Академия Магических Ремесел (СИ) - Герт Эмилия

— Ага, хорошо, — жалобно подтвердила я, выплюнув длинную травинку, которую грызла, — пятый раз перечитываю, только один абзац прочитала.

Подруга села, понимающе и внимательно на меня посмотрела и притянула к себе:

— Ну, рассказывай, горе мое луковое, в чем корень зла и причина твоей рассеянности?

— А нечего рассказывать. Я утром эльфа с карниза сдернула. Того, что ты видела, — я вздохнула и взглянула на подругу.

— Ребята рассказывали, что они по обмену, — кивнула Полина. — Хорош, чертяга, но ведь эльф, — скептически скривила она губы, словно бы, одно это слово могло полностью перечеркнуть любые достоинства их обладателя.

- Он собирался перепрыгнуть на тот выступ от смежного коридора, дурень! Пари у них какое-то было, — я снова тяжело вздохнула и отложила в сторону книгу, все равно, читать сегодня не получалось.

— Ну, убился бы, понятно. Дурень и есть! — заключила подруга, тоном давая понять, что печалиться мне не о чем совершенно. — И что? Теперь он злится на тебя? Зараза высокомерная! Или он злится, просто потому, что злой?

— Пфф! Теперь мне одинаково, что он там… себе думает, — фыркнула я.

— Ну, верно, — согласилась Полинка и весело подмигнула, — главное, чтобы думал, — толкнула меня плечом. — Вставай! Пойдем, искупаемся.

— Полин, хоть ты чепуху не мели! — цокнула я, поднимаясь.

Спрятав учебник, меч и кольчугу в корнях дуба, мы пошли к отмели за выступ скалы, где нас никто бы не увидел. Вода в озере была чистой и прохладной. Рыб можно было ловить руками. Подвязав лентами косы повыше, чтобы не замочить, мы искупались в свое удовольствие.

Наплававшись, выбрались на берег. Пообсохнув и натянув одежду, сидели на камнях и грелись на солнышке, любуясь мягкими прибрежными волнами.

— Ариш, неужто правда, что остров наш посреди озера стоит? — в который раз, с наивной непосредственностью, глядя вдаль, восхищалась Полина, переплетая косу. — Разве может быть озеро таким огромным, как море?

— Угу, дядя так сказал, значит, так и есть, — кивнула я, задумчиво глядя на рыб, снующих у ног в прозрачной воде, — только рыбой переплыть и можно. Или вон птицей перелететь.

— Ты свою птицу нынче уже видела? — оживилась Полина.

— Нет, нынче еще не видела. Да и не моя она, Поль. Она вольная. Так, кормлю просто, — лениво запротестовала я.

— Как же, не твоя, если твоя, Аришка?! — возмутилась подруга. — Она ведь никого, кроме тебя к себе не подпускает. А уж о том, чтобы покормить и речи не идет. Да и не знает никто, где она еще водится, кроме этих мест.

— Ну, где-то ведь она зимует, не все время на острове живет. Просто мы не знаем, где. Может быть, в райских садах какого-нибудь шейха?

— Пойдем, Ариш, а то Митька придет к дубу, а нас нет, — засобиралась Полина.

Митька уже разминался на поляне.

— Надень кольчугу, Полин, — завел он свою песню, видя, что Полина с мечом выходит на поляну.

— Мить, может, не надо? Ты ведь меня не заденешь.

— Тебя, может, и не задену, а вот косу точно отрежу, — хохотнул друг. Взяв кольчугу и помогая Полине облачиться, бережно заправил под кольчугу ее косу. — Нужно, чтобы ты под нагрузкой привыкала биться. Завтра еще принесу мешочки с песком: на руки и на ноги тебе привяжем. Аришка, а ты чего сидишь, не участвуешь?

— Мить, я от тебя с детства палкой отбивалась. Надо будет, палкой и отобьюсь.

— А еще ты говорила, что Митя — единственный, кого ты не прибила в детстве, — поведала Полина и хитро посмотрела на Митьку. Тот, сделав большие глаза, насмешливо, но согласно покивал, все подтверждая, и, перехватив поудобнее меч, — широкий, с цепью рунических символов на рукояти, — вышел на поляну. Полина последовала за ним.

