Королевской поступью. Первый шаг императрицы - Айлин Лин

class="p1">Подошла ближе, распахнув створки. За моей спиной приоткрылась дверь, в щёлке показался любопытный глаз.

– Какой сегодня чудесный день, – улыбнулась я горничной, – пусть окна будут открытыми.

– Конечно, госпожа, – кивнула мне Варя, заслоняя от чужого взгляда, – подышите свежим воздухом, вам полезно. И Его Благородие, Матвей Никонович велел вам…

Пока девушка щебетала, всё, что придёт на ум, я осмотрелась. Наши окна выходили в парк. Внизу шумели подстриженными кронами деревья. Чуть поодаль шли клумбы, а за ними невысокие цветущие кусты. При желании укрыться можно, тем более хорошей иллюзией.

Закрыла окна и легла в постель:

– Варенька, будь добра, затвори дверь, наверное, сквозняком открыло.

Любопытный глаз исчез, а горничная нарочито сильно захлопнула створку.

Тихонько поднялась, взяла со стола перо, обмакнула немного в чернила, чтобы не растеклось. На ладони написала: «Ждите меня в полночь под окном». Затем с чувством выполненного долга забралась под одеяло и заснула. Ночью предстоит много дел.

Глава 31

Александра

Проснулась я от шума, в спальню вошёл Матвей:

– Приятно видеть, что больная выполняет все предписания, – улыбнулся он, – как вы себя чувствуете, Александра Николаевна?

Вслед за ним в комнату просочилась тётка, застыв около двери.

– Ох, Матвей Никонович, что-то мне совсем худо, – простонала я, как можно жалостливей, – как болит голова, вы не представляете. Просто нет сил даже глаза открыть.

Заварицкий присел на краешек кровати, и я протянула ему ладонь:

– Мне так нужна ваша помощь, барон.

Мужчина заметил моё послание, взял руку в свои ладони:

– Сейчас я вас подлатаю и станет легче, – прочитал письмена, едва заметно кивнул, – Варенька, проследите, чтобы окна были открыты, графине необходим свежий воздух. И покой. Полный покой, – он бросил взгляд в сторону тётки, та и ухом не повела.

– Слушаюсь, Ваше Благородие, – кивнула горничная.

Матвей и правда влил немного сил, отчего кровь забурлила по венам.

– Завтра с кровати не подниматься. Постельный режим ещё, по крайней мере, на два дня. Я навещу вас после обеда. Пока же спите, Александра Николаевна. Сон – лучшее лекарство.

Заварицкий направился к двери, остановившись перед моей надзирательницей.

– Я повторяю, – выразительно взглянул он на женщину, – полный покой.

Та недовольно передёрнула плечами, но подчинилась и вышла в гостиную. Дверь за ними закрылась, а Варя заперла её на ключ.

– Она и в скважину подглядывала, пока вы спали, – пожаловалась девушка.

– Не страшно, – улыбнулась ей, – так даже лучше. Пусть думает, что я действительно больна.

Варя затушила свечи, оставив одну. До полуночи ещё много времени. Я же села медитировать. Расслабление отлично восстанавливало магические силы и тело.

Ближе к назначенному времени сама прильнула к замочной скважине, бесшумно вытащив ключ. Надзирательница сидела на посту, сонно хлопая глазами. Даже теургам необходимо отдыхать.

Оделась в чёрные штаны и рубаху. Собрала волосы под платок, который завязала назад, как бандану, накинула плащ.

– Варя, ложись в постель, побудешь пока мной.

Девушка послушно забралась под одеяло.

Я распростёрла над ней руки:

– Сними амулет, он блокирует  магию.

Несколько пассов и волосы горничной сменили цвет на мой пшеничный. Распустила Варину косу, чуть взлохматив локоны.

– Готово. Теперь спи. Я постараюсь не задерживаться. Амулет одень обратно.

Подошла к окну, села на подоконник, перевесив ноги. Прикрыла себя иллюзией и спрыгнула, слеветировав на землю.

