Лживая (ЛП) - Рейли Кора

Я на цыпочках подошла к двери, дрожа от холода кафельного пола, проникающего в мои босые ноги, и тихонько приоткрыла ее.

Алек стоял в коридоре, ожидая. Он держал в руках DVD. На постере было изображено искаженное, покрытое шрамами лицо, частично скрытое топором.

— Хочешь посмотреть новый ужастик?

Я взглянула на часы. Почти полночь.

— Мы уже несколько недель не устраивали ночи кино, — добавил он.

Да, скорее месяцы.

— Это не моя вина, — сказала я, и на нас опустилась тяжелая тишина.

Кейт разрушила ночь кино — то, что было нашей с Алеком традицией с тех пор, как я присоединилась к СЭС. Она ревновала. Алек определенно не давал ей повода для этого. Он все еще видел во мне пятнадцатилетнюю девочку, с которой познакомился три года назад. Он начал устраивать ночи кино только из жалости, но мы быстро обнаружили, что у нас одинаковые причудливые вкусы на фильмы. Майору, к счастью, никогда не было дела до того, что мы с Алеком проводим время вместе. В конце концов, СЭС не была школой, поэтому то, что Алек являлся моим тренером по самообороне, не устанавливало тех границ, которые были бы в школьной обстановке.

Он опустил DVD.

— Это значит «нет»?

Я выхватила диск из его рук и прошмыгнула мимо него в коридор.

— Позаботься о закусках. А я позабочусь обо всем остальном.

Алек догнал меня в два стремительных шага. Уголком глаза я увидела, что он улыбается. Его рука коснулась моей руки, и мне пришлось остановить себя, чтобы не схватиться за нее. Его касания всегда приводили мое тело в состояние повышенной готовности, пробуждая все нервные окончания, заставляя желать того, что никогда не произойдет. Быть может, когда-нибудь я перерасту свою влюбленность, но не сегодня.

Через несколько минут мы устроились на невероятно удобном диване в общей гостиной. Здесь было пусто и тихо, если не считать гудения автомата, стоящего в дальнем углу.

Алек поставил, между нами, тарелку с жевательными мишками и положил ноги на стол. На нем были черные джинсы и обтягивающая черная футболка с надписью «Кукла-убийца Чаки». Я подарила ее ему вскоре после переезда в СЭС. Он носил ее часто — до Кейт. Она предпочитала, чтобы он носил скучные рубашки с воротничками.

Алек постоянно оглядывался на меня, и каждый раз его взгляд притягивал меня.

— Ты в порядке?

— Да.

— Знаешь, если ты не чувствуешь себя готовой к миссии, уверен, что Майор поймет.

Я засмеялась.

— Мы говорим об одном и том же человеке?

Выражение лица Алека стало свирепым.

— Он не может заставить тебя делать то, к чему ты не готова. Я поговорю с ним.

— Нет. — я коснулась его руки. — Все будет хорошо. Я справлюсь.

Он не выглядел убежденным.

Я включила фильм, и тишину разорвал крик, когда убийца с топором зарубил свою первую жертву. Не отрывая глаз от экрана, я сортировала жевательных мишек, складывая зеленых и белых в кучу на бедрах и оставляя остальных для Алека.

— Ты всегда так делаешь, знаешь ли, — произнёс Алек.

Я проглотила жевательную конфету.

— Что делаю?

— Сначала откусываешь им головы.

Я пожала плечами.

— Это хороший поступок. Если бы ты мог выбирать, ты бы предпочел, чтобы тебя съели заживо, начиная с твоих ног, или хотел бы, чтобы все закончилось быстро?

— Ну, если бы это зависело от меня, я бы предпочел, чтобы меня вообще не ели.

Медленно, по его лицу поползла ухмылка. Такого взгляда я давно не видела. В последнее время он был серьезным. Его настроение почти совпадало с настроением Майора. С тех пор как несколько месяцев назад их с Кейт отправили на миссию — с которой они вернулись парой — Алек начал меняться. Каждый день я чувствовала, как он ускользает от меня, как наша дружба рушится на глазах. Но я понятия не имела, что произошло между тем временем и сейчас, поскольку ни он, ни Кейт ни словом не обмолвились о миссии — по приказу Майора.

