Сердца мира - Анна Цой

– Сразу скажу, что идея была не моя. Я в этот момент вообще в другом мире была, – рассказывала мама так, будто делится новой историей из жизни, – но Актиния Кери посчитала это единственным способом тебя спрятать.

Странно все это. Зачем прятать маленького ребенка? Кто-то мог желать ему зла? Глупости какие-то. И тут я вспомнила дикие голодные глаза курта, бегущего за мамой с маленькой Алессой.

– Я… то есть мы, нужны куртам?

Мама вздрогнула, Вольтер закатил глаза.

– Ты нужна им потому что ты – висталка, – ему еще поцокать и покрутить пальцем у виска осталось, дабы показать, насколько он считает мои слова глупыми, – ты для них как самый вкусный десерт. Маленькая сладкая вишенка на пирожном.

Рая неожиданно зло взглянула на него и чуть ли не оскалилась.

– Еще раз скажешь что-то подобное, и я брошу вызов! – крикнула она и продолжала хмурить брови.

Феликс хмыкнул, улыбнулся и оглядел мою маму с изрядной долей пренебрежения.

– Будем считать, что я испугался.

Мама же начинала вскипать.

– Тогда я прокляну тебя и всю твою семью до восьмого колена! – я взглянула на него как мама недавно.

Не знаю, как это назвать, но я всегда и в любой ситуации вставала на сторону Раи. Даже сейчас, зная о своем заведомом проигрыше, я оставалась с ней. Вольтера это рассмешило в десять раз больше, но неожиданно он успокоился и произнес:

– Не жалко своих же детей проклинать, аларин?

Сначала ни я, ни мама ничего не поняли. Но уже через секунд тридцать в него полетела брошенная мной подушка и что-то сине-зеленое от родительницы. Князь легко отмахнулся от гадости и, поймав мою подушку, кинул ее обратно. Меня тут же снесло к изголовью кровати и немного приложило об нее головой.

– И не говорите потом, что я неадекватная или умом не отличаюсь! – вскочила и, схватив штаны, пошла переодеваться, – сами же стукаете головой.

А когда вышла, Князя уже не было. Зато была мама, готовящаяся к серьезному разговору. И видимо на тему мальчиков. Как по мне поздновато. Лет на пять.

– Я всегда разрешала тебе встречаться с мальчиками.

Странное начало разговора, но я села на кресло, которое недавно занимал его наглейшество, и начала внимать.

– Но ты никогда никого к себе не подпускала. Потом появился Барсик, и я уже понадеялась…

У меня был ступор. Понадеялась на что? Что я с ним пересплю? По крайней мере именно в ту степь разговор и шел.

– Ты же знаешь, что все маги делятся по силе? – я кивнула, – восемь ступеней придуманы для какой-никакой градации на сильных и слабых.

Она остановилась и пробурчала что-то непонятное. Я все еще сидела и недоумевала по поводу первых двух фраз.

– Но чаще всего у высших Лордов рождаются дети выше этой градации. Намного выше, – многозначительная пауза, и из ее рук выпал смятый платок, – таких мальчиков отдают в военные школы почти с рождения. Там их учат контролю – сдерживанию силы. Но главной проблемой является возрастание силы физической, той, что растет наравне с магией. Такие дети просто убивают всех, кто им не понравился. Ломают кости, почти не прикасаясь.

И я вспомнила, как был сломан стол в вольтеровском замке при его прикосновении. Разве может маг одной рукой крошить плотное дерево? Ко всему прочему Мао в один из первых дней рассказывала что-то подобное.

– Их конечно же учат сдерживаться… но если им попадается невинная девушка, к-к-как ты… то… они вас просто убивают. Точно не знаю, но происходит перестройка, пара сломанных костей только ухудшают дело, и организм просто не выдерживает. Несколько дней агонии и смерть.

Я смотрела на нее с ужасом. Богиня, разве так бывает? Первый секс и смерть? Жутковато все это звучит. Вот к чему эти разговоры про то, как я могла ни с кем не спать в Доме. Взаимосвязь явно прослеживалась, да и логика в этом была, но…что? Спать с кем-то только чтобы в момент близости с тем, с кем реально хочется, не умереть? Ну не знаю, что из этого хуже.

– Спасают только духи рода, но они активны лишь в ночь свадьбы.

Вот и сказочке конец. Все, раскрыта теория заговора. Рая пытается сказать, что целибат до свадьбы – это круто, важно и нужно. Поднимаю бровь и смотрю на нее с улыбкой.

– Я не шутила. И не смотри на меня так! Я пытаюсь защитить тебя, – ее аж перекосило от гнева, – Могла бы и переспать с кем-нибудь с Фобоса. Да даже тот же Барсик не так страшен.

Я захохотала. Просто не смогла сдержать смеха. Мне серьезно сейчас любящая и любимая мамочка предлагает то, от чего должна отговаривать? Мой мир перевернулся даже больше, чем в тот момент, когда я узнала о магии.

– Мам, у него нюх как у лабрадора! – и затем тише продолжила, – а я вроде как собралась дать ему шанс и…

Маман закатила глаза, скрючилась как от кислого и опустила плечи. А я осознала, что именно сказала. Богиня, почему именно это пришло мне в голову, дабы успокоить маму?

– Значит, до свадьбы сидите и за ручки держитесь! – и она выскочила из комнаты, бурча что-то новое себе под нос.

Но как бы сильно смешно мне не было, глупой я себя не считала. И как бы не был хорош Вольтер, он все равно немного пугал: силой, странным поведением, непонятными действиями и отношением ко мне. А значит лезть на рожон и вправду не стоит. Пускай таких мыслей до этого момента и не возникало.

В конце концов мамуля решила не оставлять без внимания кучу моего свободного времени, которое ни в коем случае я не должна посвятить Феликсу. Поэтому меня припрягли к садоводству и огородничеству. Снова.

Длинный шланг тянулся из окна подвала замка до клумбы розовых ромашек с зеленой сердцевиной и запахом дыни. Пахло сладко, хотелось почему-то на Фобос. С его нормальными ромашками и дынями.

Жарко сегодня. Несмотря на относительно прохладный день.

– Хочешь сказать, – вещала Мао, как бы подводя итог тому, что рассказала ей я минутой ранее, – что в тебе сидит четырехлетняя девочка, которую от кого-то прячут. Так?

Я кивнула.

– Лааадно. Рая, Вольтер и твой отец про это знают. Вильгельм при этом хочет побыстрее избавиться от подселенки, а госпожа «приемлемое поведение» не допустить эм… выселения?

Вновь кивок.

– Что тогда надо Князю? – подруга подняла на меня озадаченный взгляд и переместила струю воды вбок, дабы лужи было две.

Она, кстати,