Тень терний (ЛП) - Тромбли Стейси

Она бросает взгляд через моё плечо на Королеву, и её лицо мрачнеет.

Мои пальцы впиваются в её кожу.

— Мне будет очень сложно сосредоточиться.

— Сделка состоится, только если ты закончишь сегодня исцеление земель.

Она смеётся, и этот звук как музыка для моих ушей.

Одна ночь в раю. Я свой шанс не упущу.

Кейлин

Я вся дрожу в ожидании Рева в его покоях, глядя в окно на бушующее море. Пальчики ног поджимаются. Лёжа на кровати, я обнимаю себя руками.

Мне едва хватило духу предложить ему это. Я едва не струсила, хотя мысленно готовилась к нашему разговору с того самого момента, как мы с Королевой пришли к соглашению. Я обдумывала это с тех пор, как Кари подала мне идею.

Я поняла, что она была права. Я буду жалеть, что упустила возможность испытать это с Ревом. Особенно теперь, когда я знаю, что завтра… всё изменится.

Но сегодня мир будет принадлежать только нам. Этой ночью мы создадим воспоминания, которые будем лелеять всю оставшуюся жизнь. Моменты, которые я буду прокручивать в голове каждый день перед сном, где бы я ни оказалась.

Окончательное избавление от чумы прошло так же легко, как и в прошлый раз. Реву даже не нужна была моя помощь, хотя всю дорогу он заверял меня в обратном, и Королева в ходе нашего с ней разговора призналась, что переживала на этот счёт.

Поэтому в качестве одного из условий сделки она потребовала, чтобы я участвовала в исцелении.

Затем был ужин в нашей обычной компании. Тьядин, Кари, Королева и её Король. Но весь вечер я чувствовала на себе пламенный взгляд Рева.

Никто больше, кажется, не заметил. Кари, вопреки моим ожиданиям, не ухмылялась понимающе. Она вообще весь ужин смотрела только в свою тарелку.

Но теперь все дела закончены. Чумы больше нет. Мы избавили мир от неё. Мы выполнили изначально поставленную задачу. И я хотя бы немного оправдала себя в глазах фейри.

Сладкие фантазии о том, что ждёт меня этой ночью, не дают мне покоя. Это будет, наверно, мой самый эгоистичный поступок в жизни, но я уже всё решила и не собираюсь отступать.

Видит небо, этот мир и так уже слишком много отнял у меня, жестоко растоптав мои надежды, что я боюсь теперь мечтать. Поэтому я отказываюсь чувствовать себя виноватой. Этой ночью я получу то, на что я не смела надеяться.

Когда ещё Рев будет смотреть на меня вот так?

Он стоит на пороге. Его глаза сияют серебром. Он готов сорваться с места в любой момент, но выжидает. Наблюдает.

Он тихо закрывает дверь и плавно приближается ко мне, ни на секунду не сводя с меня глаз.

Я встаю прежде, чем он успевает дойти до меня. Он кладёт руки на мои бёдра.

И мы стоим так молча, едва касаясь друг друга, но наши глаза говорят за нас. Сквозняк развевает мои волосы. Рев так ни на миг и не отвёл взгляд, поэтому я тоже неотрывно смотрю на него.

Как вдруг он наклоняется ко мне, прижимаясь губами к моим, так мягко и нежно.

Сладкая агония.

Закрываю глаза и позволяю себе отдаться моменту. Отдаться судьбе, что соединит нас всего на несколько часов, прежде чем снова будет отнята у нас.

Рев целует медленно и методично. Сладко и нежно.

Это прекрасно. Даже когда его язык находит мой, движения остаются медленными, плавными, полными чистого обожания.

У меня перехватывает дыхание.

Никто ещё никогда меня так не целовал. У меня уже были отношения, в основном с парнями из колледжа, обычными людьми. Но ни с кем я не проводила столько времени. Так что, наверно, я не должна удивляться тому, что поцелуи с Ревом отличаются от других.

— Этим ты хотел со мной заняться, Рев? — дразню я. — Целоваться как давние супруги?

— В том числе, — абсолютно серьёзным тоном отвечает он, проводя большим пальцем по моей щеке, затем по линии челюсти. Такие ласковые прикосновения… — И не как давние супруги. А как… безумно влюблённая пара. Как истинные.