— Ты странная, ты ведь знаешь это, да? — сказал он.

Я ткнула пальцем в его грудь. Под кончиками пальцев мышцы были словно стальные. Я запомнила это ощущение, чтобы потом использовать в своих фантазиях.

Он схватил мою руку, его большой и указательный пальцы обхватили мое запястье. Другая его рука метнулась вперед и начала щекотать мой бок. Смесь смеха и визга сорвалась с моих губ в попытке вывернуться из его хватки, но с его силой это было нереально. Я подтянула ноги к груди и попыталась оттолкнуть ими Алека. Внезапно он склонился надо мной, его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего. Я перестала бороться, на мгновение даже перестала дышать. Он находился так близко. Если бы я наклонила голову вперед, наши губы соприкоснулись бы. Его дыхание обдувало мое лицо, глаза метнулись к моим губам. Время растянулось, между нами, наши взгляды застыли. Было ли в его глазах желание? Иногда трудно отличить, чего я хочу, от того, что происходило на самом деле. Я хотела, чтобы он поцеловал меня, я не хотела ничего больше, но потом он вновь уселся, как можно дальше от меня. Мои щеки горели, когда я вернула свое внимание к экрану, как раз вовремя, чтобы увидеть, как кому-то отрубают голову топором. Фигуры. Именно так я себя и чувствовала.

Несколько минут все было как в старые добрые времена — как в те дни, когда Кейт ещё не стала девушкой Алека. Но те времена уже прошли.

Глава 3

На следующее утро началась моя подготовка к миссии «Стать Мэдисон Чемберс». Печально, как легко было изложить жизнь восемнадцатилетней девушки на восьмидесяти аккуратно напечатанных страницах. В бесстрастном черно-белом отчете было написано все, что я должна знать, дабы слиться с друзьями и семьей Мэдисон. Или так думал Майор. Кейт проделала хорошую работу, извлекая информацию из умов близких и матери Мэдисон. Но в досье по-прежнему отсутствовали какие-либо упоминания об эмоциях Мэдисон, ее мыслях, ее внутренней жизни. Это все равно, что сказать кому-то, что можно наслаждаться прекрасным музыкальным произведением, просто взглянув на ноты.

При рождении Мэдисон весила три килограмма. Она начала играть на фортепиано, когда ей было семь лет. У нее был кот по имени Пушистик, которого ей подарили на ее девятый день рождения, и брат-близнец Девон. Она любила печенье с арахисовым маслом, но у нее имелась аллергия на тунца и каперсы. Незадолго до нападения она занималась чирлидингом.

Стопка снимков выпала из папки, рассыпавшись вокруг моих ног. Я наклонилась, поднимая их, и начала просматривать. На них была изображена маленькая Мэдисон, одетая в костюм зайчика. Далее Мэдисон посреди группы ухмыляющихся девочек, а во рту сверкают брекеты. Мэдисон обнимает своего отца и брата.

Я даже не хотела представлять, как СЭС получило к ним доступ.

На фотографиях Мэдисон была так полна жизни: блестящие темно блондинистые волосы, сияющие голубые глаза и счастливые улыбки. И кто-то забрал у нее этот свет.

Я захлопнула папку, и слезы навернулись на глаза. Я не хотела знакомиться с Мэдисон, не хотела узнавать о ее причудах и интересах, потому что это делало ее слишком реальной. Это неправильно.

— Тесса?

Алек.

Я провела руками по лицу — молча поблагодарила за водостойкую тушь — и поправила хвостик.

— Входи.

Дверь открылась со скрипом.

Алек занимал большую часть дверного проема, высокий и мускулистый, как всегда. Он никогда раньше не входил в мою комнату, и не похоже, что это изменится в ближайшее время. Иногда я задавалась вопросом, почему он так неохотно входил. Может, не доверял себе, оставаясь со мной наедине? Но я знала, что это, скорее всего, просто выдача желаемого за действительное.

— Ты в порядке?

Я почувствовала, что моя кожа покраснела.

— Да. Ты что-то хотел?