Когда проснется магия (СИ) - Бегоулова Татьяна

В комнате Эжен уже собирала сумки.

— Не рановато ли?

— А чего тянуть? Документы будут готовы сегодня вечером, а завтра после завтрака можно уже будет отправляться. Истон будет меня сопровождать, так что вообще бояться нечего. Рони, не тяни и тоже собирайся.

— Я вообще-то не уверена, что хочу в Польен. Лучше активизируй мне магический кристалл, мне с сестрой надо поговорить.

В двух словах я попыталась объяснить сестре ситуацию с маминым лечением. Лани сначала тоже отмахнулась: мол, отец никогда не согласится, но, услышав про бумагу с Императорской печатью, задумалась.

— Лани, только ты сможешь убедить отца. Меня он вообще считает ребенком и даже слушать не будет! Я дам твой адрес и на него тебе пришлют бумаги на лечение мамы. Ты с ними поедешь домой и все объяснишь отцу. Иначе, он просто выкинет бумаги даже не прочитав их как следует.

— Ты думаешь, меня он послушает?

— Но это ведь наша мама! И мы должны сделать все, что можем. Тем более такой шанс!

— Ну хорошо, Рони. Я постараюсь его переубедить, тем более что будет письмо от Императора… До сих пор удивляюсь, как ты все это провернула?

— Ничего я не проворачивала. Просто когда Сафран Наимэ узнал, что наша мама пострадала от рук магистра Кавеца… Лани, почему ты мне никогда не говорила о том, что на самом деле случилось с мамой?

— Сначала ты была маленькой и мы с отцом надеялись, что она скоро поправится. А потом… потом уже было без разницы почему, если исцеление стало невозможным.

— А как ты узнала обо всем, Лани?

Сестра замолчала. В зеркале я видела её лицо и мне показалось, что сестра как-то сжалась, снова стала испуганным подростком.

— За несколько дней до произошедшего мама была очень оживлена. Постоянно смеялась и говорила, что скоро наша жизнь изменится. Что скоро мы сможем иметь то, что сейчас недосягаемо. Я пробовала узнать, что она имеет в виду, но мама говорила, что это сюрприз. А потом она пропала. Оставила записку, чтобы мы её не искали, что она вернется через несколько дней. Через несколько дней она, действительно, вернулась. Точнее, её привезли. Она была почти в таком же состоянии, что находится все эти годы: никого не узнавала, ни на что не реагировала. При ней были бумаги в которых она подтверждала своей подписью, что добровольно согласилась на эксперимент, предупреждена о всех возможных последствиях. И еще чек на крупную сумму. Все эти деньги отец истратил на различных целителей, но сама знаешь без результата. А о магах он и слышать не желал, хотя ему неоднократно говорили, что обычные целители не справятся.

Что-то в голосе сестры насторожило меня:

— Лани, ты… обижена на маму?

Лани подняла на меня глаза, её губы дрожали:

— А разве я не имею на это право, Рони? Она погналась за какой-то призрачной мечтой, променяла нас на то, чего никогда не может быть. Зачем ей была нужна эта магия? Разве мы плохо жили? Чего ей не хватало, Рони? Она лишила нас с тобой матери, нашего отца — жены. И сама теперь… Ей-то все равно, понимаешь? Она не осознает случившегося, ничего не помнит, ничего не понимает. А мы мучаемся уже столько лет!

Лани закрыла глаза ладонью, но я видела бежавшие из глаз слезы. Если я признаюсь в том, что пошла по стопам мамы, Лани этого не поймет. Лучше никому ничего не говорить. По крайней мере, пока.

В палату к Саами меня пустили без проблем. Может потому, что сегодня дежурила целительница Далила, а может, магистр Фэжж решил, что состояние Саами вполне себе удовлетворительное.

Полукровка и впрямь выглядела неплохо. Она полулежала на высоко поднятых подушках и уплетала пончики. Ну, значит точно — все в порядке.

— Ты как, Саами?

Полукровка протянула мне блюдо с пончиками.

— Бывало и лучше, но мне грех жаловаться. Учитывая тот факт, что я вообще жива осталась. Ну вы и бабахнули с блондинкой, я такого раньше не видела.

— Да это Эжен в основном бабахнула. Ты в курсе, что она переводится в Польен? Завтра утром уедет. Она попозже к тебе хотела зайти, сейчас она сборами занята.

