Не на своём месте, или Целитель в академии тёмных (СИ) - Вериор Лика

— Да не смотри на часы, опоздают, точно тебе говорю, — он откинулся на спинку стула, а я с интересом стала рассматривать зал.

Большая комната с высоким потолком и одним двустворчатым окном, занимающим почти всю стену, дополнительно освещалась ещё и светильниками. На прямоугольном столе, рассчитаном на тридцать-сорок персон ничего не лежало, только солнечный свет бликовал, придавая огромному пространству хоть какое-то разнообразие. В углу помещения стоял другой стол, за который и сел Люциус, уже сейчас что-то записывающий.

Дверь открылась, и вошёл ректор с двумя мужчинами. Когда на часах было уже девять, появилось ещё пятеро магов и одна магиана, а в девять ноль три зашёл и опоздавший.

— Итак, все, кто нужно, присутствуют, — начал ректор и сел за своё место во главе стола. — Для начала хочу представить нашего нового преподавателя и куратора — магистра Дорриану. Она целитель, а также будет курировать наших выпускников с боевой некромантии.

Я встала со своего места, испытывая неловкость под взглядами всех этих магов, даже единственная женщина смотрела на меня с некоторым презрением. Ну да, конечно, в деле «некромант-целитель» нет места женской солидарности…

— Я рада приветствовать вас и надеюсь на нашу продуктивную работу и сотрудничество, — выпалив это, я села обратно и услышала тихий смешок со стороны седого мага.

— Вы уже поняли, что магистр Дорианна будет преподавать целительство. Дорианна, сейчас на собрании присутствуют проректоры и деканы факультетов, а также кураторы последних курсов со всех трёх факультетов. Так как вы являетесь куратором выпускной группы, вы также должны присутствовать на собрании и учавствовать в обсуждении, — я кивнула, поймав несколько недовольных взглядов.

Что скрывать — я сама была не довольна: почему у нынешних выпускников нет куратора, а если был, то что с ним случилось? Почему в качестве куратора выбрана я, девочка-целитель, вынужденная стать преподавателем из-за государственного долга? Да уж, понять, что творится в голове ректора Гринна, наверное, никогда не получится.

— Сразу представлю проректоров и деканов и начну, конечно же, с леди Бертис Мэй, являющейся проректором по учебной работе, а также преподавателем ядов и проклятий у студентов первых-третих курсов.

— Рада знакомству, — вежливо улыбнулась женщине, но была проигнорирована. Что там она ведёт? «Яды и проклятия»? Кажется, мне нужно навесить дополнительную защиту и на себя, и на свой дом, ведь в правилах академии нет такого пункта, как «ненападение на коллег и студентов», только «не причинение смертельного вреда». В опасное, конечно, место я попала, очень опасное, но от этого становится по-неадекватному весело…

— Наш проректор по научно-исследовательской работе и по совместительству декан факультета судебной некромантии — лорд Джоэл Долсон, — мужчина кивнул мне. — Декан факультета боевой некромантии — лорд Нортон Дайлали, — о-о, а этот взгляд может посоперничать и со взглядом леди Мэй, — и, кончено же, декан факультета боевой магии стихий — лорд Рэндольф Перри, — мужчина отсалютовал мне рукой, что было странно, ведь мы сидели рядом.

Ещё одна деталь: пока что среди всех этих людей я была единственной «госпожой», что не прибавляло мне значимости в их глазах. Ну что же, добиваться признания посредством своего положения в обществе — последнее дело для мага.

— Остальные кураторы: лорд Джон Белл, лорд Сэмюэль Харфилсон, лорд Джозеф Брайант, лорд Стивен Рич и лорд Бретт Шилдс.

На первый взгляд может показаться странным, что поголовно все преподаватели здесь — лорды. Что люди голубых кровей забыли в преподавании? На самом деле всё очень просто. Для начала, преподавание — это престижно и оплачиваемо, но даже не в деньгах может быть дело, главное передать свои знания новому поколению, а сильнейшие маги рождаются именно в знатных семьях. Среди обычных людей тоже можно найти самородков, но это такая редкость, и со временем эти «обычные» тоже становятся лордами (за особые заслуги в области магии, между прочим), а значит, и всё их потомство, которое с большой вероятностью также будет иметь высокий магический потенциал. Так и выходит, что если ты хороший маг, тебя принимают в какой-нибудь знатный род, или же даруют дворянство.

