Лилит Сэйнткроу - Грешники Святого города

— Ну и ну. Как же он открывается?

Изящный кулачок Селены грациозно взметнулся и нанес стремительный удар. Потом она отряхнула осколки стекла — настоящего стекла, не пласгласса, — и куб со звоном рассыпался.

— Тиенс сказал, что старший заботится о твоем благополучии и стремится оградить тебя от опасностей. Это много значит, когда речь идет о демоне.

«Заботится о моем благополучии? Да, конечно! Бросил меня одну со всеми проблемами. Хороша забота!»

Однако сердце у меня все же екнуло, и я произнесла:

— О!

Никаких более вразумительных слов я не нашла.

Селена опустилась на колени среди осколков стекла и пробежала пальцами по корешкам книг.

— После той нашей встречи меня одолело любопытство. Я стала наводить справки. Ты не поверишь, сколько мне пришлось за это заплатить. Эсмеральда умеет торговаться… Ага, вот оно. — Тонкий том почти упал ей в руки. — «Hedaraie Occasus Demonae». Единственный в мире экземпляр. По слухам, книга написана одним из последних падших демонов до того, как все они погибли в серии катастроф. Языка я не знаю, перевести не могу. Может быть, ты сумеешь.

Одним плавным движением Селена поднялась на ноги. Слои энергетической защиты поблескивали, реагируя на опасное напряжение в воздухе. Похоже, не все «экспонаты» спали. Возможно, проклятия никогда не засыпают.

— Что-нибудь еще тебе известно? — спросила я, с замиранием сердца ожидая ответа.

«Не нравится мне это все».

— О падших никто не хочет говорить. Демоны отмалчиваются, маги не могут вызвать их на откровенность, а если что и знают, то не делятся с нихтвренами. Кто убил маги и учинил разгром — тут вообще ничего не понятно. Николай вне себя от ярости. — Ее темно-голубые глаза лукаво блеснули. — Но кое-что мне известно. Ты сильнее и быстрее обычного человека, ты можешь использовать силу твоего падшего. Ты связываешь его с этим миром, и если с тобой что-то случится… — Селена покачала головой, взметнув волну волос.

— Значит, я ценная заложница для любого демона, если он сможет меня поймать.

«А ты думала, эта братия суетится вокруг ради твоей прекрасной улыбки?»

— Полагаю, да, — ответила Селена. Ее глаза слегка затуманились. — Данте, мне самой довелось быть заложницей. Это неприятно. Хочешь совет?

«Валяй. Мне все равно тебя не остановить».

— Слушаю. — Я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно любезнее.

— Не суди своего падшего слишком строго. Он… судя по тому, что я услышала до того, как они с Ником перешли на русский, он весьма озабочен твоей безопасностью. — Она взмахнула книгой и хлопнула обложкой себе по бедру. — Будь добрее к старшему. Знаешь, почему демоны становятся падшими?

«Если он так сильно переживает, почему бросил меня на Маккинли? Морочил мне голову, манипулировал мной — а теперь надо быть к нему добрее».

— Они об этом не говорят.

«Он говорил о любви. Если это любовь, я предпочитаю поединок».

У Селены была очаровательная улыбка, но ее глаза не улыбались. Она смотрела сосредоточенно и углубленно.

— Они отвергают ад ради смертной любви. Это делает их беспомощными, а именно это демоны по-настоящему ненавидят — свою беспомощность.

— Откуда ты узнала…

«И сколько времени тебе потребовалось, чтобы это выяснить? Держу пари, меньше, чем мне. Но свою беспомощность ненавидят не только демоны».

— Пришлось кое-кого допросить. — Селена сунула мне книгу. — Поаккуратнее с ней, вещь ценная. А сейчас тебе лучше отсюда убраться. Отправляйся в клинику на углу Четырнадцатой и Непера. Спроси Мерси или Аннет — они работали с мужем твоей подруги. И, во имя богов, будь осторожна! За твою голову назначена плата. Мы с Николаем сделаем все, чтобы оборотни и другие паранормалы не причинили тебе вреда, но наши возможности не безграничны. В городе полно наемников, и для нас крайне нежелательно прямое вмешательство в человеческие дела, а тем более в разборки между демонами. Не доверяй никому. Если нужно будет отоспаться в безопасном месте, отправляйся в Дом Любви на…

— К Полиамур? Она тоже замешана в это? — Я постаралась скрыть сомнение в голосе.

— Нет, она тут ни при чем. Поэтому у нее безопасно. Там тоже что-то для тебя найдется, но сначала займись своим делом.

Помолчав, Селена добавила:

— Жаль, что я не могу отправиться с тобой. Это так волнует! Я столетия не переживала ничего волнующего.

— Ага, конечно.

«Меня бросил любовник-демон, у меня сожгли дом, на меня обрушили самолет, нагруженный реактивом, меня душил дьявол. Не говоря уже об адских псах и о том, что меня чуть не заманил в ловушку оборотень. Может, для тебя это волнующие ощущения, а я порядком утомилась».

— Боюсь, в моем случае все не так весело, как кажется со стороны.

Она сморщила изящный носик.

— Я испытала достаточно волнующих моментов, чтобы научиться ценить скуку. Это всего лишь… — Селена подняла голову. — Ой, сюда идет Николай! Поспеши. Вверх по лестнице и третья дверь налево. Спрыгнешь со второго этажа, там на окне многофункциональный засов. Я не меняла его на случай, если вдруг снова придется выбираться тайком. И помни, Данте: не доверяй никому. Включая меня. В городе демоны, а с ними никто не может чувствовать себя в безопасности.

«Мне ли не знать».

— Спасибо, — промолвила я. — Ты вела себя благородно.

«У Полиамур что-то есть для меня? Ну конечно».

И тут пришло понимание. Я ощутила его всей кожей. Как глупо, что до сих пор я об этом не подумала.

«Что ж, одной проблемой меньше».

Селена махнула рукой и сказала:

— Иди. Я задержу Ника и Тиенса.

Глава 19

Когда я добралась до угла Четырнадцатой и Непера, ночь уже была на исходе и небо начинало сереть. На улицах было на удивление тихо, даже для Тэнка. Легкий предрассветный туман наполнил волосы влагой, напомнив об особенностях моего обмена веществ: в прохладный воздух от моей кожи поднимались струйки пара.

В левом плече ощущались тяжесть и онемение, в левой руке — холод. Мне хотелось сунуть ее под блузку и прикоснуться к знаку Джафримеля. Возможно, этого контакта ему было бы достаточно, чтобы найти меня, а мне… мне его не хватало.

«Именно это демоны по-настоящему ненавидят — свою беспомощность».

Ну что ж, это нас почти уравнивало. Я тоже терпеть не могу беспомощность. Но вряд ли можно ожидать от Джафримеля сочувствия к кому-то, даже ко мне. Ведь он без зазрения совести использовал свое превосходство в силе, чтобы заставить меня вести себя так, как ему представлялось правильным для маленькой слабой хедайры. Это он-то беспомощен? Нет. Кто угодно, только не он.