— Не скажу, что сильно огорчена, но без неё будет скучно. Ко мне сейчас следователь приходил. Ну и занудный тип. Все пытался подловить меня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А Ольгерд что? Он не проболтается?

Саами облизала пальчики:

— Ты даже не представляешь, Рони, как мне повезло. Ольгерду отшибло память. Он совершенно не помнит события последних двух лет. Так что меня он тоже не помнит. Его, кстати, отправляют в столицу, к родным. Там и будет лечить свою отшибленную голову.

Я не удержалась от смешка — Саами как скажет, хоть стой хоть падай.

— Саами, мне Сафран Наимэ тоже предложил перевестись в Польен…

— Проснулась, да? Я так и подумала!

— Не совсем. Она проснулась, но это случилось преждевременно из-за магии Эжен. Так что моя на минимальном уровне и я её не чувствую.

Полукровка растеряно поморгала:

— А так бывает?

— Видимо, да. Я, честно, не знаю что делать.

— Взвесь все за и против.

— Взвесила. За перевод в Польен говорит только тот факт, что мама будет находиться там же. Её направляют на лечение. Я смогу её навещать, ведь больше некому. А все остальное меня мало интересует.

— Ну, мама это ведь тоже немало? Я бы ради мамы поехала. Да и вообще… Рони, что ты теряешь, если попробуешь свои силы в магии? Ничего. А не получится, так не получится. Тем более в Польен просто так не попадешь. А уж если тебе это сам Сафран предлагает! Вернуться в Торон ты всегда успеешь.

— Меня пугает реакция моих родных. Сестра может еще и поймет, не сразу, но… А вот отец точно не простит.

Саами посмотрела на меня с сочувствием:

— Решать в любом случае тебе. Но такая возможность выпадает раз в жизни. Если ты сейчас от неё откажешься, потом будешь жалеть.

Из больничного корпуса я вышла в растрепанных чувствах. Разговор с Саами совсем не помог мне с выбором. Может и правда, стоит попробовать? А отец… Он, конечно, разозлится, обидится, но ведь не на всю же жизнь? Не может он на самом деле отказаться от меня? Или может?

Возле общежития меня нагнал Корвейн и мягко увлек на ближайшую скамейку.

— Ты меня искала?

— Да, но сказали, что ты ушел в администрацию.

— Что-то случилось? У тебя вид какой-то потерянный.

Потерянный — это еще слабо сказано. Но откровенничать мне уже не хотелось.

— Нет, просто узнать про Ольгерда хотела. Саами сказала, что ему память отшибло?

— Да, его в столицу отправляют. А что у тебя? Магистр Фэжж отпустил из под надзора?

— Отпустил. Все в порядке.

Но Корвейн продолжал пытливо всматриваться:

— Рони, признавайся. Я же вижу, что ты чем-то подавлена.

— Корвейн, да все в порядке. Просто столько всего… А тут еще Эжен переводят в Польен. И маму на лечение направляют, а я не уверена, что отец даст согласие.

— Ну а с твоей экспериментальной магией что?

Пришлось в который раз объяснять что с моей магией. Внимательно выслушав, Корвейн негромко рассмеялся и прижал меня к себе:

— Так ты из-за этого переживаешь? — он чмокнул меня в нос.

— Это же, наоборот, хорошо, что ты её не чувствуешь, глупышка.

Вот не могу с этим согласиться. Высвободившись из его рук, недовольно поинтересовалась:

— И что же тут хорошего? Столько сил, переживаний и все впустую.

— Рони, я тебе сейчас кое-что скажу. Только ты не обижайся. Вот представь, что человеку пришили крылья и сказали — лети. Как ты думаешь, он сможет летать?

— Нет. Он даже не почувствует крылья…

— Вот. Так и должно быть. Лично меня гораздо больше бы тревожило, если бы ты почувствовала эту магию и смогла ею пользоваться. Это не реально, понимаешь? Гораздо важнее, что ты жива и раз уж нельзя от неё избавиться, живи, как будто ее и нет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Как все просто у тебя получается…

— А зачем усложнять? Тем более, мне гораздо спокойнее будет, если ты больше не будешь вмешиваться ни во что, так или иначе связанное с магией. У тебя просто какое-то фатальное невезение. Я сегодня уезжаю.