Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь» - Лина Алфеева

с любопытством уставился на меня. Не выдержала и бросила:

— Из Гиблой долины.

А потом с мрачным удовлетворением смотрела, как Флавус складывает пальцы в защитном жесте. Бросив напоследок “не поможет”, я покинула лавку, чтобы испытать удачу в кабинете ректора, но выяснила, что у лорда Кирка сложные переговоры.

Можно было бы вернуться в Заповедник и ждать новости там, но ноги сами понесли меня в библиотеку, где я попросила книгу значимых родов Светлых земель. Расчет был прост: если те самые Оберы, с которыми породнился мой темный дядя, всего лишь мелкий клан, то о нем даже записей не будет.

Вот так я и выяснила, что мой дядя Эрдан умудрился жениться на принцессе из рода светлых магов. В гербовой книге Светлых земель его род теперь считался побочной ветвью. На трон он претендовать не мог, но я-то знала, что в Дельтране есть вещи поважнее королевского венца и правящих регалий.

Магия, которая передавалась по родственным линиям.

“Здорово изучать книжки, когда твоего друга могут отдать светлым карателям…”

Черная надпись возникла в воздухе, прямо над листом со схемой рода, которую я изучала. Вскинув голову, увидела Аманду. Темная стояла в дверях библиотеки и ждала мою реакцию на сообщение. Убедившись, что я поднялась со стула, она поспешно вышла из зала.

Пришлось догонять.

— Надо же, я думала, ты и дальше будешь строить из себя обиженную.

Аманда стояла, прислонившись к стене библиотеки. Вид, как обычно, у адептки был хмурый, но сегодня помимо мрачного настроения у нее было странное пятно на платье, опустив взгляд ниже, я увидела разбитые в кровь колени.

— Темные стервы не обрадовались твоему возвращению?

— Сама виновата. Нечего было сбегать. Они сочли это признаком слабости.

— Ты объяснила им, как сильно они ошибаются?

— Ага. Вроде того. Но мой прекрасный характер мы может обсудить и потом. Сейчас важнее, что будешь делать ты, Абриэль…

— Думала зайти к ректору Кирку и узнать об Эрне. Так уж вышло, что последние новости мне рассказал Флавус…

— Они обвинят Эрна в похищении силы. Сама знаешь, чем это черевато.

— Глупость! Он ловил мага-нарушителя, который незаконно проник в академию. Да он на него самого вчера напал!

— Нет доказательств, что это был он.

— Будут!

Я решительно направилась к замку. Больше я не собиралась ждать, когда ректор Кирк освободится. Если в его кабинете решалась судьба Эрна, то я имела право голоса, как жертва темного мага.

 — Абриэль! — окликнула меня Аманда. — На что ты готова, чтобы с Эрна сняли все обвинения?

— На все! — неожиданно для себя самой выпалила я.

И поняла, что так оно и есть. Я могла злиться на Эрна, психовать из-за того, что его мне навязали, негодовать из-за проваленного экзамена, но зла я ему точно не желала. И потом я всегда за справедливость! Как можно наказывать того, кто всего лишь ловил опасного нарушителя?

Спустя несколько минут при виде того, что Эрн оставил от того темного мага, я уже не могла заявлять, что сын герцога Авердана был невиновен. Проекцию мага, а точнее фантом того, что от него осталось, мне предъявили с порога. Даже поздороваться с присутствующими в кабинете мужчинами не дали.

Более того, меня словно ждали. Стоило мне войти в приемную, как секретарь всплеснула руками: “Наконец-то!” — и велела сразу заходить. Видимо, надеялась, что я смогу хоть как-то облегчить участь ректора Кирка, попавшего в осаду.

В его кабинете находились четверо карателей. Я сразу отметила пожилого мага с военной выправкой и неприятным колючим взглядом. Именно перед ним наш ректор стоял по стойке смирно и даже не пытался сесть в кресло. Только позволил себе вцепиться рукой в высокую спинку. Ноги уже явно не держали, взмокшие волосы прилипли ко лбу, да и в целом вид у Кирка был весьма несчастный.

Но темному магу было намного хуже. Я не знала, как он выглядел до поимки Эрном, но сейчас это был обтянутый кожей скелет.

— Смотрительница, как вы думаете, что случилось с этим мужчиной? — холодно поинтересовался старший каратель.

Решив, что раз со мной не поздоровались, то и я могу не утруждать себя любезностями, я медленно приблизилась к фантому, обошла по кругу и уточнила:

— Магическое изображение полностью соответствует оригиналу?

— Волне.

— И этот несчастный пострадал, когда влез на территорию моего Заповедника?

— Да, госпожа смотрительница, он был выпит в Заповеднике, — тут же подхватил ректор Кирк.

Молодец, умеет импровизировать. И куда я клонила, тоже понял. Увы, светлые тоже сообразили, что я решила помочь Эрну. Главный каратель резко рубанул ладонью по воздуху.

— Вам не удастся нас убедить, что темный маг лишился магии из-за того, что забрел куда не следует в вашем уникальном зверинце.

— О! Так вы признаете, что Заповедник Агревуда — уникальная территория? — тут же подхватила я. — Знаете, мне иногда кажется, что у наших магов короткая память, и они совершенно не помнят дни прихода Тьмы, которая изменяла все, до чего смогла дотянуться. Она ломала, переделывала под себя… И так здорово, что сотворенные при ее участии существа смогли найти приют в Агревуде. Не всем же в Гиблой долине ютиться. Вот только места у нас заповедные, опасные, к нам без пропуска вообще лучше не заходить.

— Смотритель, хотите сказать, что на территории вашего Заповедника едва не погиб маг? — быстро “перевел” ректор Кирк.

— Да я вообще без понятия, как он у нас оказался! Видимо, сильный… Эм… Был. Смог пробить защиту, обошел охранки и наши патрули. Но вот беда приключилась. Как я уже говорила, места у нас опасные.

— А адепт Эрн Авердан у вас оказался чисто случайно? Да? — едко поинтересовался каратель.

Я с трудом удержалась, чтобы не охнуть. Так вот в чем дело. Не в бедном маге, который чуть не сдох, потому что юный и талантливый темный перестарался. Все дело было в том, что прибывшие светлые прекрасно знали, чьим сыном был Эрн!

— Знаете, как все выглядит? Наследник герцога вышел на охоту в Заповедник. Выследил нарушителя. И не пощадил в надежде получить новую магию.

— Эрн был в Заповеднике не на охоте!

— И зачем же этот адепт явился на волшебный полигон после отбоя?

— Он пришел ко мне! Он был у меня. Мы были вместе… — под конец голос звучал совсем тихо. — Если не верите, то