Грани обмана - Нинель Мягкова

и в этот раз. Дознаватель вздохнул и терпеливо повторил:

— Прошу сделать для меня исключение, в иное время я занят, но консультация гадалки мне бы не помешала. Нужен совет профессионала, а мои подчиненные в карты играют только честно, к сожалению. И не слишком умело, — подумав, добавил он.

— Местрис Старр гадалка, а не шулер! — с достоинством выпрямилась я.

Да-да, у моей нанимательницы и псевдоним имелся. Все, как полагается в приличных домах!

— Я вовсе не обвиняю местрис Старр в жульничестве, — вежливо возразил Уинтроп, не теряя выдержки. — До меня доходили слухи, что она ловко обращается с картами, вот и хотел попросить ее дать мне пару уроков, вот и все.

Он переступил с ноги на ногу, и я поняла, что затягивать нельзя. Либо я сейчас должна его послать — дознавателя, ага, чтобы он с ордером вернулся и нам все вверх дном перевернул, либо пора впускать почетного гостя в дом и дать ему что он хочет.

Выбора особого нет, как всегда.

— Проходите! — тяжко вздохнула я, про себя прикидывая, кто именно из клиентов мог на нас донести.

Трюкам с картами учила местрис Вайн я. Ничего особенного: эффектное перетасовывание веером, исчезающие в рукаве и вновь появляющиеся за ухом посетителя червовые дамы. База, элементарщина, но для неискушенных обывателей довольно эффектная. Решила добавить антуражности на свою голову!

Уинтроп перешагнул порог и с любопытством огляделся. Опасения я в его движениях не заметила. И правильно, чего тут опасаться? Гадалка в первую очередь женщина, а от нашего пола ни пакостей, ни сопротивления не ждут.

А зря.

— Подождите, пожалуйста, сейчас я позову местрис Старр. — Я указала на мягкий диванчик с пухлыми подушками, предназначенный для сопровождающих лиц.

К нам теперь частенько заглядывали знатные дамы. Вроде как инкогнито, с компаньонкой, охраной и парой горничных, а потом широко раскрывали глаза и изумлялись, когда мы с местрис Вайн «вычисляли» их высокое положение и близость ко двору.

Я теперь лучше понимаю, откуда в местных мужчинах настолько пренебрежительное отношение к дамам.

С другой стороны, если девочку с детства запирать дома и никуда не выпускать, чудо если не вырастет милая дурочка. А то и полная дура.

Метнувшись по лестнице перепуганной кометой, я ворвалась в комнату к хозяйке дома. Та как раз заканчивала боевую раскраску: алые губы и подведенные темным веки эффектно выделялись под вуалью, добавляя образу изюминки.

Сама поняла, что к нам ранние посетители, и пояснять не пришлось.

— Кто там? — оценила местрис Вайн мои выпученные глаза.

— Дознаватель, мейстер Уинтроп! — выпалила я сходу, и лишь потом сообразила, что знать о том провинциальной девице неоткуда.

Гадалка проницательно прищурилась.

— Вы знакомы! — не спросила, констатировала она.

Я замялась.

— Не совсем, — повела плечом. — Но он может меня узнать. Мне бы этого не хотелось.

— Посидишь здесь? — проявила такт и понимание местрис Вайн.

Подумав, я мотнула головой.

Если честно, узнать меня Уинтроп вряд ли сумеет. Видел всего лишь раз, мельком, и тогда я была бледной молью. Мало того, что в блондинистом парике, так еще и без косметики, серая от пепла и с перекошенным от переживаний лицом.

Сейчас же я отъелась, зарозовела на качественном питании, нашла не слишком ядреную краску для бровей и ресниц — в общем, изменилась капитально.

Но мантилью, пожалуй, снимать не буду.

— Вам нужна поддержка, — улыбнулась я. — Мейстер дознаватель хочет небольшой урок по обращению с картами.

— Да, одна я вряд ли ему сумею показать что-то сложное, — с сожалением признала местрис Вайн и приладила к шиньону просторную черную вуаль, закрывшую ее лицо и плечи.

Мы спустились вниз, к ожидавшему нас с нетерпением клиенту.

— Добрый день!

Завидев гадалку, мейстер Уинтроп поднялся с дивана и принялся сыпать любезностями, как на званом вечере. Я с трудом вычленила основное: ему нужно выяснить, возможно ли провернуть несколько трюков.

— В частности, подменить карты.

В пылу объяснения, увлекшись, он чуть было не схватил лежавшие на видном месте Таро. Я едва успела подсунуть вместо них колоду обычных игральных, которые держала в ящике специально для занятий с местрис Вайн.

— Думаю, вы так часто делаете — берете одну, раз, а показываете уже другую, чтобы клиент не расстраивался?

— Чаще всего — нет, — степенно возразила гадалка, входя в роль.

Она обошла стол и устроилась с достоинством в привычном кресле, обретая некоторое спокойствие. Видно было, что неожиданный визит дознавателя выбил ее из колеи. Как и многие горожане, местрис Вайн настороженно относилась к любого рода полиции, особенно когда та просила ее открыть профессиональные секреты.

Ничто, в принципе, не мешало тому же Уинтропу привлечь ее сейчас по статье «мошенничество». Ведь в будущее она на самом деле, естественно, не заглядывала, а деньги за это брала.

— Я показываю клиентам только то, что говорят мне карты, — сообщила она сдержанно. — Но для эффектности иногда применяю трюки, здесь вы правы. В моем деле нужно поддерживать образ и играть на публику, если вы понимаете о чем я. Мне платят за сказку, приятно проведенный досуг в будоражаще-пугающем месте, а не за подробные сведения.

— Тем не менее, трюки вы выполняете. Покажите! — потребовал дознаватель.

— Вам зачем? — ляпнула я, не сдержавшись.

— Для расследования, — туманно пояснил Уинтроп, не сводя взгляда с рук гадалки.

Та нервничала, было видно, что вот-вот только что незаметно спрятанный за браслетом туз позорно вывалится прямо на стол.

— Зачем вы пошли с этим к гадалке? — пояснила я свою мысль. — Наверняка ваши коллеги задерживали и картежников и шулеров. У них бы и узнавали!

— Вы думаете, они станут со мной откровенничать? — хмыкнул дознаватель.

— А если запугать слабую женщину, она вам все сразу вывалит? — фыркнула я в ответ.

— Некоторые женщины бывают посильнее мужчин, — загадочно обронил Уинтроп.

У меня по спине морозными лапками пробежали мурашки. Звучало так, будто он на что-то намекал. На что-то, известное нам обоим.

У местрис Вайн все же получилось красиво продемонстрировать фокус с исчезающей картой. Я выдохнула, но рано.

— А что вы еще можете… изобразить? — задумчивый взгляд мага почему-то не отрывался от моего лица, скрытого мантильей, и я занервничала.

Может, все же узнал?

— О, довольно многое! — жизнерадостно сообщила местрис Вайн. — Но вам лучше уточнять у