Анна Джейн - музыкальный приворот

Ознакомительный фрагмент

Оказалось, что способна, причем не одну, а сто одну. Крупные, прозрачные слезы потекли из ее глаз бусинками, попадая не на саму Нинку, а на майку синеволосого, к которому она в ужасе прижалась. Тот довольно улыбался, чувствуя себя настоящим героем - еще бы, такая фурия, как Нинка, просит у него защиты. Вальяжно поглаживая ее по светлым волосам, он говорил что-то вроде: "ты чего, это же весело" и " ну ты даешь, хватит реветь".

И плакала она вовсе не бесшумно, напоминая современный аналог библейской иерихонской трубы, той самой, которая за пару мгновений разрушила крепостные стены города.

- Аааа,- орала подружка, кривя губы, - ты плохой человек, беленький Кей! Мне страшно теперь!

- Ну я же с тобой, - проговорил синеволосый тоном, который предполагал, что этот факт должен заставить Нинку петь и плясать от радости.

- Мне ее жалкооооо! Ааааа, он ее убииил! За что? - Сквозь обильные слезы вопрошала девушка. - Кааааатя! За что??

Я прикинулась, что не слышу. Раз с ней на заднем сидении находится барабанщик "На краю", то пусть ее и успокаивает, и объясняет.

- За чтоооо он ее так??

- Он маньяком был, наверное, или серийным убийцей, - не нашел лучшего объяснения парень. Мою подругу, конечно же, оно не устраивало, поэтому она завопила еще громче.

- А ты талант, мужик! - Обратился к Кею Келла, пытаясь зажать Нинкин рот ладонью. - Минута - и девушка готова.

- Это что, ваша новая песня? - Поинтересовалась я, глядя на то, как мы мчимся мимо большого гипермаркета. До дома еще минут десять, если мы будем ехать так же быстро и без задержек. Если этот шедевр станет их новым треком, то триумф группе обеспечен.

- Нет, - ответил Кей и спросил, - налево поворачивать?

Я кивнула, а тем временем синеволосый принялся просвещать меня в музыкальную жизнь своей родной группы:

- Этот чувак сочиняет все на ходу, девочка. Стихи, музыку - все! - Хвастался второй музыкант. - Кей у нас молоток! Менеджер на него не наумиляется, ха-ха-ха. Круто он сейчас забацал, да, девочка?

- Я Катя.

- Ага.

Парень что-то хотел сказать мне еще, но в это время Нинка заверещала ему под ухо:

- Синенький, синенький, я его боюсь! Синенький, спаси!

- Не надо звать меня синеньким, - попросил ее почему-то Келла, не переставая поглаживать девушку по волосам.

На миг Нинка отвлеклась от плача и спросила заинтересовано:

- А как мне тебя звать? Голубеньким? - Она слабым движением взъерошила волосы парня, вспомнила, что вообще-то рыдает, и вновь принялась отчаянно плакать, переживая за лирическую героиню, как за родную сестру.

Настроение барабанщика тут же изменилось - он перестал веселиться и попросил называть его Келлой, и не как иначе. Это меня изрядно повеселило, и сразу же вспомнились нехорошие намеки парней в клубе.

Не обращая внимания на ор, стоящий в автомобиле, Кей весело бросил, не оглядываясь:

- А я говорил тебе, не крась волосы в этот цвет.

- А я тебе говорил ко мне с этим больше не лезть. И вообще, чего ты за хрень сейчас спел, - совершенно забыл Келла, что минуту назад сам хвалил друга, - моя королева меня визгом уже достала. Перепевай, давай.

- Аааааа, - подтверждая слова молодого человека, как-то по-волчьи провыла Нинка.

- Ага, сейчас, - больше не собирался устраивать представления светловолосый, - вполне приятная песня. Не находишь? - Спросил он у меня, и я кивнула в ответ.

Пока Нинка орала, Кей вдруг почему-то резко затормозил, выругавшись. Нинка заглохла, опять едва не упав под сидение, как в том самом такси, я на пару мгновение перестала дышать, резко подавшись вперед, а Келла заорал:

- Ты дурной?! Водить разучился? Ты чего творишь, олигофрен?

- В окно посмотри, - мрачно посоветовал другу Кей, всматриваясь вперед, на освещенный фарами кусок асфальта. Перед темно-синей машиной музыканта стоял полубоком большой светлый джип с тонированными окнами и выключенными фарами - он перекрывал автомобилю парня дорогу, специально обогнав нас и подрезав За окно м послышались громкие хлопки дверьми, и через пару мгновений мы смогли разглядеть о чью-то большую и внушительную фигуру, смутно мне знакомую.

- Это еще что за…? - Пробормотал обладатель синих волос. - Неужели с "Горизонта" эти кретины решили нас догнать?

- Какие еще кретины? - Внимательно наблюдал Кей за тем, как к нашей машине медленно и уверенно подходит этот высокий и накаченный человек

- С которыми драка началась. А все из-за нее, - кинул сердитый взгляд Келла на Нинку, уже переставшую вопить и лишь тихонько утиравшую слезы кулечками.

- Папа! - Вдруг поняла я, кто это. Шкаф три на три, Иван должен же был приехать в клуб по просьбе этой ненормальной, сейчас впавшей в глубокое детство Нинки! Он, наверное, каким-то образом заметил, как его "сестренку" выносит в полубессознательном состоянии из ночного клуба незнакомый парень, и решил поехать вслед за "наглецом". Мало ли что задумал тот против его названной родственницы! И угораздило же эту дуру ему позвонить!

- Это Папа, - кивнула я на бугая, властным жестом требовавшего, чтобы мы вышли из машины. Позади него, шагов через пять, маячили точно такие же спортивного вида парни.

- Папа? - Как-то даже побелел Келла, вглядываясь сквозь тонированные окна. - Ну и харя… А папа-то добрый? - Спросил почему-то он у меня.

Я только пожала плечами. Как же, добрый, как Санта-Клаус. А вон те широкоплечие квадратные ребята - наверняка эльфы, помогающие разносить подарки на Новый Год и Рождество.

- Не злите его, а то он нас всех вместе в ближайшем лесочке закапает, - прошептала я, зачарованно глядя в окно.

- Давайте, выйдем? - Предложила я, понимая, что Папу не надо заставлять ждать. Я первой нажала на ручку двери и вновь оказалась на улице. Налысо побритый бандит успел стать еще более накаченным с тех пор, когда я видела первый и единственный раз. А произошла наша встреча месяцев так шесть назад, когда мы с Ниной, гуляя по ее любимым местам - бутикам, нечаянно наткнулись на грозного Ивана. Тогда же подруга и познакомила нас, очень лестно назвав меня своей лучшей подругой и почему-то правильной девчонкой.

- Добрый вечер, - произнесла я, надеясь, что Папа меня узнает. Кто знает, может, у него память короткая, и он сам как персонаж из той самой поговорки, где говорится, что "большая фигура да дура".

Бугай хмуро кивнул и не стал долго задерживать взгляд маленьких прищуренных глаз на мне - переключился на Келлу и Кея, вылезших из машины с явной неохотой.

Пять к одному, что эти парни не понравятся Нинкиному знакомому. Я почему-то давно заметила, что представители любых неформальных культур и нарушители закона всех мастей друг друга, мягко сказать, не уважают.

Пока Папа не начал боевые действия, я, ощущая себя героем, поспешила произнести как можно внятнее и четче: