Обреченная и обрученная (СИ) - Иванова Ольга Дмитриевна

Вилон? Похоже, это какой-то местный титул…

– Не надо, Глеар, – осек его тут же «господин». – Я сам представлюсь тайре… Я – вилон Соул, хозяин северных земель Адро. Глеар, мой доверенный слуга, должен был привести вас прямо ко мне в замок, где уже все готово к вашему приему… Однако досадная случайность несколько изменила планы, и вам придется немного побыть в некомфортных для себя условиях…

Некомфортных? Я нервно усмехнулась.

– В последнее время, вилон, – проговорила я с нажимом на то самое обращение, – мне было так некомфортно, что, поверьте, хотелось умереть… Поэтому провести несколько часов на этой милой полянке, под теплым солнышком, а главное, не испытывая никакой боли, для меня будет настоящим блаженством… Да и кто знает, какие еще сюрпризы приготовил ваш «гостеприимный» мир для меня? Так что я воспользуюсь этим непродолжительным затишьем и немного отдохну…

Судя по всему, мой сарказм не был понят, зато сказанное явно озадачило, потому что шар с минуту молчал, потом же из него полился нарочито бодрый голос «вилона»:

– Надеюсь, ожидание не утомит вас, тайра. Я с нетерпением буду ждать встречи.

После этого туман в шаре развеялся, а сам он будто чуть уменьшился в размере. Я же вопросительно посмотрела на бестьяра.

– Что-то хотите спросить, тайра? – поинтересовался он.

– А вы полагаете, у меня не должно быть никаких вопросов? – усмехнулась я.

– Нет, что вы…– сразу замялся тот. – Просто давайте немного повременим с этим. Чуть позже я отвечу на все интересующие вас вопросы. Сейчас же мне надо решить нашу главную проблему – зарядить хрон.

– Не «нашу», а «вашу» проблему, – отозвалась я. – У меня лишь одна проблема: поскорее вернуться домой и забыть ваш мир и вас в том числе, как страшный сон.

– Но от решения «моей» проблемы, в некотором смысле зависит решение и вашей, – спокойно возразил бестьяр.

– Ладно, – я немного поумерила свой пыл. – И как подзарядить ваш хрон?

– По правде говоря, сила хрона самовосполняемая, то есть рано или поздно она восстановиться, но можно ускорить этот процесс, если положить его в прохладное, а лучше, в холодное место.

– Почему именно в холодное? – удивилась я.

– Поскольку этот хрон создан магом северных земель, холод для него идеальная среда, – бестьяр принялся оглядываться по сторонам. – Но, боюсь, в этой части Сальмара холодного места не сыскать…

– А какого размера ваш хрон? – задала я следующий вопрос. – Большой?

– Да вот он, – спутник поднял с земли ту самую голубую сосульку.

– В таком случае, как насчет того, чтобы закопать его где-нибудь поглубже в землю, в тени какого-нибудь дерева? Там явно прохладней, чем на поверхности, – предложила я после некоторых раздумий. – А еще лучше найти родник! Вода в нем может оказаться даже ледяной. Ваш хрон можно класть в воду? И, вообще… У вас есть родники? – вдруг озадачилась я.

Как-то я разошлась в фантазиях, забыв, что нахожусь в чужом мире. Пусть здесь природа и похожа на нашу, но мало ли…

– Конечно, – улыбнулся бестьяр и, будто считав мои мысли, добавил: – Природа наших с вами миров действительно во многом схожа… И ваша идея мне нравится, тайра! Родник, действительно, то, что нам надо! И, кажется, я даже слышу журчание одного неподалеку…

– Разве? – я тоже прислушалась, но кроме шелеста листвы ничего не расслышала.

– У бестьяров слух лучше, чем у людей, – пояснил мой спутник. – И родник точно где-то рядом… Идемте.

Бестьяр собрал все свои вещички и повел меня вглубь леса. Я шла чуть позади спутника, то и дело поглядывая под ноги, чтобы не споткнуться о какую-либо сломанную ветку или выступающий корень. Растительность вокруг и вправду была очень похожа на ту, что мы привыкли видеть в нашем мире: среди деревьев мне удалось узнать клен и дуб, а вскоре стала попадаться на глаза и хвоя, в основном елки. Трава и мох под ногами тоже были самыми обычными, иногда встречались мелкие цветочки, названия их я не помнила, но точно видела в парках своего города.

