Туманный колокол - Валентеева Ольга

— Значит, Филипп, — задумчиво проговорил Айденс. — Директор Рейдес просил присмотреться, есть ли у тебя способности к зеркальной магии. Признаться честно, я собирался отказаться, мне не нужны дополнительные ученики, но твоя защита во время поединка была выше всяких похвал. Поэтому с сегодняшнего дня дважды в неделю последней парой у тебя будут тренировки со мной. Иногда индивидуальные, иногда групповые. Лекций не веду, только практикумы. Одежду надевай, какую не жалко — во время переходов бывает всякое. Услышал меня?

Я завороженно кивнул. В этом человеке было что-то подавляющее. Он смотрел на меня — и будто сквозь меня. Эдакая игра теней и масок.

— Тогда приступим.

Айденс взмахнул рукой, и прямо передо мной появилось большое зеркало в полный рост, завешенное черной тканью.

— Это — наш инструмент для работы, — хрипло сказал он. — Конкретно это зеркало, которое находится перед тобой, безопасно, и мы сможем с ним немного поиграть. Иди сюда, курсант, становись перед ним.

Я замер на указанном месте, а профессор Айденс жестом заправского фокусника сдернул ткань. Мое отражение было каким-то… не таким. Будто старше. И глаза сменили цвет с зеленого на черный.

— Это — твой зеркальный двойник. — Айденс замер за моей спиной, но в зеркале он почему-то не отражался. — С его помощью ты можешь увидеть, кого захочешь, передать послание. Я зачаровал это зеркало для тебя, на первое время хватит. Но если ты покажешь успехи в зеркальной магии, придется сделать зеркало своими руками. Несколько правил безопасности. Говори четко. Ставь защиту перед работой с отражениями. Не попадись! Запомнил?

Я кивнул.

— Немногословен. Похвально. А теперь опусти ладони на эти символы на раме.

Я послушно коснулся черной рамы. Она была холодной на ощупь. Настолько, что даже немного свело пальцы.

— Сегодня попробуем простейшее заклинание. Представь, кого желаешь видеть. Единственное условие — этот человек должен быть жив.

Мне безумно хотелось узнать, как дела у Полли, но вдруг Айденс узнает ее? Нет, нельзя. Вместо этого подумал о Лиз и призвал силу. Зеркало не откликнулось.

— Не так! — Айденс легонько стукнул меня по запястью. — Распределяй поток магии равномерно, пытайся наполнить ею символы под ладонями. Верно.

И я увидел Лиз. Она о чем-то болтала с Робертом. Сердце мгновенно уколола глупая ревность. Они даже не дружат! С чего бы мне ревновать?

— Осторожно. Смотри, но не оценивай, зеркала крайне чувствительны к эмоциям. Надо отрешиться от всего, только думать об объекте. Ну же, Филипп!

Пусть будет куратор Синтер. Он ожидаемо находился на парах, гонял очередных студентов.

— Уже лучше. — Профессор сменил гнев на милость. — А теперь представь кого-то, кто находится далеко. Интересно, насколько велика твоя сила.

Далеко? Может, представить няню? Она должна быть в нашем родовом поместье, если его не конфисковал магистрат. Вот только отражение уже пошло рябью, и я увидел Полину. Она сидела с книгой в руках в большой уютной гостиной. За ее спиной распахнулась дверь, и вошел… герцог Дареаль! Полли грозит опасность? Но она обернулась и улыбнулась, да и герцог выглядел приветливым. Что это значит? Что там творит Полина?

— А у тебя талант, — присвистнул профессор Айденс, и изображение исчезло. — Если верить силовым потокам, твоя подруга находится очень далеко, возможно, в нескольких неделях пути. Что ж, это у тебя, наверное, семейное.

— Что вы имеете в виду? — вздрогнул я и обернулся.

— Ничего. — Профессор пожал плечами. — На сегодня я увидел достаточно. Можешь идти к себе, а завтра на последней паре жду.

И первым покинул аудиторию. Семейное, значит? Но когда мой отец тут учился, Айденса еще и на свете не было. Или внешность обманчива? Надо взглянуть, в каком точно году профессор завершил обучение в гимназии. Только при всем желании он не может так молодо выглядеть, если ему хотя бы столько лет, сколько папе. Я перестал вообще что-либо понимать! Или он решил подколоть меня по поводу Анри? Все ведь считают, что это он как-то с помощью зеркальной магии навредил Таймусу. Интересно, а может ли зеркало показать мне Анри? Айденс не стал его забирать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я знал, что совершаю ошибку. Но когда меня это останавливало? Спокойно замер перед зеркалом, коснулся тех же символов. Анри ведь жив, я не нарушаю правила.

