Ливада (СИ) - Вера Ростовская

очень похожа с дочерью. Пока отец менял форму, дочь обиженно терла ногу и зло сопела.

— Прости Никос! Чем больше ей запрещаем тем сильнее она вредничает, и не слушается. Мы шесть капканов увидели пока ее догоняли, я так измучалась боятся за нее. Несносная девчонка!

— Мама, я их чувствую, обхожу за милю!

Отец семейства лисьих вышел из дома. Высокий, худой, и злой. Внешность приятно слащавая, ну лис чистой воды.

— Здравствуй Никос! Всем здравствуйте! Извини, не уследили!

— Здравствуй Ларри, садись, поешь.

Никос был серьезен. Эта семейка часто портит его одиночество. Лисса несколько лет прибегает к нему, спас он ее с капкана однажды, и помог восстановиться, а потом родителей найти. Прониклась к человеку плутовка всем сердцем и бегает проведать. Ну делать нечего, не прогонишь же в ночь.

Завязался разговор, долго беседовали. Никос рассказал о Ливаде, и о том как нашёл ее у реки полуживую. Ливада мало говорила больше смотрела и слушала. Ей было дивно наблюдать за семьей. Нила с грустью на нее смотрела, она чувствовала ее взгляд и сочувствие. Это было приятно, чувство новое для Ливады. Лисса быстро простила отца, рана затянулась и следа не осталось, регенерация очень быстрая. Она смеялась и рассказывала разные истории своих проделок. Настала ночь и небо обсыпало яркими крупными звёздами. Тишину нарушали ночное звери и насекомые. Доев ужин, пошли отдыхать. Никос постелил семье на полу, в углу. Ливада наблюдала переход из одной ипостаси в другую. Всю ночь ей потом это снилось. Как же красиво это, биополе изменяется и контуры физического тела плывут в окружении энергии меняют физическое тело. Какие-то секунды и из вороха ткани показалась лиса. Легли они рядышком и заснули прижавшись к друг другу. Обратный переход похож, утром Лисса позволила его увидеть. Когда девушки проснулись взрослые на улице уже завтракали. Ливада слышала их разговоры, говорили о ней. Ливада думала что оборотни живут где то в лесах, или местах где их не найдет и не потревожит человек, как оказалось ошибалась. Конечно и такие спрятанные поселения по всему миру есть, не все хотят жить с другими видами. Но именно эта семья, живут среди людей. В городах есть общины, и они спокойно там себя чувствуют. То что знала она от отца и книг, не является истинной, и очень многому ей предстоит научиться, узнать. По сути она ничего о мире не знает, учить ее было некому. Заблуждений просто тьма, и придется искать свет.

— Нового дня сони! Присаживайтесь к столу кушать.

Нила была приветлива и улыбалась. Ливада посмотрела на стол и в животе радостно заурчало. Стол наполнен мисочками с едой, такое разнообразие что глаза разбежались забегали по столу. И от куда только взялось столько еды?!

— Ну и лицо у тебя!

Рассмеялась Лисса.

— Лисса, перестань!

Одёрнула мать лисичку. И жестом пригласила садится за стол. Большой дуб своей шикарной широкой кроной давал много тени. И все с комфортом поместились за столом. Дуб очень нравился Ливаде, мощный с выпуклыми корнями он казался незыблемым на века. Настоящий царь среди деревьев. Взрослые тихонько беседовали и наблюдали как едят девушки. Лисса очень быстро поглощала еду, Ливада не торопясь прожёвывала и было видно с каким удовольствием она ест. Про таких говорят «вкусно, заразительно кушает». Ливада проснувшись слышала часть разговора родителей Лиссы и Никоса. Ее спаситель советовался как с ней поступить. Он поведал часть правды, ее истории. Чета оборотней мягко сказать были шокированы. Однако не выразили желание помочь. И совета не дали. После обеда они ушли им далеко бежать до дома. Лисса прощалась со всей прытью молодой егозы. Она смеялась и шутила, ее эмоции лились из нее необузданным потоком. Заразительная натура, подумала Ливада, смотря на лисичку у нее поднялось настроение. И вот наконец они снова вдвоем семья ушла. Хотя ей они понравилась, отец пытается быть строгим, мать очень заботливая и чувственная, дочь просто неуправляемая заноза, но очень жизнерадостная.

— Ну что, как жить та будем? Что с тобой делать?

Никос выразил свои мысли словами.

— Не знаю, будущее пугает. Я понятие не имею куда податься, и как жить. Мир большой, но где в нем для меня место? Раз я выжила в реке, значит для чего-то? Зачем река отпустила меня?

— На твои вопросы у меня нет ответа.

— Может мне надо в город? Там больше людей, и может и мне найдется место. Буду работать и как то жить.

— Ты там растеряешься, и кем работать, где жить? Ты как котенок, у тебя нет опыта жизненного. Да, ты много пережила насилия, и научилась быть сдержанной и осторожной. Только там в городе, все по другому. И даже люди другие! Место очень влияет на людей. Я много где побывал и разных людей и мест повидал. Тебе учиться надо, заработать и попытаться найти родню мамину, они тебя не оставят.

— А примут ли? Я же на половину оборотень.

— Оборотни человечнее любого человека, они своих детей не бросают никогда. Очень привязаны к потомству. И если ты найдешь своих и они узнают кровь свою, тебя никогда не оставят, и не обидят.

— Красиво говоришь, да как же их найти. Я о маме знаю только имя и все. И как доказывать что я их а не самозванка?

— Твоя кровь, капля твоей крови им все докажет и расскажет. И слов, имен, не надо будет.

— Никос, ты так уверенно говоришь, как будто много знаешь о оборотнях.

— Знаю, я служил с оборотнями и ты сама видела семейку. Жизнь сводила меня часто с оборотнями, я прям магнит для оборотней. По тому знаю о чем толкую тебе.

— Там где я жила говорили что оборотни это зло! И что они ошибка богов.

— Да я уже понял что ты жила с больными людьми. Оборотни такие же дети богов как и все живое созданное великими богами.

— Найти будет не легко.

— Ну с чего-то надо начинать, и пусть желание это будет началом. Сидя тут ты точно никогда не найдешь семью. По тому тебе надо уходить.

Ливана застыла от последних слов, стало страшно оказаться одной. Снова одной, живя у отца они по сути была одна. С ней не говорили а приказывали, не обсуждали а ставили перед фактом.

— Не трусись, что за привычка труситься когда нервничаешь? Я провожу тебя до села, там уже до города поищешь проводника. Обозы ездят в город. В какой город сама решишь.

— Я ничего не знаю, и это страшит.

— В книгах ищи