Созидание (СИ) - Боталова Мария

– Полагаешь, много найдется желающих стать донорами? Думаешь, я не заметил, с каким ужасом ты смотрела на меня? – Эхран поморщился. – Ты думала, что я собираюсь выпить твою магию.

– Я только что прочитала о Пожирателях-богах. О том, что они убивали! И совсем не хотела повторить участь всех ваших жертв.

– То есть ты готова дать мне отпить немного магии?

– Нет. Не готова. Потому что моя магия еще только развивается, – отрезала я, чтобы даже не вздумал! – Полагаю, никто из тринадцати семей не захочет – вы слишком зациклены на преумножении могущества. И в целом, учитывая бесконечную борьбу за первые позиции, никому из тринадцати не стоит терять силы и даже временно становиться уязвимым, чтобы покормить кого-то из Пожирателей. А вот с представителями молодых семей, полагаю, ситуация иная. Они за ресурсы или доступ в какой-нибудь мир готовы на многое. Может, и не все. Но кто-то наверняка согласится продать немного магии. Если бы Пожиратели не буйствовали, как психопаты-маньяки, а объединились в сообщество, этакий клуб на базе их особенности, то можно было бы повлиять на ситуацию, на мнение общественности.

Эхран отхлебнул из бокала. До дна. Поставил на стол, налил себе еще. Снова в один глоток уничтожил весь напиток.

– Поражаюсь тебе. Только узнала о Пожирателях – уже выстраиваешь систему. Не хочу разочаровывать, но она не сработает. Во-первых, Пожирателей не так много, чтобы объединиться. Я даже надеюсь, что из ныне живущих я единственный. А во-вторых, остановиться невозможно. Никто из Пожирателей никогда не останавливался. Я пытался. Много раз. Но нет – если уже начал, не остановишься, пока не выпьешь магию подчистую. Я не собирался пить твою магию. Всего лишь хотел поцеловать, – он кривовато усмехнулся.

У меня чуть голова не взорвалась от множества вопросов. Попыталась взять себя в руки и сосредоточиться. Будем разбираться по порядку!

Опять же, отодвигая тему отношений, попросила:

– Пожалуйста, рассказывай дальше.

– А дальше тебе не понравится. В первый раз я испугался и какое-то время боролся с тягой пить магию. Начал искать информацию. Узнал о Ральде, изучил его историю. Это была закрытая информация, но я сумел до нее докопаться. Понял, что я такой не один. Возможно, сила Ральда передалась мне по наследству. А может быть, дело в чем-то ином, но я заподозрил, что сила Пожирателя – проклятье именно нашей семьи, де Фарваль.

– Пока не узнал о Вайроне?

– Да. Я копал не там. Думал, что дело в нашей семье. Но время изысканий прервалось – голод снова мною завладел. Отведав чужую магию всего один раз, уже невозможно остановиться. Хочется снова, снова. Все больше чужой магии.

На мгновение мне показалось, что в глазах Эхрана появился отсвет безумия. Но это были лишь воспоминания о нем.

– Я убивал. Много.

– Сколько?.. – спросила я. Голос невольно дрогнул.

– Пятьдесят шесть богов.

Я разговариваю с серийным убийцей. Что уж там… я жена серийного убийцы!

– Вина? – предложил Эхран.

– Ты же знаешь, что не поможет. – Впрочем, мне алкоголь никогда не помогал. Я и не обращалась к нему – считала, что в силах справиться с любыми потрясениями без стимуляторов, которые, вообще-то, если что и стимулируют, так депрессивные состояния. – Ничего уже не поможет… – прошептала я, глядя прямо перед собой.

– Да, успокоительные на нас тоже не действуют, – согласился Эхран.

Я не стала уточнять, что говорила уже не о напитках.

– Пятьдесят шесть богов, – повторила потрясенно. – Как о тебе не узнали? Как не поймали, если ты убивал в таком количестве?!

– Стоит заметить, я убил их не за один день. Период бесконтрольных убийств был ярким, сумасшедшим, но достаточно коротким. Потом я взял себя в руки и продолжил искать. Держался, сколько мог. Срывался только иногда. Пытался выпить не до конца, оставить бога в живых, но… ни разу не получилось. Из тринадцати семей я убил только четверых. Остальные были из молодых.

Как будто это что-то меняет! Они боги. Они были живыми. У них были планы, желания, мечты, чувства. А Эхран их убил. Прервал жизни, которые могли длиться почти вечно.

