Наталья Галкина - Белая ночь

Мне ответили быстро. Приветливый женский голос проговорил:

— Чем могу Вам помочь?

— В вашем отеле проживает Ивен Маркос, — хорошо, что я знала, как его зовут, — могу я с ним поговорить?

— Минуточку, — ответила она.

Повисла напряженная тишина. От нетерпения я начала барабанить пальцами по столу. Через несколько секунд она ответила:

— Соединяю!

Потянулись бесконечные гудки. Никто не брал трубку. Потом снова послышался голос девушки.

— Извините, в номере никто не отвечает.

— Вы не знаете, может, он ушел?

— Не знаю, ключ он не оставлял.

— Спасибо, — я повесила трубку.

Мне стало тревожно. Может, что-то случилось? Наверно, надо сходить туда и все выяснить. Я начала лихорадочно собираться. Снова вытащила из дальнего ящика свои джинсы, которые клятвенно обещала больше не носить. Не тот случай. Сегодня ничего не должно сковывать движений. Завязав волосы в узел, я лишь мимоходом взглянула в зеркало. Пойдет! Оставалось только надеть на ноги кроссовки.

— Мам, — крикнула я с порога, — Когда приду, не знаю. Я позвоню тебе.

— Саша! — мама только и успела, что всплеснуть руками, но я уже захлопнула за собой дверь. И тут же спиной натолкнулась на кого-то. От неожиданности я вскрикнула и с ужасом в глазах отпрыгнула в сторону. Чьи-то руки поймали меня, и мне показалось, что я сейчас потеряю от страха сознание. Но руки были такие мягкие, что я невольно остановилась, медленно обернувшись. Это был Дэвид. У меня подкосились ноги, но он вовремя поддержал меня.

— Дэвид, ты меня напугал! — пролепетала я.

— Ты уже второй раз удивляешь меня своими фантастическими прыжками! — тихо засмеялся он.

Я вспоминала, как в первый день нашей встречи, очнувшись у костра в его хижине, я совершила свое олимпийское сальто. Значит, он все же видел его! Я залилась краской.

— Ну-ну, — продолжал он надо мной подшучивать, — я не знал, что ты так восхитительно краснеешь!

Я прижалась щекой к его груди, в объятьях Дэвида мне было так спокойно и тепло.

— Я собиралась искать тебя, — сказала я.

— Очень хорошо. Меня это радует! Даже немного жаль, что я тебя опередил, — он нежно прикоснулся губами к моим волосам. — Ты прекрасно выглядишь.

— Шутишь? — я подняла на него глаза, ожидая увидеть усмешку, но он был абсолютно серьезен.

Дэвид стал спускаться по лестнице, я нерешительно последовала за ним.

— Нет, почему я должен шутить?

— Я выгляжу сегодня, как хиппи на пикнике!

Он засмеялся, видимо его позабавило мое сравнение. Сама не знаю, откуда возник такой странный образ. Я понятия не имела, как должны выглядеть хиппи, да еще на пикнике.

— Ты мне нравишься в любом виде. Хиппи, так хиппи, — он пожал плечами.

Сам Дэвид был одет сегодня по-другому. Белые полуспортивные штаны, сверху белая легкая куртка с широким капюшоном, небрежно отброшенным на плечи. Она была застегнута наполовину, и из-под нее виднелась темно-коричневая трикотажная рубашка. Этот белый костюм смотрелся на нем великолепно, оттеняя его смуглую кожу и подчеркивая уверенную осанку. Он был похож на арабского шейха. Я невольно загляделась.

— Ты так любишь белый цвет! — наконец проговорила я, любуясь на него с верхней ступеньки.

— Просто я долго жил на Ближнем Востоке. Привычка осталась! — ответил он.

— Тебе идет, — кивнула я, теперь мне было стыдно за свои потертые джинсы и футболку. Представляю, как ужасно все это выглядело со стороны! Наверно, он почувствовал мою неуверенность, потому что снова поднялся ко на несколько ступенек выше и протянул руку.

— Пойдем, Саша, — сказал он, — одни твои глаза стоят больше, чем все самые лучшие одежды на свете!

Я стала спускаться, словно под гипнозом. Он привораживал меня к себе каждый раз, когда смотрел вот так, как сейчас. Именно поэтому я бросилась сегодня искать его, потому что даже на расстоянии он притягивал меня, словно магнит. И найденный янтарный фрагмент был лишь поводом, а не причиной.

Мы спустились вниз.

— Надеюсь, ты не оставил машину около подъезда?

— Нет, у вас во дворе сегодня совсем нет места, я бросил ее на улице. А почему ты спрашиваешь?

— Не хочу, чтобы мама видела. У нее будет шок.

— Почему?! — его брови взлетели вверх.

— Ну, просто, в нашей семье не привыкли ездить на таких дорогих автомобилях. Ты можешь считать это предрассудками, но меня всегда учили выбирать парней из своего круга.

— Ты хочешь сказать, что я человек не твоего круга? — моя реплика его еще больше развеселила. — Я много раз за свою жизнь слышал эти слова. Причем они применялись ко мне в самых противоположных значениях. Но я не думал, что услышу это от тебя.

— Нет, ты не просто не моего круга… — смутилась я, — ты вообще настолько нереальный, что я сама с трудом верю, существуешь ли ты на самом деле.

Он озадачено смотрел на меня.

— Я ни слова не понял из того, что ты сказала.

— Понимаешь, мне все время кажется, что ты вдруг исчезнешь, и я пойму, что ты мне просто приснился.

— Не дождешься! — он лукаво подмигнул мне, но потом серьезно спросил. — Откуда у тебя такие мысли?

— Назови это предчувствием.

— Перестань, — он рассмеялся, — здесь всеми предчувствиями заведую я!

Я тоже не смогла сдержать улыбку.

— Да уж, куда мне до тебя!

Погода сегодня была не очень. Солнце проглядывало сквозь рваные облака, иногда срывался дождь. Но я не замечала этого, мне было хорошо от того, что мы просто шли с Дэвидом, взявшись за руки. Рядом с ним я готова была пережить даже всемирный потоп. Когда мы сели в машину, он включил радио. Радостный голос диктора сообщил нам, что сегодня не ожидается улучшения погоды, так что, если мы не хотим промокнуть, лучше сидеть дома. Очень оптимистично!

— Ну, уж нет, — ответила я ей, — дождем нас не испугать!

— Ты просто не видела настоящих дождей, — усмехнулся Дэвид.

Мы уже выехали на проспект и влились в воскресный поток машин.

— Дожди в тропиках — это просто сплошная стена воды, от которой нельзя спрятаться под деревом, как у вас здесь.

— Дэвид, — возмутилась я. — Не думай, что я такая уж 'темная'. В двадцать первом веке не обязательно быть где-то самому, можно увидеть все по телевизору, в Интернете, на видео, наконец!

— Я тоже не такой уж 'темный', - возразил он мне в тон. — Я прекрасно знаю, что в двадцать первом веке существуют телевизор, Интернет и видео. Но ты никогда не прочувствуешь всего этого, если не увидишь своими собственными глазами!

— Дэвид… — я замялась.

Мне вдруг пришел в голову один вопрос, о котором я не знала, как его спросить.