Бракованная попаданка или истинная для Верховного - Любовь Песцова

Я бы предпочла овдоветь, конечно. Ибо разводы, как оказалось, здесь приемлемы, но только в случае, если встречаешь свою истинную пару. А я не верила, что мне так повезет.

Я вообще-то даже не полноценный дракон. Признаков наличия второй ипостаси не наблюдалось, укусить девственниц за бочок тоже не захотелось.

И вообще, где раньше этот истинный Адалин шлялся? Почему не пришел, почему позволил так над девочкой издеваться?

Нет, надеяться на кого-то себе дороже. Тем более на какого-то гипотетического мужчину. Вот уж всю жизнь от них одни проблемы были. И не только у меня, но и у красавицы Адалин.

Разбор полетов прервала уже знакомая служанка. Она пробралась ко мне в комнату, когда стемнело. Наверное, чтобы остальные не заметили.

— Добрый вечер, госпожа, — поклонилась девушка.

— Добрый, добрый, — подозрительно протянула я. — А скажи-ка мне Мия, почему ты мне помогаешь?

Наверное, я спросила что-то не то. Такие вопросы не могли прийти в голову драконицы, госпожи, избалованной богатством девочки. Потому что служанка смотрела на меня очень странно. Как будто я сказала какую-то глупость.

— Адалин говорила, что здесь поменялся весь штат слуг. Тебе вроде бы не за что меня любить.

После моих слов глаза девушки стали как рублевые монеты… времен Екатерины.

Ах да, я же о себе, получается, в третьем лице сейчас говорила.

— Прости, — покаялась я. — Шизофрения.

Мия тоже не знала, что это за зверь такой и, кажется, уже была полностью уверена, что я от горя и правда повредилась рассудком.

— Так почему ты мне помогаешь?

— Слуг новых наняли, это правда. И нанимали не отсюда. Многих господин Паксон с собой привез. Некоторых в городе нашел. Мы несколько лет назад туда перебрались. А до этого в деревне здесь неподалеку жили. Ваша семья всегда была добра к нам. И мне матушка наказывала о вас заботиться, когда я сюда работать отправлялась.

— И тебя взяли, учитывая, что ты из деревни?

— У меня не спрашивали, где я раньше жила, а я не говорила.

Мда, мотив слабоват, но возможен. Допустим.

Да что там. Мне действительно придется довериться этой девочке. Выбора-то все равно нет. Я сама не смогу ничего. Даже до туалета дойти. А это, кстати, снова становилось насущной проблемой.

Мия помогла мне, практически перенеся в ванную комнату, которая у меня, слава богам, была личной. И сегодня мне удалось даже помыться в большой ванне.

Уже когда я устроилась обратно в кровати и уплетала ужин, который принесла Мия, поинтересовалась:

— Скажи, тут деревне есть кузнец?

— Конечно, госпожа.

Если Мия и удивилась, то не подала вида. Неудивительно. После шизофрении удивляться интересом к кузнецу как-то даже стыдно.

— Это замечательно, — сказала я и задумалась.

— Вы что-то хотите у него заказать?

— Хочу. Вопрос в том, как с ним расплатиться.

Денег у Адалин было более чем достаточно. Настолько, что она о них никогда не думала. И, разумеется, не имела при себе наличных никогда. За нее всегда расплачивались сопровождающие.

А теперь доступ к деньгам заблокирован. Попробуй сказать, что мне содержание нужно выделить! Мало того что муженек только рассмеется мне в лицо, но еще и неладное может заподозрить. А я не хотела привлекать внимания к некоторым сторонам своей активности.

По крайней мере, не сейчас. Сначала нужно мистера Пакость до определенной кондиции довести, а потом уже деньги с него трясти.

— Если позволите… Я могу попробовать продать кое-что из ваших вещей.

— Драгоценности?

— Нет, что вы. Просто безделушки. Драгоценности здесь никто не купит, это в город нужно ездить. А шпильки красивые как у госпожи многие захотят.

— Не подозрительно будет распродавать такое? Тебе не влетит?

— Нет. Многие видят, что я к вам хожу. Я говорила, что это не возбраняется... Ну как бы. Не запрещают, просто работой нагружают, чтобы времени не оставалось. Но это неважно. Главное, что никто не удивится. Я просто скажу, что вы мне подарили свои безделушки в благодарность. А вы подтвердите если что.

— Ну и замечательно. Тогда постарайся побыстрее свою распродажу устроить. И с кузнецом свяжись уже сейчас. Может, ему тоже шпильки нужны. Или вон пусть подсвечник забирает. Такой красоты не жалко.

— А что вам нужно от кузнеца, госпожа?

— Ходунки и костыли.

Глава 5

Адалин могла считать свое положение безнадежным. Я же отказывалась в это верить. Пока есть возможность бороться, я буду двигать лапками. Даже если они упорно отказываются двигаться.

Нужно признаться, надежда у меня вспыхнула небезосновательно.

В период, когда я уже жила в столице и вовсю раскручивала соцсети, пытаясь стать не просто швеей, хоть и со своей клиентской базой, а стилистом, я встречалась с одним парнем.

Он быстро перестал меня устраивать во всех отношениях, поскольку был не амбициозен, достаточно глуп, а еще имел флер бытового инвалида. Но дело не в нем. Как раз в моменте, когда у нас еще в разгаре был роман, его мама упала и сломала позвоночник.

Запомнилось мне это очень хорошо, потому что тот интересный парнишка почему-то решил, что я должна бросить работу и ухаживать за его мамой.

Женщину мне было по-человечески жалко, но сиделкой работать я не нанималась. Встретившись один раз с ней, я поняла, что она об инициативах сыночки ни сном, ни духом.

Закончилось все тем, что я оставила ей денег на первое время, а ее сына благополучно бросила.

И самое интересное в этой истории было в том, что через год я ее снова увидела. Столкнулись в налоговой.

Она была на своих двоих. Просто шла, как будто не было никакого перелома позвоночника.

Тогда-то она мне и рассказала о своей травме. Компрессионный перелом. Подробностей я, конечно, не запомнила. Но суть уловила.

И теперь у меня теплилась надежда на то, что у этого тела было нечто похожее. А тут еще и Адалин постаралась, пустив свои драконьи способности на регенерацию.

Из медицинского образования у меня были только восемь сезонов «Доктора Хауса». Но даже с таким необъятным багажом знаний я понимала — парализованные не чувствуют свои ноги вообще. У меня же ситуация была другой.

Может быть, если моя несостоявшаяся свекровь смогла справиться с переломом позвоночника, то и я смогу?

Ну хотя бы на костылях ходить, волоча за собой ноги. Благо, руки у этого тела достаточно сильные.

Инвалидных кресел