Я вцепилась в бокал с соком и судорожно осушила до дна.

Не поможет, знаю. Ничего уже не поможет, не спасет от страшного откровения – Эхран убийца. Монстр.

– Если это как-то тебя утешит, я не хотел убивать. Искал способы. Пытался заглушить тягу к чужой магии. Потом я узнал о Вайроне де Тарриот. Понял, что дело не в де Фарваль, что в других семьях тоже могут рождаться Пожиратели.

Взгляд Эхрана снова застыл, погружаясь в прошлое. Тяжелое и болезненное.

– Вайрон… в некотором роде стал моим наставником. Он не убивал всех подряд. Он контролировал себя. Почти… Можно сотни лет чувствовать голод, жить с ним изо дня в день, но не посягать на чужую магию. Он учил меня этому. У меня даже начало получаться. Пока я не влюбился.

Я стиснула пустой бокал. Нет, не до побелевших пальцев. Пальцы просто раздавили стекло. Осколки брызнули в разные стороны. Я вздрогнула.

Эхран повел бровью, растворяя осколки в небытие.

– Возьми новый.

Тут же вошла служанка, поставила на столик сразу девять пустых бокалов. Видимо, чтобы я могла их разбивать, когда вздумается. Кто-то, когда нервничает, салфетки рвет пачками, а я буду бокалы в руках перетирать.

Однако брать новый пока поостереглась.

– Золла де Арайс. Полагаю, ты обратила внимание на ее портрет?

– Не только портрет. Я видела свидетельство о вашем браке.

– И подумала, что я многоженец?

– Я не знаю, что думать. Но мне известно, что невозможно заключить божественный брак с двумя женщинами одновременно.

– Невозможно, – согласился Эхран. – Золла умерла. Я убил ее.

Я тут же пожалела, что не держала в руках бокал. Если бы держала стерла его в порошок, возможно, стало бы чуточку лучше.

Все, что я сделала – это вцепилась в обивку дивана. Невольно вырвала целый кусок, ойкнула, подпрыгнула на месте.

– Тебя перенести на тренировочную площадку, чтобы ты уничтожила пару каменных насыпей? – предложил Эхран.

– Спасибо, не надо. Продолжай.

Перевела дыхание, пытаясь взять себя в руки и осознать весь этот кошмар.

– Конечно, я не хотел убивать ее, – продолжил Эхран, больше не обращая внимания на мое состояние. – Я хотел совершенно иного. Любить ее, дарить ей целые миры. Делать счастливой… Мы заключили брак и какое-то время были по-настоящему счастливы. Но… один раз я просто не сдержался. Всего один раз. Этого хватило, чтобы я вкусил ее магию и снова не сумел остановиться.

Чуть помолчав, Эхран жестко продолжил:

– На этом мои злодеяния не закончились. Я снова убивал, почти не сдерживаясь. Было слишком больно – и я заглушал эту боль потоками чужой магии. Конечно, началось расследование. Боги, старшие боги, уже знали, что может значить такое количество смертей. Подозрение пало на меня. В конце концов, я был мужем убитой… Вайрон пытался вразумить меня, а я отплатил ему черной неблагодарностью. Подставил его. Боги решили, что это Вайрон убил всех моих жертв, хотя он уже двести лет никому не причинял вреда. Вайрона казнили.

Я чувствовала боль Эхрана. Она лилась сквозь него и наполняла комнату. Боль не только из-за того, что он убил любимую жену. Из-за того, как поступил с наставником, с другом, возможно, единственным, кто знал о его истинной сути и не осуждал.

Я не могла утешить, просто не знала, как это сделать в такой ситуации. И говоря откровенно, не находила в себе этого желания. Эхран сожалеет. Внутри него скрывается не только жуткая сила, еще более разрушительная и опасная, чем магия богов разрушения. В нем живет бездна боли, в которой можно захлебнуться.

Может быть, это звучит ужасно. Может, я и сама не многим лучше его, но не хочу утешать монстра. Не хочу. И меня трясет от осознания, сколько чудовищных поступков он совершил. На этом фоне кража чужой жены меркнет и кажется почти милой шалостью, всего лишь забавой.

– Как ты могла прочитать, на моего друга напустили обезумевших богов, разом сняв эрхелы. Магия вырвалась такая, что ни один Пожиратель не смог бы выдержать.