Доктор для Альфы (СИ) - Ловиз Мия

- Ты не первая кто так делает, хорошо что не в глаз, как для Фэйцилии. Я действительно не человек, это моя кожа и узоры настоящие. Они исчезнут, когда я выйду замуж. Возможно, тебе тоже посчастливится выйти за того, для кого тебя приобретут. - Мало того что тошно от понимания что я товар, так еще и не для себя покупают, а хозяину. - Вы, вроде как, приятная девушка.

«А ты вроде как болтливая, и тебе приятно и мне удобно.» - Ухмыльнулась я.

- Раньше такого безумия не творилось: никто порталы в другой мир не мог открыть, все жили мирно, войны не было, да чего уж там — жить можно было без опаски. Сейчас же все или воюют или подчиняются сильнейшим. Вот как мой народ, - губ девушки коснулась грустная улыбка, пока она заматывала меня в полотенце. А когда стала намазывать лечебную мазь, с интересным ароматом, на ссадины продолжила:

- Это всё демоны, будь они неладны. Дочь одного правителя сбежала к сыну второго, но была убита детьми третьего. А потом не пойми кто прав кто виноват. Но когда уже учуяли кровь и власть, поняли что такое увеличить свои владения, их было уже не остановить. Союзы лживые, браки изменчивые и вот моя госпожа нашла, как получить из этого выгоду. Она бывает вспыльчивая, но по сути хорошая. Тяжело просто управлять материей Хаоса, пропускать её через себя и извлекать пользу, а не получать вред. - Это она меня сейчас убеждает, что демон по сути своей хороший?

- В общем хоть раз в год, но все войны прекращаются, на время аукциона. А сейчас поспи «поцелованная Хаосом», пока есть такая возможность, - за её болтовней я сама не поняла, как прошла все процедуры, и уже лежала в кровати, а она сидела рядом на табурете и поглаживала меня по голове. Сон моментально пришел, и непонятно усталость это, или магия этой желтоглазой.

3. Аукцион

Такой красочный сон. Давно у меня не было таких, спишь и не хочется просыпаться. Сосновый бор — стройные стволы, все как на подбор, ровными рядами по обе стороны. А я шагаю грунтовой рыжей дорогой, щурясь от солнышка и нет конца и края этой дороге. Но вдруг начал появляться этот густой едкий туман, клубиться и растекаться в мою сторону. Я уже бегу вовсю и не мил пейзаж вокруг, задыхаюсь, да я ползти готова, лишь бы опять не угодить в когтистые руки хозяйки этого тумана.

- Эу, просыпайся! Слышишь? Хватит уже спать, Госпожа скоро за тобой явится, -толкнула меня «веткообразная» в плечо и выдернула из сна, который превратился в кошмар.

Вот же гадство! Ни хрена это не сон был, меня действительно похитили и теперь продадут. Надежда обычно не умирает, её добивают лопатой, не в обиду всем Надеждам. Вот мою, думаю, и лопата никакая не возьмёт. Девушка протягивает мне платьице, то, что я видела ранее, из невесомой ткани, намекая, чтобы я его надела.

- Ни за что! - говорю я. - О, голос вернулся, - обрадовалась, а девушка начала от меня пятиться. - Стой! Я же обещала тебя не обижать, вела себя хорошо. Ответь, пожалуйста, есть ли способ вернуться в свой мир из вашего?

- Портал можно открыть только раз в год, когда затмение и Хаос позволяет это сделать Госпоже, - почти дрожащим голосом отвечает девушка. Неужели я выгляжу так агрессивно?

- Это мне год тут торчать? И что вообще никаких вариантов? - она отрицательно мотает головой. - Что же за птица твоя хозяйка, раз может целые порталы открывать? - последний вопрос скорей себе бубнила.

- Она не птица, она последний Архидемон. - Отвечает мне девушка, как раз на то, что я у неё не спрашивала.

- Говоришь затмение? - она согласно мотает головой.

- Вы, все прибывшие, «поцелованные Хаосом», - шепчет она и тычет мне этот кусок тюли.

- Я это не надену. Оно же ничего не прикрывает.

- Тебя заставят и лишат сознания, хочешь быть безмолвной куклой? - гадство.

- Ладно! - говорю и беру ЭТО. Надеваю и смотрю в зеркало, на лице столько эмоций и все кричат о моём недовольстве. Хоть я и красивая, но не развратница. Такой я могу быть лишь для одного, того кого пустила в свою постель. - Может, хоть трусы отдашь? -последняя попытка и такая же неудачная.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

С таким кислым лицом меня застает Шиоршайна неожиданно вошедшая в комнатушку. Смерила меня пристально с головы до ног своими глазищами, которые сверкнули золотом. Обошла по кругу и лишь тогда лицо сгладилось.

