Заставь меня полюбить (СИ) - Коробкова Ольга Анатольевна

Боги, за что мне все это?

— Дорогая, как ты? — матушка села рядом и подала чашку чая с успокоительными травами. Обычно я не пила такое, но сейчас мне нужно было успокоиться, так как к горлу стала подступать тошнота, а на глаза наворачиваться слезы. — Поплачь, — посоветовала она, и я не выдержала.

Слезы, душившие меня, вырвались наружу. Мне было так плохо, словами не описать. Мама не пыталась успокоить, а просто молча гладила меня по спине. Я не знала, сколько это продолжалось, но в какой-то момент слезы кончились. И вдруг двери гостиной резко распахнулись.

— Эмили, я только узнал, — на пороге застыл Микаэль. — Как ты? Леди Брон.

— Проходите, — матушка рукой указала на соседнее кресло. — Пойду прикажу подать чаю.

Пока она вставала, я попыталась привести себя в порядок. Хотя думаю, это бесполезно.

— Прости за такой вид, — пробормотала я.

— Ты выглядишь прекрасно, — ответил он, слегка улыбнувшись. — Лучше скажи, что произошло? Я ехал мимо и увидел, что стало с лавкой. Но меня не подпустили ближе.

— Я сама пока не в курсе. Стражи ушли минут двадцать назад. Сказали, что будет проведено расследование, и о результатах мне сообщат. Но я бы хотела поехать на место и увидеть, что же там произошло.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Почему?

— Там только стены, черные от копоти. Даже крыши не осталось.

Как я не потеряла сознание, до сих пор не пойму. Эта новость окончательно добила меня.

— Мне нужно побыть одной, — пробормотала, осторожно вставая и направляясь в комнату.

Там, установив щиты, дала волю эмоциям. Иногда из-за сильных эмоций эмпаты могли поднимать вверх предметы. Это случалось редко. И сейчас был именно такой случай. Все мелкие предметы поднялись в воздух и стали кружиться, постоянно сталкиваясь, создавая хаос. Так же на комнате стояла звуконепроницаемая защита, поэтому я могла орать, сколько влезет. Из горла просто рвались рыдания и крики. Я ничего не могла с этим поделать. Мне было настолько плохо, что я не сдерживалась. И это стало для меня отправной точкой. В какой-то момент эмоции настолько завладели мной, что перед глазами потемнело и я потеряла сознание.

В себя я приходила очень долго. Голова болела так, что глаза не хотели открываться, горло щипало, и безумно хотелось пить.

— Очнулись, милая? — рядом со мной раздался заботливый голос лекаря. — Сейчас я дам воды. Пока не пытайтесь разговаривать.

Через минуту моих губ коснулся край стакана и я с жадностью начала пить.

— Не спешите, — пожурили меня, и буквально тут же я едва не подавилась.

— Кхе-кхе….

— Леди Брон, что же вы не бережете себя? — покачал головой лекарь, глядя на меня.

Мне удалось открыть глаза и оглядеться. Похоже, я находилась в палате.

— Что произошло? — прохрипела я, даже не пытаясь подняться.

Сил совершенно не было.

— У вас полнейшее магическое истощение. Хорошо, что ваша матушка с графом успели прийти на помощь до того, как вы окончательно растворились в своем даре.

Услышав это, я вздрогнула. Эта фраза означала, что я настолько отдалась эмоциям, что перестала контролировать магию. И могла в любой момент или перегореть, или же выйти на такой уровень, что меня посчитали бы угрозой. В таких случаях стражи просто устраняли угрозу.

— Насколько все плохо?

— В ближайший месяц вам запрещено колдовать от слова совсем, — строго произнес он. — Иначе вы просто лишитесь дара. Чудо, что вы вообще так быстро пришли в себя.

— Как долго я тут пробуду?

— Дней пять, не меньше. И даже не думайте сбежать. Матушка разрешила посадить вас на цепь, если понадобится, — пригрозил лекарь. — Сейчас я погружу вас в лечебный сон, так как организму требуется время на восстановление.

Я даже возразить ничего не успела, как он кинул в меня заклинание, и наступила темнота. Следующее пробуждение было более приятным. Головные боли не мучали, и я даже почувствовала собственное тело. Правда встать у меня так и не получилось. Сил попросту не хватило. Похоже, я действительно исчерпала все свои внутренние резервы. Глубоко в душе мне было стыдно за свое поведение. Но та новость настолько выбила из колеи, что я просто не смогла справиться с эмоциями и даром.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Очнулась, — на пороге возникла матушка, держа в руках букет цветов. — Как ты?

