Ребекка Мейзел - Бесконечные дни

— Ты заставляешь меня жалеть о том, что я сделал тогда, в саду, — произнес Род, отворачиваясь и медленно направляясь вниз по склону холма.

— Неужто ты жалеешь меня? — бросила я в удаляющуюся спину.

— Найди себя, Лина. А когда найдешь — я вернусь.

Если бы я могла плакать, я бы заплакала. Слезные каналы мне обжигала резкая жгучая боль, как будто вместо слез к глазам подступала едкая кислота. Дикая боль скрутила меня, согнула пополам, а Род все так же безмолвно уходил в поля. Я могла бы долго еще смотреть ему вслед. Смотреть, пока он не скроется за пределами даже вампирского зрения. Но боль была слишком невыносима. Отвернувшись, я зашагала к дому, вошла в темный холл. И там, в тени гобеленов, меж серебряных кубков, поклялась себе, что больше никогда не останусь одна. Тогда-то я и решила создать свое братство. Тогда-то и отправилась в Лондон, где нашла Гэвина.

Глава 20

Тук-тук-тук. Три раздельных удара по двери. Я подняла взгляд от пола, лишь секунду назад закончив сгребать прах Рода обратно в урну. Как странно, что блистательную жизнь можно вот так вот смести прочь — двумя-тремя взмахами метлы. Я вернулась к бюро и расставила фотографии по местам.

Стук повторился.

Я не позволила себе даже надеяться, что это может быть Джастин. Не может. Просто я вдруг кому-то понадобилась. По поводу домашней работы — или это что-то, связанное с библиотекой. На один жуткий момент я подумала — уж не Вайкен ли это или еще какой член нашего братства, но, глянув на слабеющий за окном сумеречный свет, поняла, что у меня в запасе еще несколько часов безопасности.

Убрав урну обратно в бюро, я отворила дверь. На пороге, сунув одну руку в карман, а второй опершись о косяк, стоял Джастин.

— И как я могу удостовериться, что ты не чокнутая?

— Никак.

Войдя в комнату, Джастин направился прямиком к полке с фотографиями.

— Объясни мне на милость, почему последние три часа я расхаживаю по кампусу, стараясь уговорить себя тебе поверить.

— Не могу.

— И что, все эти люди — вампиры? — Он показал на фотографию нашего братства.

Я кивнула.

— А ты уже нет?

Скрестив руки на груди, он прислонился спиной к бюро. Глаза его стали чуть спокойнее, чем прежде. Нахмуренный лоб разгладился, сжатые губы разжались. Он пристально смотрел мне в глаза, выжидая ответа.

— Безусловно нет, — ответила я как можно более уверенным тоном.

— Ну ладно, давай скажем, что я рискнул поверить тебе. Поверить, что в нашей ненормальной вселенной возможно и такое. Но как это с тобой произошло? Разве вампиры не наделены вечной жизнью?

— Есть один древний обряд.

— Обряд?

— Давай будем разбираться с одним вопросом зараз, ладно? — сказала я, усаживаясь на диван и складывая руки на коленях. На миг поколебавшись, Джастин уселся рядом со мной. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. В воздухе между нами повисла полнейшая неопределенность. Что ждет нас впереди?

Он взял меня за руку, и когда кончики его пальцев скользнули по моей коже, по руке побежали мурашки. О, как же прекрасно чувствовать свое тело! Что я испытывала — радость или успокоение? Или все сразу? Я улыбнулась, глядя на наши переплетенные пальцы. Сейчас мне даже не хотелось спрашивать, злится ли он на меня, ждет ли более подробных объяснений. Я просто радовалась, что он тут, рядом — что не бросил меня одну разбираться с позором и смятением прошлой жизни.

— Собственно говоря, я пришел забрать тебя отсюда, — промолвил Джастин, наконец нарушив молчание.

— И куда мы отправимся? — спросила я, а про себя подумала: «С тобой я отправлюсь куда угодно».

— Сперва — на ужин. А потом куда-нибудь за пределы кампуса. По-моему, нам просто необходимо куда-нибудь выбраться.

Я вошла в спальню, но дверь за собой нарочно не закрыла. Конечно, голой я Джастину показываться не стала, но высунулась в трусиках и лифчике.

— А все же, куда пойдем? Хоть намекни.

— Увидишь, — произнес он, кое-как подобрав отвалившуюся при виде меня челюсть. Я поспешно юркнула обратно. — Просто — если решишь остаться в том что на тебе сейчас, что лично я полностью одобряю, — позаботься надеть удобные туфли.

К моему изумлению и радости, мы закончили вечер в Бостоне. Вылезли из автомобиля Джастина и всей толпой двинулись по длинной улице, обрамленной серыми каменными зданиями. Клаудия и Кейт взяли меня под руки. Чудно все же, как они старались одеться так же, как я. Чудно — но я бы солгала, если бы сказала, будто мне это ни капельки не льстило. В тот вечер я надела черное платье и черные туфли на шпильках. Увидев, в чем я, обе мои новые подружки тут же кинулись к себе в спальни, чтобы нарядиться под стать.

— Надеюсь, в клубе сегодня будет людно, — заметила Кейт.

Впереди показалась длиннющая очередь куда-то. Мы пристроились в хвост.

— Какой еще клуб? — спросила я Джастина, чуть отойдя в сторону от моих спутниц.

— Мы здесь бываем чуть ли не каждую пятницу. Последнее время, правда, давно не захаживали, но вообще-то, когда хотим оторваться, обычно едем сюда.

Джастин показал на дом, к которому тянулась очередь.

— А кто состоит в этом клубе?

Джастин засмеялся и поцеловал меня в лоб.

— Не такой клуб. — Он закинул мне руку на плечо. — Танцклуб. Полагаю, в твои времена это называлось бы бальным залом.

— А-а-а, — протянула я.

Происходящее вдруг обрело смысл. Джастин обвил рукой мою талию, я прильнула к нему. Мы снова стали единым целым — но теперь он знал правду. Меня переполняли ликование, бурная, бьющая ключом радость. Кроме того, я любила, очень любила танцевать — даже в далеком пятнадцатом веке, когда впервые была смертной.

Стоя в очереди перед клубом под названием «Влечение», мы ждали, пока нас впустят. Вокруг собралось множество мужчин и женщин в обтягивающей одежде. Иные девушки вырядились в короткие юбки и минитопчики. На дворе стоял ноябрь, и я знала: все эти любители танцев дрожат от холода, несмотря на то, что осень выдалась вообще-то необычайно теплой.

Я лениво думала обо всем этом, как вдруг ощутила легкое покалывание внизу живота. Вокруг все умолкло, словно я внезапно погрузилась в глубокую вату. За мной кто-то следил — и, учитывая предупреждение Сулиня, это не могло означать ничего хорошего. Я повисла на обнимающей меня руке Джастина, но сама лихорадочно обегала глазами улицу. На первый взгляд все как всегда. Снующие из клуба в клуб люди, уличные лотки с хот-догами и крендельками. Разъезжающие взад-вперед автомобили, несущаяся из всех окон музыка, что наполняла улицу биением басов. Все как всегда.