- Надеюсь, проблем с подготовкой не было? - вопрос был не мне.

- Нет, что вы Госпожа. Девушка очень спокойная, - отвечает эта дриада, а я мысленно хихикаю, потирая ручки.

«Да я само спокойствие, ведь «покорность» моё второе имя. А «вам всем конец» моя фамилия и отчество. Это обращение, девушку немного смущает, словно десятка лет лишает, но бдительность терять не собираюсь.»

- Я почему-то даже не сомневалась. Знаешь, Церия, я никак не могла привлечь такую сильную красавицу. В основном на мою чарующую песню попадались невинные девчушки и все поголовно светлые душой, - восхищенно излагала рогатая. Она обходила еще раз вокруг меня, а шлейф длинного черного платья пытался её настигнуть.

«Попадались на песню, говорит — я так вообще ни на какую песню не шла, скорей на зов природы и почти бежала. А про невинность? Ладно, не обидно, взрослая опытная женщина понимающая все про секс и даже пробовавшая на себе, но вот «светлые душой». Обидно! Я же светлая душой, да светлее не сыскать. Жизнь положила на спасение больных, раненых и на голову контуженых — последнее скорей про мужа. А тут такие слова.»

- Может она душой светла, хоть волосы как смоль? - говорит дриада.

«Ну, хоть кто-то за меня заступился и разглядел мою сверкающую лучами солнца душу», -слегка улыбнулась я девушке, пока не видит рогатая.

- Может ты права, но хватит об этом. Пора! Посланники правителей уже прибыли, и я зашла за последней девушкой, не хотелось бы заставлять их ждать. Иди за мной моя пташка Хаоса, - и резко обернувшись, зашагала на выход.

Я сначала оторопела, всё как-то неожиданно, потом глянула на дриаду, а та махнула мол «иди». Ничего другого не осталось. Шагать пришлось босиком в прозрачном платье, которое подвязывалось одной лентой, по прохладному каменному полу. А эти замковые сквозняки заставили ощутить себя полностью голой. Демоница быстро шагала коридорами, а я на цыпочках пытаюсь не потеряться. Были мысли повернуть не туда, да только фильм с таким названием плохо кончился. Остановившись у той же двери, в круглую комнату, она повернулась.

- Я знаю, что заклинание уже спало, и ты можешь говорить, но вылети хоть слово из твоего сладкого ротика и я его верну. Я надеюсь доходчиво, излагаю? - я лишь кивнула. -Не переживай, торги обычно долго не длятся, а когда тебя купят, дадут и обувь, и тёплую одежду. - Добавить это, наверное, решила увидев как я дрожу или может стук зубов выдал?

Я еще раз кивнула, типа давай уже заходи, а то на сквозняке стою. Скорей начнём, скорей закончим! Я всегда так говорила перед не сложными операциями. Аукцион для меня как раз не сложно, вот улепётывать от покупателя, сжигая мосты, дома, замки — совсем другое дело.

Дверь открылась - мы вошли. В совершенно изменённую комнату, чем она была до этого. Стены словно облачили в алый шелк, таким же цветом был отделан пол, с разницей только в материалах. Ножкам сразу стало мягко и уютно, а от огоньков на высоком потолке, кажется, исходило тепло. Ко мне сразу подошел мужчина и повёл к не менее преображённому подиуму посередине. Пристегнул начищенными до блеска оковами, как и остальных девушек. Сверкающие кресла были пока пусты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Вот же ироды! Только я одна без трусов?» - мысленно ругалась, заприметив тоненькие полоски на девушках.

Но только меня приковали, а Шиоршайна взошла на свой пьедестал, она чётко и громко сказала:

- Да начнётся торг за «поцелованных Хаосом»!

«Не знаю, кто такой этот ваш Хаос, но меня точно никто не целовал. Не целованная я!»

Дверь опять распахнулась и вошли высокие статные широкоплечие не люди, а мордашки то какие. В общем как те сосны в моём сне — все на подбор. Лица у всех заинтересованные, скользят по нас глазками: чёрными, красными, желтыми, зелёными, синими. Кожа от загорелой бронзы до белого фарфора. Вот это выбор, как продукты в магазине с разными марками и упаковками, вот только товар - мы. Все словно хищники беззвучно прошли, заняли свои места.