– Мы здесь, – послышался приглушённый голос Веси из-за деревьев. Я пошла на него, увидеть её всё равно не могла. Скоро точно из-под земли выросли силуэты.

Передо мной стояли Веся, Матвей, Тихомир и Жадовский.

– Павел прийти не смог, – сказал Заварицкий, – он под домашним арестом до вашей свадьбы.

– Вы всё знаете?

Веся молча кивнула.

Я подняла глаза на Василия Андреевича:

– Что теперь делать? Завтра в полдень я должна выбрать супруга.

Кратко пересказала, какие варианты предложил мне государь. Матвей побледнел, сжав кулаки.

– Весю я им не отдам.

– Никто не должен пострадать из-за нас. Патриарх молчит. Может, и вовсе забыл обо мне. Остаётся только бежать. Весения, тебе придётся отправиться со мной.

– Насколько готов новый бот? – Подруга повернулась к Тихомиру.

– Камни насыщены эфиром недостаточно для полёта. У нас почти не остаётся сил.

– Мы пойдём с вами, – сказал Матвей, – а вы графиня, останьтесь. Ваше отсутствие слишком опасно. Изображайте больную, у вас отлично получается. Завтра скажу императору, что вы близки к выгоранию. Проверить он не сможет. В таких случаях магия нестабильна, и уровень начинает меняться хаотично. У нас будет пара дней. При выгорании может произойти выплеск магической энергии, в такой момент волшебники опасны для окружающих. Вас оставят в покое. Ненадолго.

– Отлично! Спасибо, Матвей Никонович. Принесите мне пару друз, я накачаю их силой.

– Славная идея! – Оживился Тихомир, – так дело пойдёт гораздо быстрее.

– Вы ещё слабы, – возразил Заварицкий.

– Ничего. Я буду разумно расходовать силы. Остаться без них мне тоже не улыбается.

– Цесаревич сообщил мне, что собирается отказаться от престола, – сказал Василий Андреевич, взяв меня за руку, – Александра, убедите его не делать этого. Это станет смертным приговором для вас.

– Знаю, – кивнула ему, – потому и говорю, нам надо бежать. Ни один из вариантов развития событий не оставляет для нас другого шанса. Если Весения согласится. Иначе, тоже останусь.

– Зачем? – удивилась подруга.

– Ты меня не слушала? Император казнит тебя, если сбегу.

– Тогда я с тобой, – нахмурилась подруга.

– Что уж тут, – развёл руками Матвей, – считайте и меня в ваших рядах.

– Как и меня, – улыбнулся Тихомир, – эта роскошная клетка мне порядком осточертела.

– Матвей Никонович, – обратилась к Заварицкому, – ни у кого из нас нет родни. У вас же при дворе отец. Он может пострадать. Государь сорвёт на нём весь свой гнев.

Мужчина побледнел:

– В таком случае прошу у вас разрешения взять и его с собой.

– А согласится? – Усомнилась Веся.

– Да. Уверен в этом, – подтвердил Матвей.

– Конечно, – кивнула в ответ, – корабль в вашем распоряжении. Я плохо знакома с географией. Матвей Никонович, можно возложить на вас поиски безопасной страны или местности, где нас не достанет император?

– Такое местечко имеется, – улыбнулся Заварицкий.

– Тогда нам осталось только подготовить кристаллы к полёту. Окна будут открыты, оставьте их на подоконнике. Так как мне прописан постельный режим, я, с удобством расположившись в собственной кровати, наполню их силой. Общаться получится только через вас, Матвей Никонович. Мои камни забрал Михаил Романович.

– Мне придётся остаться в столице. Так будет лучше для всех, – сказал Василий Андреевич, – стар я уже для ваших авантюр, и больше всего ценю покой и размеренность бытия. К тому же надо будет удержать Павла от необдуманных поступков. Боюсь, он кинется за вами в погоню,