— Анри Вейран, — прошептал тихо.

Зеркальную гладь постепенно заволакивал серый туман. Он стелился по поверхности изнутри, а я вглядывался в серое марево, пытаясь увидеть брата.

— Попался! — Вдруг из тумана вынырнула рука и потянулась ко мне сквозь зеркало. Я отпрянул и едва сдержал крик. Пустота? Она способна достать меня таким образом? А может, мои попытки не так тщетны и я бы тоже мог достучаться до Анри? Спросить бы профессора Айденса, только сам профессор абсолютно не внушал доверия. Наоборот, какой-то внутренний трепет, заставляющий ждать удара в спину. Я поднял с пола ткань и накрыл зеркало, а затем покинул аудиторию.

С Лиз мы должны были встретиться за ужином, поэтому решил пока что перенести вещи в новую комнату и узнать, как там Роберт. Пока добрался до второго этажа общежития, оказалось, что наши вещи уже сами переместились этажом выше. Там же нашелся и сосед, вполне живой и здоровый, учитывая недавние неприятности.

— Ты как? — спросил я, чтобы убедиться в выводах.

— Лучше не бывает, — сквозь зубы ответил Роберт, и я тут же успокоился. Язвит — значит, действительно в порядке.

— Не вспомнил, кто мог желать тебе смерти? — поинтересовался как бы между прочим.

— Нет. У меня, в отличие от тебя, враги на дороге не валяются. А сам-то где был? Выяснил, что за таинственная лекция?

— Да. — Я плюхнулся на кровать куда более удобную, чем предыдущая. — Меня ждал профессор Айденс, и мы начали работу с зеркалами.

Роберт нахмурился.

— Слушай, Вейран, мало тебе зеркал этих? Может, плюнешь? А то выйдешь отсюда, и никто не будет спрашивать, когда ты начал с ними работать.

— За мной в любом случае будут приглядывать, с зеркалами или без, — ответил я. — А вот изучить такую редкую технику шанса больше не будет. И потом, есть один вопрос, на который нужно получить ответ. Я только не знаю, как задать его Айденсу, чтобы он не пришиб меня на месте. Ты мне лучше вот что скажи, Роб. О чем говорил директор? Что это за кровная месть?

— Да так, глупости. — Роберт отмахнулся и поднялся, будто собирался уйти, но потом передумал и сел обратно. — Ладно, я, в общем, не удивлен, что твой отец не посвящал тебя в подробности, но лет десять назад он очень нехорошо подшутил над моим отцом, и тот лишился должности. Выгнать не выгнали, а понизили основательно. Им, конечно, все равно пришлось общаться по службе, но в остальное время они друг друга ненавидели.

— И тем не менее вы бывали у нас дома.

Как-то мне не верилось, что отец мог так нелепо подшутить над кем-то.

— Да, потому что они работали вместе, и это была дань вежливости.

— А что за шутка?

Роберт пожал плечами. Понятно, знает, но говорить не хочет. Только шутка зашла слишком далеко, раз Роб перенес ненависть отца на меня. Я решил не спрашивать. В конце концов, папы все равно уже нет. Что изменится, если я получу ответ?

— Твой отец любил потрепать нервы магистрам и подшутить над магистратом. Чужими руками, — все-таки добавил Роберт.

Я не стал с ним спорить. Наверное, сказывалось влияние гимназии. А может, то, что сегодня кто-то пытался его убить? А его ли? Или же… Нет, я тут ни при чем. Никто не мог знать, что я брошусь наперерез и отобью удар.

— О чем задумался? — Роб, видимо, ждал от меня хоть какой-то реакции.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да так, ни о чем, — качнул головой. — Странный он, этот профессор Айденс.

— Вейран, я никогда не могу понять, где бродят твои мысли! То мы говорили о твоем отце, то вернулись к профессору. Кстати, почему странный-то?

Очевидно, Роберту было любопытно. Я в двух словах пересказал ход нашей встречи, поделился и ощущением, будто профессор Айденс хотел убедиться в чем-то своем с моей помощью. А затем вдруг пришло в голову, что вдруг он специально попросил меня увидеть кого-то далекого? Надеялся выведать, где Полли? Пьер говорил, что она вернулась домой, а оказалось, что это не так.