Лабиринт совести (СИ) - Фред Винни

Все были такие радостные. Я узнала широкую спину одного из оборотней «армии», его встречала девушка примерно той же комплекции, они увидели друг друга, она завизжала на всю улицу и бросилась к нему, он раскинул руки и поймал её в прыжке, она его быстро поцеловала и протянула ему огромный бутерброд, в который он тут же вонзил зубы со страстным стоном. Это выглядело так первобытно и дико, что шевельнувшуюся во мне зависть хотелось скрыть от всего мира, и особенно, от эльфов.

«Долгоживущим не положены такие эмоции, и тем более, такое поведение.»

Кое-кто долгоживущий, кто опровергал все эти положения, умудряясь есть как поросёнок и всё равно вызывать во мне море неположенных эмоций, стоял на границе оцепления и жадно всматривался в парадный вход, как будто кого-то ждал. Рядом стоял Деймон с Никси, он обнимал её и что-то говорил на ухо, она улыбалась.

«Интересно, она знает, что они оба скоро уедут? И что она думает по этому поводу?»

Было бы интересно с ней поговорить, обсудить её скоропостижное обручение, спросить, как она смогла его простить, как она договорилась с родителями, как она теперь вообще представляет своё будущее, с таким женихом и всем тем, что он привнесёт в её жизнь.

«Скорее всего, никак она это не представляет. Её девиз по жизни – "ой, надо же, а я и не думала", это её реакция на любое событие, являющееся прямым и логичным результатом её действий. Но самое главное, что для неё любые новости всегда приятные.»

Я её настолько глубоко не понимала, что не считала себя вправе осуждать, просто наблюдала со стороны и впечатлялась.

«Она скажет: "Ой, надо же, у меня теперь есть жених, как прикольно, я и не думала, что это так весело! Что обычно делают с женихами?" И он ей объяснит, а она радостно поскачет всё пробовать и получать от этого удовольствие.

А я была бы в панике. В ярости, может быть. В возмущении.»

На самом деле, я не знала. Это для меня Деймон был бессовестным манипулятором и обманщиком без капли уважения к чужим правам, а для Никси он мог быть совсем другим.

«Интересно, а как она отреагирует, когда узнает, что Кори выдал общее изобретение за лично своё, и даже получил за это щедрое вознаграждение от её обожаемого Деймона? Она же тоже с ним над этим работала, не в группе, но работала, они проводили вместе эксперимент под хрономагическим щитом, там был и её вклад.»

Кори в толпе у входа я пока не увидела, возможно, он всё ещё меня ищет. Многих встречали друзья, некоторых родственники, меня и Кори, скорее всего, не будет ждать никто, поэтому мы оба не торопились.

«И я опять себе вру.»

Алан смотрел на вход, я смотрела на Алана, спускаться не хотелось. Я уже предчувствовала всю ту неловкость, которая ждёт меня при встрече с ним, я ужасно не любила эти извинения, и мне они были не нужны – он сказал лишнее, у него была причина, забудем об этом.

«Он сказал правду. И Деймон сказал правду. Просто мы с ними в разных системах ценностей, и нам никогда не пересечься. И пускай.»

За моей спиной кто-то постучал в дверь. Я обернулась, на миг испугавшись, что сейчас войдёт Кори, но никто не вошёл. Стук повторился громче, я увидела огромную ауру, похожую на пушинку из миллиардов тонких лучей ближе к краю и утопающую в слепящем сиянии ближе к центру.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Отец Никси?»

– Входите, открыто.

Дверь открылась и вошёл самый красивый светлый эльф из всех, кого я видела за всю свою жизнь, включая портреты Древних в храмах света. У меня дар речи отшибло, и дар связного мышления тоже, я просто закрыла глаза и отвернулась, пытаясь взять себя в руки и начать думать.

«Откуда здесь чистокровный светлый эльф?»

– Здравствуйте. Госпожа Лейа Лилерин? – тихо спросил он, улыбаясь скромной улыбкой великодушного бога, глядящего на милые глупости, которые творят смертные в его честь. Я нашла в себе силы только кивнуть, он улыбнулся немного смелее, достал из широкого рукава жетон и показал мне: – Меня зовут Райнир Альфирин эль'Ротон, вы можете звать меня Райн. Я представляю следственный комитет прокуратуры Эльфийского Альянса. Мы получили ваше письмо.