Он отступает чуть-чуть назад, и я присаживаюсь на шёлковые серебряные простыни.

— Мы не закончили наш разговор, — отмечает он.

— Разве?

Он облизывает губы.

— Я должен спросить, Кейлин…

Его взгляд опускается к моим ногам, затем медленно скользит вверх по телу.

Моя грудь вздымается, я буквально горю от желания.

— Мне важно знать, что ты действительно этого хочешь.

Теряюсь.

— Почему бы мне не хотеть этого?

Он улыбается в ответ.

— Не знаю. Мало ли. Страсть и страх не всегда поддаются логическому объяснению. Поэтому мне нужно услышать это от тебя.

— Да. Я хочу этого.

Сжимаю его рубашку в кулаки и тяну на себя.

Низкий рык раздаётся из его горла, но Рев не спешит предпринимать какие-либо действия. Спустя несколько секунд его пальцы начинают скользить по моим ногам поверх шёлковой ночнушки.

Он закрывает глаза, и его пальцы замирают.

— Вчера ночью я сказал правду, — говорит он. Его голос звучит хрипло, дыхание словно затруднено.

— Насчёт чего?

Он распахивает глаза, и в них полыхает серебро.

— Я люблю тебя, Кейлин.

По коже пробегают мурашки. Я не знаю, что сказать, что чувствовать.

— И пусть нам не суждено быть вместе, — продолжает он, — я хочу, чтобы ты знала, что меня интересует не только секс. Не только твоё тело. Мне нужно всё. Мне нужно, чтобы ты принадлежала мне и сердцем, и душой.

Зажимаю себе рот ладонью. Невероятно сложно сдержать слёзы.

— Люмикамень всё ещё у тебя? — спрашивает Рев.

Облизываю губы и киваю на столик у двери. Рядом с книгой заклинаний в тусклом свете поблёскивает тот самый камень. Рев берёт его и держит перед собой.

— Если не хочешь — твоё право. Это не входит в нашу сделку.

— Чего не хочу? — уточняю я. Сердце колотится так сильно, что даже больно.

— В люмикамнях нет магии, они не представляют особой ценности в моём дворе, — спокойно объясняет он.

Я это уже слышала.

— Просто символический подарок, — прихожу к выводу я.

Он кивает.

— Они символизируют брак. Связывают влюблённых.

Воздух покидает мои лёгкие. Ноги немеют, а сердце — готова поклясться — на секунду даже перестаёт биться.

— Когда их срывают, они ещё съедобны, — продолжает он. — Но со временем превращаются в камни. Это часть церемонии обручения: фейри собирает несколько фруктов и несколько недель повсюду носит их с собой, пока они не затвердеют. После чего из камней изготавливают украшение для партнёра.

Сглатываю.

— Когда… — Слова требуют значительных усилий; в горле пересыхает. — Зачем тогда ты подобрал этот камень?

Рев наклоняет голову и поднимает глаза на меня.

— Сначала я сорвал только один. Это было сразу после того, как ты пообещала мне помочь войти в Выжженные земли, перед отъездом в Обваливающийся двор. Я не собирался отдавать его тебе. Это был скорее… символ того, чего у нас никогда не будет. Я уже успел узнать тебя достаточно, чтобы понимать, как много я потеряю.

Свожу брови.

— Я не думал, что смогу полюбить тебя. После всего, что было. Теперь же вижу, как сильно я ошибался. — Его улыбка поражает мою душу. — Любить тебя непросто, но я всё же люблю. Мои чувства не поддаются логическому объяснению, но даже вопреки всем доводам разума я безумно в тебя влюблён, Кейлин. Мне нужно больше, чем твоё тело. Мне нужна вся ты.

Мои губы раскрываются. Мне много чего хочется сказать, но даже не знаю, с чего начать. Слишком много всего.

— Это всё слишком, — шепчу я.

Он хмурится.

— Я не заслуживаю всего этого, — шепчу я, глядя на камень.

Эта ночь — и без того уже крайне эгоистичное решение с моей стороны, так ещё и это… Связывать наши судьбы, зная, что мы не сможем быть вместе…

Он жёстко хватает мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Заслуживаешь, — рычит он. Я нервно сглатываю.