Елена Васильевна меняет профессию (СИ) - Ди Мельпомена

Первым делом я попросила разрешение у Великого князя на то, чтобы повитухи предназначенные мне для родов прошли проверку на квалификацию. Сказано всё, разумеется, было не так, но смысл тот же. Десять женщин почтенного возраста с безупречной репутацией были представлены пред мои очи двадцать пятого мая. Бабки-повитухи, в народе больше известные как пупорезки, меня не впечатлили своим внешним видом. Поэтому я решила увидеть их в деле.

В Москве каждый день случались роды, и не у всех женщин была возможность вызвать к себе «квалифицированную» пупорезку. Бедные женщины обходились знаниями своих родственниц, подруг и соседок. Я велела бросить по столице клич, чтобы желающие беременные женщины смогли обратиться по определённому адресу, где им окажут помощь.

Но в «родильные избы» мало кто обращался, все в основном предпочитали рожать дома среди близких им людей. Но когда случай был критический, к моим экзаменуемым пупорезкам стали обращаться с большей охотой. На первые два вызова я поехать не смогла, так как роды проходили в ночное время, и какие бы я не приводила аргументы — Великий князь меня не отпускал. Но на третий раз я села в карету и вместе с Агриппиной Фёдоровной отправилась в путь.

Было раннее летнее утро. Июнь только начался, но уже хотелось снять верхнюю одежду и ходить в просторной тунике, а не в красивом золотом вышитым платье с полкило вышитого бисера. Карета медленно остановилась у неприметного дома, боярыня Челяднина помогла мне спуститься. Передо мной стоял простой деревянный дом в одном из беднейших районах столицы. Давно не было осадков, поэтому на улицах было не грязно, можно было ходить и не бояться испачкать платье и сапоги. У дома стояло несколько карет. Значит, пупорезки уже здесь.

Я прошла по устланной досками тропинке к самому дому, прошла сени и оказалась внутри избы. Несколько шебутных ребятишек сидели у стены на деревянной лавке. Мужчина с длинной бородой держал в руках шапку и что-то рассказывал одной из бабок-повитух. Я с помощью боярыни сняла с себя верхний кафтан, одела белый передник и подошла к роженице.

Женщина лет тридцати стояла у печи и глубоко дышала. Просторная сорочка серого цвета не доходила до пят, а едва касалась щиколоток. Русые длинные волосы роженицы были распущены, тело выглядело ослабленным, глаза обречёнными.

— Ребёнок выходит ножками вперёд, — чётко отчиталась передо мной главная пупорезка. — Сейчас мы пойдём в баню, там обычно проходят роды.

Я специально приказала не афишировать своё присутствие и не обращаться ко мне как к государыне. Меня в Кремле не особо любят, не хочу давать боярам поводы для сплетен.

Мы перешли внутренний двор, разгоняя разную живность в виде кур и уток по углам. Баня была уже готова (протоплена и начисто выскоблена — вот и вся средневековая стерильность), пришлось снять обувь, чтобы попасть внутрь. Свечи, привезённые мной из Кремля, были расставлены и зажжены за несколько минут. Роженицу усадили на деревянную скамью, немного выдвинули её таз вперёд, сняли с женщины серую сорочку и приступили к работе. Ребёнок не мог появиться на свет уже два дня, но сегодня я надеюсь, всё разрешится благополучно.

Главная пупорезка несколько часов подряд шаманила над роженицей, но ничего не получалось. Женщина почти полностью выбилась из сил, а бабка-повитуха заметно нервничала. Спустя час пожилая женщина подошла ко мне и сказала:

— Бог не даст разрешится от бремени этой женщине, но я постараюсь спасти ребёнка, как только мать… — пупорезка не закончила свою речь и опустила глаза.

Я сжала кулаки и с раздражением подумала, что могла бы оказаться на месте этой несчастной!

— Никто из вас не знает, что делать?! — я уставилась на десяток никчёмных и малограмотных повитух, но быстро дала себе мысленно леща. Да, они не знают! И это далеко не их вина.

Я подала знак своей боярыне, которая утирала со лба десятый пот. Та подала мне небольшую сумку. Я достала чехол с инструментами, заказанными у европейских врачей, открыла обеззараживающую жидкость и протёрла руки. Запах алкоголя разнёсся по всей бане, было недостаточно светло, но сухо и тепло и самое главное — чисто!

Я ободряюще улыбнулась роженице и присела на пол.

— Я тебя осмотрю?

Женщина устало кивнула.