– Глеар – это ваше имя? – устав от созерцания окрестностей, я решила вновь завести разговор с бестьяром.

– Да, тайра, – улыбнулся он. – Можете называть меня так. И давно хотел вас попросить, чтобы вы перестали обращаться ко мне на «вы». У нас это не принято.

– Не принято обращаться уважительно к собеседникам? – немного удивилась я.

– Нет. Не принято обращаться уважительно к бестьярам и простому люду, не обладающему какими-либо магическими способностями. Только на «ты».

– Но вы же обладаете магией, – возразила я. – Сама же видела, как вы справились с мои краном…

– Это мелочи, тайра, – усмехнулся Глеар. – Владение азами бытовой магии не ставит бестьяров на одну ступень с высокородными магами. Самое большое, на что мы можем претендовать – стать приближенным слугой у магов.

– Все равно не понимаю, – мотнула головой я. – Если один из родителей бестьяров маг, то почему их так принижают?

– Потому что бестьяр – это почти всегда отброс, нежеланный плод и досадный результат плотских утех магов с простолюдинками, – с грустной усмешкой произнес Глеар. – Посмотрите на меня. Вы же сами не будете отрицать, что мой вид вызывает у вас отвращение?

– Ну… Отвращение – это слишком грубо сказано, – осторожно ответила я. – Возможно, ваш вид мне кажется странным, непривычным, это да. Но не отвратительным. И ушки… Вполне симпатичные. – После таких откровений мне почему-то стало жаль бестьяра, и я решила его немного подбодрить. – Лиса? Волк?

– Песец, – улыбнулся Глеар. – Одна из ипостасей моего отца-мага – песец. И, пожалуйста, обращайтесь ко мне на «ты». Мне так привычней.

– Хорошо, извини, – быстро поправилась я. – А что значит «одна из ипостасей»?

– У всех магов помимо человеческого облика есть еще и ипостась животного, а у самых сильных их даже две…

– Значит, ваши маги – оборотни? – охнула я, тут же припоминая все жуткие легенды моего мира о людях-волках.

– Можно сказать и так.

– И бестьяры тоже оборотни?

– Нет, – покачал Глеар головой. – Иначе ходил бы я в таком виде? Бестьярам передаются звериные гены родителей-магов, но дар оборотничества нет. Вот и получается, что мы ни то, ни се. Не люди и не звери. Уроды, в общем… Кому-то везет и звериного в их облике очень мало или почти незаметно, а в ком-то звериного больше, чем человеческого…

– Да уж…– только и смогла протянуть я.

– Только не стоит меня жалеть, тайра! – заметив мой подавленнй, вид уже веселей произнес Глеар. – У меня все прекрасно! Мне повезло поступить на службу к вилону Соулу, и он относится ко мне очень хорошо, почти как к сыну!

– Твой вилон Соул, как я понимаю, маг? – уточнила я.

– Именно! Один из сильнейших в Сальмаре, – это было сказано даже с некой гордостью.

– Постой, – я даже замедлила шаг от мысли, которая внезапно меня посетила. – А не твоему ли вилону я должна родить наследника?

Глава 4

Ну конечно! Как я сразу не подумала об этом вилоне? И Глеар перед ним так заискивал…

– Так что, я права? Это из-за него ты притащил меня сюда? – повторила я свой вопрос. – Я твоему вилону должна родить наследника?

Бестьяр на миг отвел глаза в сторону, затем вновь взглянул на меня уже с улыбкой:

– Вилон Соул был бы счастлив, если бы вы родили ему наследника…

Ответ прозвучал как-то неоднозначно, будто за ним скрывалось еще нечто важное, но что именно, уточнить я не успела: Глеар, узрев наконец родник, поспешил к нему. Положив свой хрон под самую струю, он довольно улыбнулся, затем набрал пригоршню воды и сделал несколько глотков.

– Не желаете? – предложил он и мне. – Вода хорошая, чистая…

Пить я желала. А еще умыться, причесаться и переодеться, ведь я до сих пор находилась в больничной пижаме, да еще и босиком, отчего чувствовала себя не совсем уютно. Но, к сожалению, в данную минуту могла удовлетворить лишь две из этих потребностей: утолить жажду и ополоснуть лицо холодной, бодрящей водой.