Цветана полная любовь лорда Арана - Лина Алфеева

видели ни лорда Арана, ни Ограса и поторопилась прояснить ситуацию.

— Эд как! Вожак здесь? Ну тогда он и разберется, что там у дохляков сдохло, что они решили друг друга извести.

— Так мне не показалось? На темных ритуалистов напала нежить?

— Ага. Вон тех в хламидах атаковали твари, которыми управляет… — внезапно мужчина вскинул голову вверх и рявкнул. — Закрой глаза!

Я зажмурилась, но даже через плотно смежные веки увидела, яркие зеленые вспышки, а от всплеска магии смерти и тлена к горлу подкатила тошнота. Ноги ослабли до дрожи, я уже сочла, что упаду на колени, как вдруг я ощутила, как по телу заструилась живительная прохлада, словно я стояла, облепленная вонючей жижей, но ее смыла чистая ключевая вода. От нее кожа начала гореть, точно от мороза, но эту боль было легко вынести, вдобавок она становилось слабее, как если бы я понемногу привыкала к этому “холоду”.

Когда же я открыла глаза, то увидела потрясенное лицо дракона:

— Да кто же ты такая?

— Эм…

— Не говори! Бегом за мной!

И мужчина, сцапав меня за руку, потащил к внешней стене, от которой лорд Аран приказал мне держаться подальше.

Он тоже был в небе. Огромный изумрудный дракон, на голове которого сиял золотым венцом свет астрала. Древесный дракон Ограс был меньше, но тоже сражался, а его длинный, увенчанный сияющим шипом хвост наносил мощные удары по костяному дракону.

Вот костяной точно был странный. Нам в Эльгаре показывали фантомы мертвых драконов. В груди каждого билось мертвое, зеленое сердце — средоточие магии тлена. Этому сердцу нужна была подпитка извне, поэтому костяные твари охотились на живых. Они выпивали их жизни, тем самым пополняя и свой запас магии, и армию нежити. И вот сейчас костяной дракон, даже будучи атакованным изумрудными, пытался дотянуться магическими щупами до живых, находящихся в форте под защитой особого купола.

Эта магическая преграда не оберегала ни от боевой магии, ни от физической атаки. Зато надежно блокировала магию смерти.

— Быстрее! Не стой! Во время слияния с астралом надо дать выход магии!

Дракон снова потянул меня за собой, да так резко, что я чуть в него не врезалась. А все потому что я только сейчас обнаружила, что мои руки по самые локти покрыты чешуйчатой броней, цвет которой подозрительно напоминал шкуру Лучика.

— Не думал, что доживу до такого чуда. Остроухая и астрала приманила. Знать бы еще, откуда такая благодать и за какие заслуги, — продолжал бурчать дракон, ловко лавируя между защитниками форта.

Если на вышках не было никаких орудий, то во дворе форта стояли катапульты. Гарпунщики целились в костяного дракона, а стрелки на внешней стене атаковали нежить.

— Комендант Фард, низшие все еще атакуют ритуалистов! — доложил молодой дракон.

Увидел меня, вытаращил глаза и начал что-то бормотать. Меня же потащили дальше к самому краю стены.

— Вот! Бей! — рявкнул мне на ухо тот, кого назвали Фардом.

— Бить? Но как? — я растерянно уставилась на свои ладони.

Я не умела бить магией, всплески драконьего огня не в счет. Кроме того, их точно нельзя было назвать ни разрушительными, ни боевыми. Моя сила была в управлении животными и растениями, но тут в Пустоши не было живых. Вот почему, как маг, я тут была бесполезна. И вот почему у изумрудных было так мало застав и фортов. Их магия была слишком живой, чтобы противостоять смерти. В какой-то степени драконы долины Зангара были самые беззащитные перед Пустошью.

Но сейчас в небе два великолепных изумрудных дракона теснили костяную тварь. Огонь, смешанный со светом астралов, жег мертвого, пробивал его защиту, разрушал кости. Воодушевленная примером лорда Арана, я свела ладони, а когда разомкнула, то у меня в руках возник золотой арбалет, причем такой же, каким пользовались адепты академии Эльгар на тренировках. С той только разницей, что на его прикладе сиял золотом силуэт ящерицы.

Я провела кончиком пальца по украшению, и тут же в арбалете появилась стрела, я же просто навела на цель и выстрелила. Причем проделала все это так быстро и спокойно, словно в происходящем вообще не было ничего странного. Как будто я и раньше добывала арбалеты из пустоты с самовозникающими из ниоткуда стрелами.

Внутреннее напряжение достигло пика. Я сама точно стала стрелой, рассекающей воздух. Мой световой снаряд, ударив в нежить, вызвал взрыв. Скелетов в радиусе трех шагов разобрало на косточки и разбросало по земле. Конечно, они после этого вполне бодро ползли собираться, но все равно эффект от моей ящерки был просто потрясающий.

А над ухом уже зудел Фард.

— В ритуалистов целься! Пусть сдохнут твари!

В этот раз я прицеливалась чуть дольше, потому что атакованные нежитью мертвые маги не желали стоять на месте. А Фард рассказывал, как эта троица в черных хламидах чуть не поймала группу рейнджеров, следящих за Пустошью. Отряд успел вернуться в форт, но ритуалисты провели ритуал призыва прямо у стен форта, отчего к нему стала стекаться костяная нежить.

А потом откуда-то явился костяной дракон, с легкостью переподчинил мертвых тварей, обратил их против ритуалистов, и только потом атаковал форт, причем попытался выпить жизни живых, и это когда все костяные Пустоши знают, что драконы Альгара давно научились защищаться от магии тлена, выпивающей жизненную силу.

Но этот не знал. И атаковал своих же. Своих ли?..

Страшная догадка заставила мои руки дрогнуть, и стрела улетела далеко вправо, не задев ни костяную нежить, ни ритуалистов, зато дыру в земле проделала такую, что ее увидели все защитники форта.

— Не переживай, остроухая! Научишься! — приободрил меня Фард. — Главное, что ты смогла обратить связь с астралом себе на пользу. Теперь он будет тебя защищать.

Обратить себе на пользу?

Но я не собиралась использовать Лучика. Для меня она была просто милым питомцев. И только я об этом подумала, как уловила чье-то искреннее веселье, а в арбалете появилась новая стрела.

Кажется, моя милая, светлая ящерка очень не любила нежить.

Я расстреливала скелеты и так увлеклась этим занятием, что перестала следить за происходящим в небе.

А зря.

Когда раздался крик стрелка на стене, я даже не поняла, почему он приказывает всем покинуть стену.