллентом – травки травками, а про технологии забывать не стоит!

Идти пришлось по узкой тропинке. Пока Тина бегала за банданой, бабушка выложила все «гостинцы» из корзинки и набила ее баночками, коробочками и бумажными свертками. Клавдия шла расстроенная, но бабуля ее отвлекала тем, что скоро она увидит дочь и зятя, в город съездит, полюбуется, как ее кровиночка живет. А уж потерпеть немного в больнице – не страшно.

Под конец пути женщина подуспокоилась и свернула к своему дому, а баба Ида пообещала ей занести корзинку на обратном пути.

Пока женщины общались, Тина с интересом смотрела вокруг. Фонарей в деревне было мало – светились либо окна, либо большие фонари, подвешенные хозяевами во дворах. Широкая центральная улица не была даже заасфальтирована – только посыпана крупным щебнем. Вдоль нее по обочинам ходили группки девчонок и парней, на лавочках у ворот сидели бабульки в платках и темных юбках, а редкие парочки прятались в тени раскидистых кустов сирени.

Такое Валентина прежде только в кино видела!

Закончив разговор, бабушка повела внучку в ближайший дом. В огороде там полоскались на ночном ветерке пеленки, во дворе стояла под навесом коляска. Внутри плакал младенец. Зинаида Ивановна коротко стукнула в дверь, вошла и заворковала:

– Кто это у