— Пока не знаю, — прошептала в ответ, наблюдая за тем, как она ставит цветы в вазу. Рядом заметила еще один букет — алые розы. — Прости меня.

— Дорогая, ты не виновата. Я не знаю, как бы сама вела себя в той ситуации, — отмахнулась она, присаживаясь рядом. — Главное, что ты жива. А с остальным мы разберемся.

— Долго я тут нахожусь? — меня давно мучал этот вопрос, но задать его лекарю я попросту не успела.

— Десятый день. Первые четыре лекари не были уверены, что ты вообще выживешь.

— Но как вы поняли, что со мной что-то случилось?

— Микаэль заподозрил неладное. Ему почудилось, что магический фон изменился. Я не маг, так что тонкостей не знаю. Он буквально вбежал наверх и выбил дверь. Ты лежала посреди комнаты, бледная, и словно не дышала.

— Прости, — в очередной раз произнесла я. — Как сестры?

— Переживают. Замира правда сейчас занята подготовкой и приехать не смогла, у неё очередная примерка, — словно бы оправдывалась матушка. — А Джули не решилась.

— Почему?

— Она буквально день назад узнала, что беременна.

— Какое счастье.

Я действительно была рада за сестру.

— Замира в курсе?

— Нет. Мы решили ей пока не говорить, чтобы не тревожить. Ты же знаешь, как остро она на все реагирует.

Вот тут я была с матушкой полностью согласна. Замира сейчас настолько помешана на том, чтобы стать первой, что может произойти все, что угодно. Конечно, делать гадости намеренно не станет, но в силу своей мстительности может совершить ошибку. И кто-то обязательно пострадает. Лучше уж пусть готовится к свадьбе и не думает об остальном. Я вообще думаю, что весть о беременности сестры нужно сообщать как можно позже.

— Стражи не приходили?

— С ними общался Микаэль, поэтому подробностей я не знаю, — она развела руками. — Он обещал навестить тебя в ближайшее время. Но прошу тебя, отдыхай. Ты так меня перепугала, что еще одного такого представления я просто не выдержу.

— Хорошо. Я постараюсь не разочаровать тебя.

— Эмили, дорогая…. — вздохнула матушка и погладила меня по руке. — Ты меня никогда не разочаруешь.

Мне удалось улыбнуться, хотя на душе было тяжело. Мама словно поняла меня и откланялась, сославшись на дела. Я вновь осталась одна. Наедине со своими мыслями. Вот только после истерики эмоций не осталось. В голове было пусто и холодно. Да, я осознавала, что моя мечта сгорела. И новую лавку я уже вряд ли смогу себе позволить. Но плакать не хотелось. Невольно вспомнилась Софи. Нужно ей обязательно сообщить обо всем. Или она уже в курсе? Новости распространяются быстро, поэтому я не удивлюсь ничему. Я даже не знала, как теперь быть с Анитой. Видимо, девушке снова придется искать работу, у меня ей теперь делать нечего.

— Привет, — отвлек меня от грустных мыслей голос Микаэля. — Я могу войти?

— Конечно, — пробормотала я, осознав, что даже рада его видеть. — Есть какие-то новости?

Граф улыбнулся, сел на кровать и стал рассказывать. Поджигателя пока найти не удалось. Впрочем, как и состава преступления. Непонятно, было ли что-то украдено. И как вообще произошел пожар. То, что он был сделан специально, вопросов не вызывало. Хоть на этом спасибо. Стражи опрашивали соседей, но в то время все спали, поэтому ничего рассказать не могли. Подозрительных личностей так же не замечено. Следствие в тупике. Микаэль взял на себя право и расплатился с Анитой, словно она отработала месяц. Девушка же не виновата в случившимся. Её проверили одной из первых. Он так же написал Софии и получил ответ. Вскрывать конверт не стал и протянул мне. Девушка сочувствовала тому, что произошло, и в то же время сообщала, что во второй раз вложиться в новую лавку не сможет. Поэтому, если я хочу начать все заново, то мне придется действовать самой. Конечно, эти строки меня расстроили. Но и её позицию я прекрасно понимала. Она очень сильно мне помогла, и совершенно не виновата в том, что произошло. Но тем не менее слезы на глазах мне удавалось сдерживать с большим трудом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})