Я осторожно засунула руку во влагалище (сразу подтвердив для себя, что это не первые роды пациентки), нащупала что-то маленькое в количестве двух штук. Ножки? Пальчики? Попыталась проникнуть глубже, но роженица вскрикнула. Я не была акушеркой, никогда не принимала роды. А беременных женщин в живую видела всего пару штук за свою жизнь. Но я знала, что такое кесарево сечение. Я смотрела сериал «Вызовите акушерку», я прочла все книги Дженнифер Уорф, смотрела лекции по родам. Я всё это узнавала не для того, чтобы эта женщина сейчас умерла у меня на глазах!

— Тебе нужно лечь на полог. Я дам тебе отвар, и боль будет не такой сильной. Я постараюсь спасти тебя и твоего ребёнка. Но ты должна быть сильной! — я серьёзно посмотрела в глаза роженице снизу вверх.

— Спаси дитя… — уверенно сказала женщина, сжимая мою руку.

Пупорезки проворно переложили роженицу на полок, омыли её, убрали всё лишнее, поставили новую партию свеч, также принесли лучины. Я ещё раз омыла руки, напоила роженицу отваром ромашки (что, разумеется, не сильно ей поможет), немного подождала и приступила к операции. Я знала, что шансы у меня на успех не велики, но почему бы не попробовать? Пупорезки уже поставили крест на несчастной, но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы и мать и ребёнок выжили! Да, я сама уже с большим пузом, но это только мотивирует к действиям! Умирать в родах — не самое приятное занятие. Смотреть на этот процесс или участвовать в нём самой — невыносимо.

Небольшой надрез в области бикини и вот уже видна матка. Делаю следующий разрез, вскрываю матку. Околоплодный пузырь не вскрыт, но мы сейчас это исправим!

Внутриутробная жидкость залила весь полог, но я не останавливаюсь. Засовываю ладонь в матку, нащупываю ножки, вхожу второй рукой, аккуратно вытягиваю малыша. Ложу ребёнка рядом с матерью, достаю послед. С помощью Агриппины ополаскиваю руки и беру уже готовую иглу в руки. Нить специальная, сделанная из оболочки кишечника коровы, которая рассосётся внутри организма роженицы примерно за две недели. Аккуратно зашиваю матку, после этого зашиваю рану в области бикини, тщательно всё обеззараживаю. В это время пупорезки делают свою работу, то бишь, перерезают пуповину и омывают ребёнка. Роженица тяжело дышит, но находится в сознании. Отдаю распоряжение, чтобы соорудили носилки и перенесли мать в избу.

Пупорезки смотрят на меня выпученными глазами и стараются не злить. Мы снова в избе. Я даю обезболивающий отвар матери, в то время как она кормит своего маленького сына грудью. Выдыхаю и сажусь на лавку рядом с малышнёй, подзываю к себе главную бабку-повитуху и говорю:

— Надеюсь, вы внимательно за всем следили. К завтрашнему утру жду от вас письменный отчёт. Ты лично отвечаешь за то, чтобы каждая из твоих подопечных смогла повторить сегодняшнюю операцию. За этой женщиной ещё нужно наблюдать. Я буду приезжать в течение четырёх дней, хорошо заботьтесь о матери, следите за раной, чтобы не загноилась, отслеживайте жар. На второй день пусть начинает расхаживаться, а не лежит на месте, поите её обеззараживающим отваром. Меняйте повязку, следите, чтобы женщина не схватилась завтра же за домашнее хозяйство. Да и в целом за семьёй приглядите.

Главная пупорезка воодушевлённо поклонилась мне в ноги. Я встала, переоделась и отправилась в Кремль…

Мои самые страшные опасения не оправдались. Крепкий организм русской женщины справился, и спустя неделю умирающая была живее всех живых. Иначе как чудом это назвать было нельзя. Словно бы в благодарность вселенная послала мне подарок в виде книг.

Из Османской империи прибыл гонец с подарками от некой Садыки Султан, это были книги о медицине и акушерском деле на турецком и русском языках. Я навела справки и выяснила, что Султан Сулейман (теперь известный как Тамерлан) женат не на Хюррем Султан, а на некой Михримах-хатун. А Садыка Султан наложница Османского Султана, подарившая ему сына. Эта Садыка взяла в свои руки всю женскую медицину империи и мне прислала подарок. Когда я прочла первую книгу, то буквально плясала от радости! Обобщённые знания о женской анатомии! Советы по дородовому, родовому и послеродовому уходу! Детские болезни и способы их лечения!