А я вот, получается, плохой маг, либо пока что незамеченный, если исходить из этой логики.

С другой стороны, здесь работают не идиоты, чтобы сомневаться в выборе ректора, так ведь?

— Магистр Дорианна, вы, кажется, уже не с нами, — привлёк моё внимание Гринн, на что я виновато улыбнулась.

— Извините, задумалась.

— О чём же? — ехидно спросила леди Мэй.

— О том, — я посмотрела на неё, — что добавление «лорд» или «леди» к имени начинает терять смысл, — сказала честно, а потом вдруг осознала, что это может звучать оскорбительно, но вносить ясность не стала. И вообще, высокие господа, раз вы такие невероятные, что же сверлите меня, обычную, своими злыми взглядами?

— Вы правы, среди магов статус в обществе уже не должен иметь никакого значения, — поддержал меня ректор. — Куда важнее будет заметить степень магической квалификации? Например вы, магистр Дорианна? Расскажете нам?

Это ещё что за подстава?

На меня выжидающе и с насмешкой посмотрели абсолютно все, правда вот Гринн вдруг переменился в лице и осознал, что его помощь вполне может оказаться медвежьей.

— Я магистр, — начала говорить, наблюдая, как повышается заинтересованность в их глазах. Тёмные маги! — магистр третьей степени в области целительства и созидания, — и снова улыбнулась.

Разочарование мои новые коллеги даже не попытались скрыть: конечно, теперь нельзя ссылаться на то, что я никчёмный маг. Иметь третью степень из десяти (где первая степень является самой высокой), да ещё и в двух областях — круто даже для тёмных.

— В моём выпуске вообще интересно получилось: через год-два пятеро получили магистров, один мой сокурсник даже имеет первую степень — действительно незамутнённый талант, который теперь находится на службе его императорского величества.

Ректор улыбнулся, но совсем незаметно, быстро вернув серьёзный вид:

— Как видите, в ВАМИТе действительно работают лучшие специалисты. Итак, со знакомством покончили и перейдём к самой проблеме. Впрочем, долго говорить на этот счёт мы не будет уже потому, что никак не повлияем на ситуацию… — он постучал по столу: — Причина, по которой был введён такой предмет как «целительство» — возможная война с Гельдоррой, и если раньше были лишь подозрения, то сейчас от его императорского величества поступил официальный приказ: готовим адептов к войне.

В абсолютной тишине моя вдруг появившаяся икота было невероятно громкой. Все посмотрели на меня, смутив, но икота так и не проходила.

— Магистр Дорианна, может, вам воды? — заботливо предложил Люциус, а я лишь кивнула.

— Простите — ик! — не знаю, что на меня… — а потом вдруг осознала — я подцепила где-то «обыкашку»! Явно студенческую, потому что подействовала она только сейчас. И я бы подумала на кого-то из находящихся здесь магов, но, прислушавшись к себе, была на сто процентов уверена: «обыкашка» — чья-то шалость, рассчитанная даже не на меня.

Осознав это, я быстро дезактивировала заклинание и виновато улыбнулась:

— Извините ещё раз, кажется, я где-то подцепила мелкое проклятие…

— На меня намекаеш-ш-шь? — чисто как змея зашипела Бертис, но я поспешила её разуверить:

— Конечно нет! Если от вас и можно что-то подцепить, то точно не мелкое проклятие!

Воцарившееся молчание было ещё напряжённей, чем когда ректор сказал о войне. И что я не так сказала?

— Ой, — я вытаращилась на магиану, у которой из глаз разве что молнии не полетели, — я не то имела ввиду…

Замолчала, поняв, что если сейчас буду объяснять ситуацию, это будет ещё более оскорбительно, и обиженно посмотрела на рассмеявшегося вдруг декана боевого факультета.

— Лорд ректор, так что вы там говорили про войну? — поспешила перевести тему.