Говорящая с Пустотой - Лена Бутусова

мне пришлось убить невинное животное, — Антрас процедил сквозь зубы.

— Это он-то невинный? — Лавра бил озноб, он зябко потирал плечи и пытался колдовать, но руки плохо слушались его.

Тианна прислушалась к биению Потоков:

— Мне кажется, оно еще живо.

Девушка приблизилась к громоздкой туше.

— Ти, осторожно! — Антрас предостерегающе поднял руку, но было поздно.

Тианна, положив ладони на теплую шерсть, начала свое священнодействие. И ей было неважно, что Мерриган может ее выследить. Зверь не должен был умереть из-за чьей-то глупости. Хватит уже бессмысленных смертей…

…Она закончила очень быстро — у животного оказался колоссальный запас здоровья и удивительная способность к регенерации.

— Ти, только не шевелись… — Тианна услышала голос Антраса почти над самым ухом и подняла веки.

Волколак пришел в себя и смотрел на свою спасительницу внимательными умными глазами. Девушка убрала руки с его шкуры.

— Он меня не тронет, — она улыбнулась.

— Уверена? — братишка попытался оттащить ее от пришедшего в себя хищника.

— Звери бывают благодарнее людей, — Ти вздохнула и поднялась на ноги.

— Ты опять выдала свое местоположение, — Антрас сокрушенно качал головой.

— Значит, нам пора уходить отсюда, — Тианна наклонилась и погладила уродливую голову волколака, в ответ на что зверь тихонько заурчал. — Удачи тебе, дружок. Впредь выбирай противника по силам.

Хищник опустил тяжелую голову на лапы и внимательно смотрел, как троица скитальцев отправилась в обратный путь, прочь из гиблого болота.

* * *

Из топей они выбрались только к вечеру, уставшие, промокшие и голодные. Тианна и Лавр с трудом тащились за Антрасом, да и юный дракон приуныл. Болота навевали тоску, а неуместное колдовство Лавра разбередило еще толком не зажившую душевную рану.

Они сделали привал, когда уже совсем стемнело.

— Разожжешь костер? — Антрас с сочувствием смотрел на вконец поникшую Ти. — А я пока поищу что-нибудь поесть.

— В темноте будешь охотиться? — Ти ответила вопросом на вопрос.

Девушка собрала кучку хвороста, нашла коротенькое полено и принялась возиться с огнивом. Сырые ветки никак не хотели разгораться, но Тианна всегда была упрямой.

— Какая мне разница? — Антрас улыбнулся уголками губ, и его глаза по-кошачьи сверкнули, отражая отблеск разгорающегося костерка.

Тианна исподлобья поглядывала на старого мага, с охами и кряхтеньем льнувшего к огню. Он казался ей странным, но она никак не могла определить для себя, в чем заключается его странность. А после недавней выходки с мороком, который едва не подарил ей глупую надежду на встречу с любимым, она и вовсе относилась к магу с неприязнью. Хотя с его стороны негативных эмоций не было, даже былая настороженность прошла. Видимо, после спасения из болота Лавр все-таки решил, что им с Антрасом можно доверять.

Антрас вернулся быстро — с добычей. Он принес двух упитанных зайцев, тут же ловко распотрошил их прямо у костра, чем вызвал приступ невероятной брезгливости у Лавра.

— Что ты кривишься, это же еда? — Ти недружелюбно поглядывала на волшебника, помогая брату свежевать дичь.

— Это в тарелке они еда, а пока что это два окровавленных трупа, с которых вы сдираете шкуры, — казалось, мага вот-вот стошнит.

Антрас и Тианной переглянулись, юноша пожал плечами, и они продолжили свое занятие. Довольно скоро куски зайчатины, которые Антрас насадил на деревянные палочки, аппетитно скворчали над костром, роняя в него капли ароматного жира и пропитываясь дымком. Ти для вкуса присыпала их специями из своей сумочки. Девушка с горечью вздохнула — походным запасом трав ее снабдил Дени перед последним заданием: толстяк знал толк во вкусной еде.

Довольно быстро с едой было покончено, причем волшебник поглощал мясо убиенных тварей с не меньшим аппетитом, чем все остальные. После ужина Лавр начал было устраиваться на ночлег, благо с болота они ушли, и землю вокруг устилал мягкий пружинистый мох.

— Рано спать, — Антрас окликнул волшебника.

— Но я устал, — тот протянул капризно и надул губы, точно ребенок.

— Потерпишь. Нам нужно решить, что мы делаем дальше, — дракон посмотрел на сестрицу, и она устало кивнула. — Мерриган так просто о нас не забудет.

— Это точно, — Ти зевнула. — Скажи, — она обратилась к Лавру, — от кого ты должен был сберечь Слезу? От эльфийского короля?

Лавр нехотя кивнул:

— От него и его сторонников. Они уничтожают Слезы — и не только их.

— Но зачем? — Антрас недоуменно вскинул брови.

— Прозелиты Пустоты, разве вы о них не слышали?

Драконы дружно покачали головами.

Лавр скорбно вздохнул:

— Они уничтожают все, что несет в себе частицу Негасимого Пламени, всех, чей Поток достаточно широк, чтобы представлять для Пустоты интерес. Это могут быть как артефакты, так и люди. Они многих уже сгубили… Скормили тварям Пустоты.

Тианна с Антрасом переглянулись, вспоминая свою несостоявшуюся казнь на Драконьем Хребте Истроса.

— Я спрошу еще раз: зачем? — юный дракон развел руками.

— Они поклоняются Пустоте, обожествляют ее и приносят ей жертвы. Чем больше жертва, тем Пустота довольнее.

— Разве Пустота не безлика? — Тианна болезненно терла лоб, она все еще плохо ориентировалась в мифологии тех миров, в которых оказалась. Непросто было девушке из 21 века разобраться в хитросплетениях магических Потоков и взаимоотношениях различных чародейских фракций.

— Над этим вопросом спорят многие умы… — Лавр начал было очередную лекцию, но Антрас прервал его:

— А мы не будем спорить. Не все ли равно?

Волшебник обиженно захлопал глазами, а юный дракон продолжал:

— Нам нужно решить, что мы делаем дальше. У кого какие пожелания?

Лавр открыл было рот, но Антрас наставил на него палец, заставив замолкнуть:

— Ты выскажешься последним. Ти?

Девушка неопределенно пожала плечами:

— Мне все равно, по правде говоря. Вот уже несколько месяцев мы бежим и прячемся в страхе, что нас поймают ищейки Совета. Пусть поймают. Не важно. Я устала.

Девушка рассеянно водила пальцем по земле, вычерчивая среди опавших листьев и мха знакомые контуры графолы [*] Лю. Этот рисунок стал для нее своего рода заклинанием, она чертила эти линии всякий раз, когда не знала, как поступать, когда ей было плохо и больно. Чертила и в пыли, и на песке символ, обозначающий имя Алузара, графолу Лю, «черный огонь» в переводе с лингата — всеобщего языка.

Поскольку молчание затянулось, слово взял старый маг:

— Вы задавали мне вопросы, — старик внимательно следил за драконами. — Могу я тоже спросить вас?

Антрас пожал плечами:

— Спрашивай.

— Вы неоднократно произносили имя драконицы Мерриган. Вы с ней знакомы?

— Да уж, — Антрас горько усмехнулся. — Знакомы. Это она пыталась казнить нас на Истросе, но мы успели сбежать. Нам помогли, — юноша нахмурился, точно вспомнив о чем-то. — А теперь она хочет поймать нас и вернуть на плаху.

— В таком случае, у