Я снова достала учебник — для очистки совести, разумеется, — и, усевшись поудобнее, привалилась спиной к дубу. Залюбовалась на друзей: высокая, стройная и не по-девичьи сильная Полина и Митька — косая сажень в плечах — настолько гармонично смотрелись вместе. Вскоре звон мечей остался для меня фоном, и я углубилась в изучение нового материала периода Живо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

После ужина мы с Полиной еще раз искупались, радуясь в очередной раз, как же нам повезло, что вода в озере теплая круглый год, и даже зимой в морозы не замерзает. Говорят, что на дне озера есть горячие камни и горячие источники, прогревающие его даже в зимнее время.

— Мы так и не нашли его, этот камень, — вытирая волосы, вспомнила Полина.

— Бел — горюч? — догадалась я, о чем она.

— Ага. Помнишь, Митя рассказывал, что камень этот где-то здесь, на острове?

— Помню. Мы тогда только приехали в Академию. Искать его собирались, — припомнила я события трехлетней давности.

— Так ребята, кажется, искали, только ничего не нашли. И ныряли в разных местах. И по острову бродили.

Вернувшись в комнату, я зажгла магические сферы над кроватями и попросила домовенка сделать нам теплый ветерок, чтобы высушить волосы.

— Елисеюшка, — спросила Полина, понизив голос. Она явно стеснялась своей просьбы. — Ты мог бы принести мне из кухни пряничка?

— Печатного? С глазурью? — уточнил домовенок.

— Угу, — ответила подруга и залилась румянцем.

— Со смородиновой повидлой, али с яблочной? — не унимался дотошный Елисей.

— Со смородиновой, — сдавленно пискнула Полина не своим голосом и смущенно отвела глаза в сторону.

— И молока тогда захвати, Елисей. Раз уж, все равно, нести, — добавила я.

Через пару минут был у нас кувшин молока и пряник для Полины. Я достала третью кружку и отлив в нее молока, поделилась с Елисеем.

— Благодарствую, хозяюшка, — оживился домовенок, принимая угощение.

— Это я тебя благодарю, Елисей. Вот что бы мы без тебя делали?

Наказав домовенку утром растолкать меня пораньше, если вдруг просплю, я уселась за стол и достала список имеющихся у меня в наличии трав. Просмотрела его, делая пометки о том, чего и сколько мне еще нужно заготовить. Лишним не будет.

Друзья, знакомые, да и незнакомые частенько обращались ко мне с просьбой сделать для них снадобье, мази, сварить зелье или микстуру. Я всегда старалась помочь, чем могла. А могла я, как выяснилось за три года моего пребывания в Академии, не так уж и мало. Сказывалась бабушкина школа. Далеко славилась своими чудесами бабушка моя Василиса. Я скучала по ней. Время от времени мне хотелось почувствовать себя маленькой и несмышленой, как в детстве, под защитой мудрой и доброй бабушки.

Глава 2

ДАНИЭЛЬ

Утренние часы для меня всегда самое активное время. Можно пробежаться по лесу, размяться, пострелять. Дальше весь день придется провести, сидя за столом. Поэтому, обнаружить здесь такой волшебный лес — вдвойне приятный сюрприз. Лес и утро — для меня это нечто особенное!

Новое место нужно разведать, познакомиться. Под здешний рассвет я еще не перестроился, но решил, что если один раз дашь себе слабину, то и второй, и третий будут ждать своей очереди. А потому решил выйти с луком и наскоро изготовленными вчера мишенями в ближайшую дубовую рощу. Видел такую вчера неподалеку. Но прежде нужно пойти искупаться, чтобы точно проснуться.

Прошелся вдоль берега. Осмотрелся. В одном месте с крутого обрыва вниз к галечному пляжу вела проторенная тропка. Я не преминул ей воспользоваться. Скалистый берег впечатлял. Бело — розовые мраморные слои граненой мозаичной махиной уходили ввысь. Энергетика этих камней просто сбивала с ног. Как все эти люди здесь живут? Привыкли, наверное.

Положив на гальку лук и мишени, я сбросил одежду на камень и вошел в чуть теплую, но приятно освежающую воду и поплыл. Плавал недолго, но с удовольствием. Вышел на берег и онемел. Моих вещей не было. Что за Атхартины шутки?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Кто здесь? Кто со мной шутит? Выходи! — с угрозой в голосе крикнул тому, кто взял мои вещи. Тишина в ответ. Лишь плеск волн.

Осмотрелся пристальнее. Вещи лежали немного дальше, чем я их оставил, на камне у отвесной скалы. Странно все это. Очень странно. Кому понадобилось их перекладывать? Никого ведь, вроде бы, не было здесь. Пошел к скале.