Сердца мира - Анна Цой

сможем. Тем более Мао не расскажет куда мы идем до последнего. Кредо у нее такое – быть вредной и ехидной. К тому же, абсолютно все действия она привыкла совершать феерично. Тут же целый праздник наметился! Надеюсь, я хотя бы останусь цела.

– Это уже как получится! – громко возвестила Марконтьяр.

И мы начали выползать из своего убежища.

03

Из ванной мы выходили в приподнятом настроении. Марконтьяр с Гавнией почти сразу убежали готовиться к предстоящему празднованию, я же залезла на подоконник, радуясь тому, что отец и компания ушли, а я осталась одна хоть на какое-то время.

Какой бы храброй и стойкой я не казалась остальным, как бы я не пыталась убедить в этом саму себя, но мне было страшно. Я не успела испугаться в тот момент, когда началось это жуткое превращение, однако сейчас к горлу подступил ком, а в сердце мучали сомнения. Осознание того, что я могла умереть, не вселяло надежду на будущее. Но самым неприятным во всей этой истории было понимание, что ради своих целей люди, которых я считала близкими, готовы "пойти по головам", пожертвовать мной и не почувствовать после этого своей вины.

Из задумчивости меня вывел неожиданный стук в дверь. Я, уже было собравшаяся спрыгнуть с подоконника, успела лишь свесить ноги, в то время как дверь открылась, и в комнату вошёл Лорд Вольтер. Взгляд его сначала довольно прошёлся по моему ошарашенному лицу, затем спустился чуть ниже, но тут же вернулся к глазам. Мужчина прикрыл дверь, так же молча прошёл до излюбленного кресла и сел в него, закинув ногу на ногу. Поза, взгляд и выражение лица Лорда мне не понравились сразу, однако, мне ли говорить что-то ему? Несмотря ни на что, он был первым, кто пришёл и, не спрашивая, начал мне помогать. Да и в отличии от отца и тем более бабушки, он не явно собирается жертвовать мною во имя собственных целей. По крайней мере пока.

– Выходи за меня замуж, – абсолютно ничего не выражающим тоном произнес мужчина.

Я не смогла сдержать усмешку. Эта фраза была до банальности глупа и звучала как "авось прокатит". Он явно не рассчитывает на мой положительный ответ, однако все равно спрашивает. Словно просчитывает наперёд мои действия и фразы и пытается подвести к нужной ему части. Пугает меня здесь как раз то, что он, кажется, слишком хорошо меня знает.

Я нашла в себе силы посмотреть ему в глаза и ответить:

– Я ждала не этого.

Мужчина выглядел так, будто он ожидал другого ответа. Думал, я упаду на пол и расцелую его лапки? То ли я слишком глупа и не понимаю своего счастья, то ли он слишком себялюбив, но у нас налицо глобальное несовпадение взглядов, потому как он хочет затащить меня в койку, а у меня была первая девичья влюблённость.

– Чего ты хочешь услышать? – спросил он сквозь зубы.

Я хотела многого. Слишком многого из того, что могла себе позволить. Это понимал он, и понимала я, но говорить меж тем ему не собиралась. Я вообще плохо принимаю поражения, дебильным было то, что он тоже.

– Я даю Вам официальное разрешение ухаживать за мной, – произнесла я, понимая насколько нагло это звучит.

Но замужество в мои планы не входило. Как, собственно, и слепое следование плану Вольтера. Тем более, именно сейчас я получила долгожданную свободу. Лишать себя её было бы не просто неосмотрительно, а настолько глупо, что побежать сейчас в город без охраны покажется умнее.

Глаза его опасно сверкнули и потемнели. Мужчина был не просто зол, его взгляд застилала ярость.

– Ты издеваешься? – спокойный ровный тон голоса и прохладный взгляд.

Идёшь по острию, Алиса. Убить он меня, возможно, и не убьёт, однако, какова вероятность того, что меня не украдут? Если верить словам Марконтьяр, он имел несколько больше прав и возможностей, чем тот же Вильгельм. То есть, при условии моего "убийства", Магистр не скажет ему и слова. Однако по какой-то непонятной даже для меня причине я не боялась, хоть и верила подруге. Пускай я и сама видела акты его жестокости в отношении других людей.

Я пожала плечами и улыбнулась:

– Есть немного.

Лорд откинулся на спинку кресла, приняв более расслабленную позу и улыбнулся мне. Я расслабилась вместе с ним.

– Какова Ваша цель? – наконец не выдержала я, – я не могу понять зачем Вы это делаете…

Феликс улыбнулся еще шире и низким тоном произнес:

– А у меня обязательно должна быть цель? – он дождался моего уверенного кивка и продолжил, – как насчёт самой очевидной – я влюблён?

Я замерла. Дыхание перехватило, я собралась с мыслями и взглянула на него открыто, получив в ответ усмешку. Не скажу, что он насмехался надо мной, но играл определенно. Что ж, я тоже так могу.

– Слишком глупо с Вашей стороны, – произнесла я, но тут же добавила, наблюдая за реакцией Лорда, – не думаю, что Ваши мотивы настолько прозрачны.

Не знаю, как он себя контролировал, но его лицо никак не изменилось, застыв, словно каменная статуя с усмешкой на губах и совершенно ничего не выражающим взглядом.

– "Ты". Меня раздражает твоё холодно-отстраненное "Вы", – сказал мужчина, вгоняя меня в еще больший ступор.

Хоть мне не особо понравилась постановка вопроса, но она была правдива. Я даже отца называла на "ты" уже через месяц после попадания сюда.

– Хорошо. И в чем же твоя мотивация? – спросила я, чувствуя себя ну очень некомфортно.

Хотелось добавить его имя в конце, но еще в самом начале вопроса силы словно закончились. Я просто струсила, даже не начиная пытаться действовать.

– Как насчёт, я коварнейшим образом женюсь на тебе, и когда закон будет на моей стороне… съем?

Я подавилась. Не знаю чем, но именно подавилась. Воздух почти не поступал, я закашлялась словно… болезная. Феликс в этот момент смотрел на меня с веселой улыбкой, словно сказал что-то совершенно обычное. Не скажу, что скорее всего так и было, потому что так и есть.

– Версия с влюбленностью мне нравится больше, чем эта с каннибализмом, – выдавила я, снова спровоцировав у него приступ веселья, – хотя они обе далеки от правды.

– Допустим. Какие тогда варианты есть у тебя? – он взглянул на сгущающиеся облака за окном, нервно постучал когтями по подлокотнику кресла и неожиданно взглянул на собственную руку.

Когти, смутно похожие на мои нынешние, слаженно укоротились и побледнели, став самыми обычными ногтями. Я же нахмурилась, четко осознавая, что здесь что-то нечисто. Однако, забросив куда подальше свои глупые домыслы,