Обреченный быть зверем (СИ) - Алая Татьяна

Роман прервал звонок и внимательно посмотрел на нее.

— Устала? — выдохнул он как-то странно. И не успела Юля что-либо сказать, как он подхватил ее как пушинку на руки и понес в комнату, а девушка все сильнее чувствовала странную реакцию на тепло его рук, от которых по телу разливалось приятное чувство.

«Как я могу чувствовать это, если ненавижу его!», — думала она, все еще подогревая свой гнев и злость на него, что ей удалось сделать без труда.

Тем временем, Роман, войдя в отведенную ей комнату, положил ее на покрывало кровати, а потом присел рядом.

— Если хочешь, я могу раздеть тебя. Или что-то еще, если нужно. Просто помочь, если ты очень устала. Ничего другого. А может быть ты хочешь что-то еще?

Юля молчала ошарашенно. Он сейчас был совершенно другой. Такой заботливый и внимательный. А самое главное, она начинала верить, что он действительно искренен в свой радости об ее беременности, вот только ей это было не нужно. Он просто изначально сделал все так, как хотел, не думая о ней.

— Ты что, действительно настолько хочешь его? — выдохнула она, наблюдая за мужчиной, пытаясь разобраться в себе, в том, что чувствует. Пока внутри была только ярость.

В этот момент, сидя рядом с ней, на кровати, Роман понял, что сила бурлит в нем. Он хочет ее, помнит вкус ее губ, ощущение ее тела, и ему все труднее сдерживаться, особенно зная, что внутри жены уже зреет его ребенок. Тогда не удержавшись, он наклонился к ней так низко, как позволяла вся неоднозначность их ситуации, чтобы только она не подумала, что он пытается воспользоваться ситуацией. Он хотел лишь посмотреть ей в глаза, чтобы она поняла, как то, что хочет сказать важно для него. И потом тихо произнес, пытаясь донести все, что чувствовал сам сейчас, а вернее, что не успел еще осознать до конца сам, но так страстно хотел.

— Очень хочу. Вас обоих.

Юля нервно сглотнула. Его слова, он сам, то, как близко он был сейчас — все это неожиданно взволновало ее значительно сильнее, чем она бы того хотела. Сердце забилось быстрее, а по телу пробежало тепло. И это было даже сквозь ее злость на него за то, что мужчина воспользовался ею, что не спрося, полностью изменил ее жизнь. Что фактически разрушил все, о чем она мечтала, как планировала, что создавала. Но в то же время в его словах было что-то такое трогательное, что зацепило ее, что заставило задуматься.

«И что мне теперь делать? Моя жизнь, все мои усилия и мечты о карьеры — все рассыпается. И все потому, что он захотел ребенка! И почему от меня? Это все очень странно. Но я не могу сделать вид, что ребенка нет. Мне нужно как-то приспособиться ко всему этому»

Она выдохнула и отвернулась от его взгляда, но при этом что-то другое стало подниматься в девушке.

«Нет, я конечно не перестала злиться на него, но вдруг это его идея фикс? Что, если это так важно для него? Он реагирует так, словно это подарок. Я совсем запуталась!»

Все это совсем не укладывалось в голове Юли, но сильнее всего удручало и возмущало то, каким способом он этого добился. Но сам факт, что он был готов взять заботу о ребенке и о ней, уже немного успокоило ее.

— Так что по поводу раздеть тебя? — уже более горячо спросил Роман, смотря на нее, чувствуя бурление силы внутри, когда она рядом. Он сам не знал, что в его взгляде засветилось желание, от которого Юля нервно сглотнула. А все потому что она вдруг почувствовал внутри себя что-то в ответ. Как сполох, как намек на томление.

— Нет, спасибо! Я сама, — выдохнула она нервно, сама не понимая, что чувствует сейчас, пытаясь встать и оказаться подальше от него.

Роман вдруг увидел, что она больше растеряна и расстроена, чем зла.

«Не удивительно, ведь ее жизнь так круто поменялась. Она еще отлично держится», — вдруг подумалось ему.

— Тогда отдыхай, я попрошу накрыть тебе ужин сюда.

— Спасибо, — кивнула девушка, уже встав с кровати и подойдя к окну, стоя спиной к нему.