***

18-2

Он показал мне моё письмо, упакованное в другой конверт, точно так же, как то, которое получил отец Никси, я подтвердила, что это действительно моё письмо. Тогда Райн рассыпался в извинениях по поводу того, что вынужден меня утомлять делами, когда я пережила такое потрясение, и предложил подбросить меня до общежития в своей карете, а потом, когда я отдохну, встретиться за ужином и поговорить на темы, далёкие от работы, просто познакомиться получше.

Отказаться от такого предложения было невозможно, даже если не учитывать тот факт, что отказать этому сияющему божеству нереально в принципе, и я покорно кивала и шла за ним, только у парадного входа задумавшись о том, сколько внимания привлечёт моё появление в компании чистокровного эльфа без возраста, в струящемся эльфийском костюме из перламутровой ткани и с жемчужно-белыми волосами до земли, закреплёнными серебряными заколками с природными друзами хрусталя. В Верхнем Городе учились представители самых разных рас и народностей, и встретить здесь можно было кого угодно в каком угодно костюме, но даже здесь никто не одевался в белое с головы до ног, это было элементарно непрактично в городе, построенном на угольных шахтах. Здесь было столько пыли, что даже оставленное на балконе бельё из белого превращалось в серое буквально за несколько часов, а умывшись после вечерней прогулки, можно было увидеть, сколько пыли за пару часов ветерка с реки собирается на лице. Божественного светлого эльфа эти мелочи, судя по всему, совершенно не трогали – пыльный ветер его обтекал, не смея прикоснуться, а длинные края его рукавов парили в миллиметре над землёй, ни разу не опустившись ниже.

Карету он не вызывал, но она подъехала сразу, остановившись прямо у парадного входа, Райн подал мне руку и устроился рядом сам, управляясь со своим костюмом и волосами с такой непринуждённой лёгкостью, что я мысленно добавила к его предполагаемому возрасту ещё полтысячелетия.

Я специально становилась так, чтобы не смотреть в сторону Иссадоров и Никси даже случайно, но они на меня смотрели, я чувствовала, и Райн это заметил. Я ожидала, что он их проигнорирует, но он вместо этого достал жетон и с ласковой улыбкой показал через окно кареты раскрывшим рот демонам. Карета двигалась сквозь толпу со скоростью пешехода, поэтому я успела услышать голос Деймона, убийственно шипящий: «Твоя бешеная сука притащила сюда прокуратуру Альянса».

«Ну наконец-то тебе по-настоящему страшно, Деймон ис'Тер. Наконец-то. Ты даже перед судом думал, что я с тобой шутки шучу, и в итоге ты выкрутишься, откупишься деньгами, и тебе ничего не будет. Зря ты протянул свои лапки к эльфийке, демон, очень зря. Ты за это заплатишь. А Алан просто уйдёт телепортом, нет тела – нет дела.»

Райн смотрел на меня так, как будто видит на моём лице каждую мысль, и безмолвно одобряет, я улыбнулась и отвернулась к окну, стала смотреть на веселящихся студентов и вдыхать запах фонтанов и роз.

«Хороший город. Точно останусь здесь навсегда.»

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

18-3

В общежитии ничего не изменилось, как будто я ушла проводить ритуал «Фонтана желаний» только что. Судя по тому, что на столе аккуратно лежали мои вещи, Улли выполнила своё обещание навести порядок и вернуть всё на место. Прямо сейчас я видела её ауру за стенкой, она была уставшая, немного злая и раздражённая, ходила по комнате из угла в угол, и, судя по звукам, делала уборку, я решила ей не мешать.

Сходила в душ, привела себя в порядок, выбрала одно из старинных эльфийских платьев, белое с фиолетовым в серебре, не особенно роскошное, но очень изящное и утончённое. Я откладывала его для какого-нибудь не очень пафосного вечернего выхода, где не будет юных человеческих девушек, которые считают, что если дизайн платья разработан не в этом году, то я купила его на распродаже и покрыла себя позором. Налюбовавшись благородным старинным шёлком, я потратила море сил и магии на причёску, достала из сейфа фамильный комплект украшений и своё письмо с картой памяти.