Что ты несешь с собой – часть II (СИ) - Юлия Борисовна Жукова

— Подождите, пранья, зачем вы туда идёте?

Как я не выдала ему в лицо сполох горящей махары, я не знаю.

— А куда мне идти? — огрызнулась я. — Вас забыла спросить?

— Вы собираетесь встретиться с отцом? — не отставал он.

Я встала и развернулась, так резко, что Чалерм чуть не столкнулся со мной лбами.

— Я не собираюсь сидеть в резиденции, пока там всех кормят спорами! — выпалила я так громко, чтобы у него в ушах зазвенело. От Чалерма пахнуло приятным запахом, а от вида его лица у меня защипало в глазах, настолько вдруг стало приятно снова на него посмотреть, и я ещё повысила голос. — Если бы я там осталась, то сожгла бы этот храм со всеми этими Саинкаеу к прародителю амардов!!!

Тут я поняла, что дальше смотреть на Чалерма опасно — то ли потому, что он заметит неестественный блеск моих глаз, то ли потому, что я рисковала не сдержаться, схватить его за грудки и… и не стоит додумывать эту мысль. Поэтому я отвернулась и порысила вниз по дороге, не дожидаясь ответа.

— Пранья!

Вот зануда, не понимает, что ли? Я прибавила скорость и услышала, как под ногами учёного песок зашуршал быстрее.

— Пранья, да подождите!

— Чего мне ждать⁈ — рявкнула я, не оборачиваясь. — Пока вы ещё меня оскорбите?

— Я не собирался вас оскорблять!

Ему ещё хватало наглости возмущаться! А к чему тогда был вопрос про Адульядежа, если не к тому, что Чалерм снова меня подозревает во всех грехах?

— В следующий раз собирайтесь, всё равно ведь сделаете, — фыркнула я.

Но тут он всё же меня обогнал и забежал вперёд, широко расставив руки.

— Подождите меня убивать, мне просто нужно отдать вам кое-что!

Я нерешительно остановилась. Отдать? Я ему ничего не давала, кроме повода для насмешек. Однако Чалерм тут же запустил руку за пазуху и вынул фиал с махарой, тот самый, что нам нацедил Великий Ду.

— Зачем это мне? — буркнула я. — У меня своей хватает.

Чалерм всё же протянул мне кварцевый пузырёк, завёрнутый в бумажную обёртку. Очень похожий на тот, что достался мне перед свадьбой.

— Вам нужнее, чем мне. Возьмите, вдруг пригодится.

Ну, если считать, что Чалерм — не махарьят, то ему оно вовсе ни к чему. Зачем тогда он его сразу забрал? Впрочем, я тогда и не пыталась завладеть этой махарой. А если подумать, турнир проходил не на горе, туда сила амардавики не добивала, и мало ли, сколько я потрачу на снопы. Скривившись, я выхватила фиал из руки учёного так, чтобы не коснуться его, и тут же продолжила спуск, обойдя Чалерма по широкой дуге. Услышала, как у меня за спиной он тяжело вздыхает. Как будто это я веду себя неразумно!

А что я должна делать, изображать, что ничего не случилось⁈ Нет уж извините, я так не умею!

— Пранья, пожалуйста, помните, что ваш отец в сговоре с теми, кто создаёт снопы, — громко сказал мне вслед Чалерм. — Подумайте хорошо о том, как вам с ним в свете этого разговаривать. Это может оказаться сложнее, чем вы думаете.

Я даже не стала ничего ему отвечать. Он ведь даже не сомневался, что я пошла к Адульядежу! И пусть он не знает, что не Кессарин, но всё равно, за кого он меня принимает⁈ Я снова прибавила ходу и побежала вниз по склону, разбрызгивая крупный песок и мелкие камешки, и те звенели под ногами, как бусы.

В одном Чалерм был прав: показываться на глаза Адульядежу мне было нельзя. Поэтому, оторвавшись подальше от учёного, я спряталась в придорожных кустах и достала из вселенского мешка свою старую одежду, в которой когда-то пришла в Чаат. На турнир съехались махарьяты со всех концов земли, и среди них я легко затеряюсь. В любимых шароварах стало неожиданно так удобно, словно домой вернулась, и это придало мне уверенности.

На окраине города я нашла оружейную лавку и купила ножны для меча с Вачиравитова плеча, чтобы в нём не признали меч Кессарин. Теперь мне оставалось найти какое-нибудь скопление махарьятов попроще и вместе с ними провинтиться на турнирное поле. А где искать махарьятов перед состязанием? Конечно же в чайном доме! Вот туда я и направила свои стопы, тем более что я уже знала один, где люди отлично мололи языками.

На моё удивление город словно вымер. Я почти никого не встретила на улицах, разве что лавочники сидели по лавкам, но и то как-то тревожно. Над палатками с уличной едой валил дым, словно в каждой жарили гаура. Я попыталась спросить пару человек, где все, но от меня отмахнулись, словно им было не до покупателей. И даже в прохладном полутёмном зале чайного дома оказалось пусто.

— Прани опоздала? — хмыкнул пожилой кругленький хозяин, вынырнувший с кухни на звон поющего ветра у двери. У него за спиной гвалт человеческих голосов заглушало громовое шкворчание, словно там вся кухня представляла собой огромную сковородку, полную масла.

Я заморгала. Как я могла опоздать на турнир, если Саинкаеу ещё даже не выдвигались?

— На что?

— Ну, к открытию, — пояснил хозяин, скидывая с голову занавеску, которая отделяла кухню от зала и полностью выходя ко мне. Вид у него был измученный, но довольный. — В полдень же началась торжественная часть.

Я выдохнула и отмахнулась. С одной торжественной части я уже сбежала, и на другую не стремилась. Но теперь хоть было понятно, почему ни в чайном доме, ни на улицах я не видела толп махарьятов.

— Дайте лучше супа. И без меня поторжествуют.

— Как скажете, — усмехнулся толстяк. — А может, вы нарочно так подгадали, чтобы успеть до толчеи? У нас все руки заняты на кухне, а и то вряд ли на всех пранай хватит готового. Я-то уж не первый турнир вижу, знаю, что как ни крути, еды не напасёшься.

Я невнятно пожала плечами и забилась в уже знакомый угол, из темноты которого удобно было подслушивать и подсматривать.

Впрочем, позаниматься этим мне не удалось: едва я