На этом, вместо того, чтобы сгрести ее в объятия, как мечтал, мужчина вздохнул и поспешно встал с постели. А затем вышел из комнаты, не оборачиваясь, потому что боялся, что не сдержится. Он слишком хотел быть рядом, и ему все сложнее было с этим справляться.

Юля осталась стоять у окна, бросив лишь мимолетный взгляд на кровать, где осталась только вмятина на покрывале в форме очертания его тела. Она еще не успела осознать все, что произошло с ней. Что теперь все совершенно поменялось в ее жизни, что ничего прежнего уже не будет, а ей нужно думать о ребенке. Его ребенке. Их ребенке.

«Черт, у меня будет ребенок от Михайлова!», — выдохнула он, пытаясь осознать это, еще находясь в шоке.

Но понимания все равно не было. Она была как в каком-то кино, где все было нереально. А еще эти кошмары, которые снились Юля теперь каждую ночь.

«И как мне со всем этим справится?» — выдохнула она, оцепенело, опять вернувшись на кровать, чувствуя усталость.

Девушка сама не заметила, как веки ее стали слипаться, и она провалилась в глубокий сон. И ей снился лес, пахнущий хвоей, землей, листьями и еще чем-то сладостным. Это так манило, так звало ее, но она не понимала, что нужно сделать, чтобы стать частью всего этого.

Глава 43

Роман шел из комнаты Юли и тяжело дышал. Эмоции переполняли его. А сильнее желание и радость.

«Все получилось!» — кричала сила внутри, думая о наследнике.

И он вдруг страстно захотел принять истинный облик и отпраздновать это так, как чувствовал: бегая по лесу, как требовала его сила — на воле. Только впервые он ощутил, что не хочет это делать один. Что думает, как это будет — делать это с ней, разделить радость, разделить чувство свободы, эйфорию от силы с Юлей.

«Как мне найти подход к ней, чтобы жена не боялась. И в первую очередь, саму себя и что заложено в ней?» — думал Роман и не мог этого понять, как не пытался.

И тогда он решил позвонить Олегу Всеволодовичу, посоветоваться.

— Добрый вечер, — произнес мужчина, — есть ли средство пробудить ее память? — спросил он сразу, даже не подумав, что не назвал имя. Просто все его собственные мысли были только о жене.

— Добрый вечер. Ты про Юлю, мой мальчик? — задумчиво спросил его наставник в ответ.

— Да, — утвердительно произнес Роман.

— Не думаю, что это выход. Она должна осознать и принять себя, а если это сделать насильно, то девушка может просто сойти с ума.

— Черт! — выдохнул в сердцах Роман, понимая всю справедливость этого замечания. — Но если она не хочет принимать себя? Хотя подозреваю, что кровь берет свое после первого обращения, но очень медленно. Она боится.

— Мы можем только ждать, — выдохнул тот, — а еще нужно объяснить.

— Это я и пытаюсь сделать, но пока не очень. — произнес Роман, скрывая накатывающее отчаяние, так агрессивно Юля отталкивала все, что было связано с ее истиной сущностью. — Она не хочет слушать. Сколько вообще ее осознание может продлиться, когда она примет себя, если сила уже начала просыпаться? — спросил он наставника.

— Сложно сказать, это может быть внезапно, а может месяцы. А может никогда. Я не психолог. А такого раньше еще не бывало, поэтому однозначно сказать нельзя ничего.

— Она беременна. И что будет в этом случае, когда сила проявит себя? Как та поведет себя? Я переживаю, что на эмоциях Юля может сделать все, что угодно! Я боюсь за нее. И за ребенка тоже.

— Так она беременна?! — радостно произнес наставник.

— Да, все получилось, — радостно и в тоже время озабоченно вздохнул Роман с учетом обстоятельств.

— Как я рад, мой мальчик, — с явным облегчением произнес Олег Всеволодович.

— Да, и завтра мы поедем к врачу, — произнес мужчина.

— К нашему врачу? — уточнил Олег Всеволодович.

— Да, конечно, — подтвердил он, — мы поедем к тому, кто знает, с чем имеет дело.

— Ты обязательно сообщи мне, когда пройдете осмотр, — то ли попросил, то ли приказал Олег Всеволодович, — как все протекает.

— Да, конечно, — кивнул Роман. — но что мне-то делать? Как подтолкнуть ее доверять мне? К счастью, она хотя бы переехала в особняк.