Отбор. Выжить, чтобы победить (СИ) - Katsurini Катерина "Katsurini"

— А какой смысл их оставлять?

— Чтобы найти пару. Здесь много людей бывает. И есть возможность им присмотреться к людям не в масках, а при служанке разве они будут вести себя, не показывая истинную суть?

— А к ним могут приставать? Их ведь не воспринимают людьми. А ты сказал, что даже роботы могут удовлетворять некоторые потребности…

— Действует правило, что приставать к кому бы то ни было можно лишь с обоюдного согласия. Если девушка не возражает. Но обычно этого нет.

— Почему?

— Потому что проще сделать себе сексуальную игрушку-робота любой внешности, чем потом расхлебывать нарушение доверия Владыки.

— Он может наказать?

— Это его дом, его правила. Со своим уставом в чужой монастырь не ходят. И да, он может наказать на свое усмотрение. За насилие над человеком, а девушки, прошедшие хоть одно испытание, уже считаются людьми, применяется оскопление.

— Но можно ведь пытаться, но не довести начатое до конца.

— Попытка изнасилования тоже карается так же.

— Значит, наши отношения невозможны.

— В каком плане?

— Ну, ты ведь сейчас клон. А клоны не испытывают эмоций.

— Да. Ты права. Поэтому никаких отношений на людях.

Я слезла с колен мужа. Вдруг в столовую кто войдет. Он не препятствовал, хотя мне бы хотелось обратного.

— А что с Римой делать?

— Будешь с ней меняться местами периодически. Ей не мешает выспаться.

— Ты ей доверяешь?

— Да. Иначе она бы не прислуживала мне и тебе.

— Но она так и не встретила свою пару.

— Увы. Судя по тому, что я поднял из ее файла, никаких отношений у нее ни с кем не было. Но это не значит, что она ни к кому ничего не испытывает.

— А она про моего клона знает?

— Знает. Ухаживала же за тобой, когда Риана была на отборе.

И то верно.

Далее мы нашли Риму, договорились обо всем, и я поменялась с ней местами. А Рима легла отсыпаться.

И началась тяжелая жизнь прислуги при наглой, не жалеющей никого хозяйке.

Риана вела себя как в книгах, которые я читала про крепостное право, относясь ко мне как к рабыне. Я молча терпела унижения и исполняла приказы так, как мне хотелось, трактуя их в свою пользу.

Видела и принца-робота. О, это был Славик со своими зелеными глазами, но отнюдь не вызывающими во мне никакого отклика, был принцем даже в мелочах, но никаких эмоций не читалось на его лице, в его глазах. Он был галантен, решителен, уверен в себе, но… Это была холодная бездушная машина. И на меня он не смотрел. Да и разве должен был? Приказы отдавал, как служанке.

Я, то есть, Риана, вешалась иногда на него, и он даже был весьма нежен с ней, отвечал на поцелуи, а однажды я стала свидетелем их весьма близких отношений. Просто она запрыгнула на него, прошептав, что хочет его. На это смотреть было неприятно, но я смотрела, а меня они не стеснялись. Хотелось понять, что меня ждет в будущем (интимная сторона вопроса). И когда они слились, я не смогла на это смотреть, просто тихо ушла.

Глава 17. Новая старая участница конкурса

Поначалу опыт быть служанкой я восприняла как приключение. Ну а что, когда еще представится такая возможность узнать не со стороны эту жизнь, а окунуться в нее, чтобы быть хорошей хозяйкой. А ведь я — жена принца. Рано или поздно, но мне придется заниматься дворцовой жизнью, как сказал мой принц. Пока этим занималась королева и ей помогали принцессы.

На то, что мы вернемся в Нижний мир, я не надеялась, да и не хотела. Сразу становиться принцессой даже боязно. А постепенно, шаг за шагом узнавать жизнь дворца изнутри — почему бы и нет?

Одно огорчало: за работой мы почти не виделись с мужем. Если днем пересечемся, так он мне даже улыбки не может послать, сказать доброе слово, и прикоснуться. Да и мне не положено поднимать взгляд, лишь строго выполнять пожелания господ. Хотя, с другой стороны Рима признана человеком, а значит, может испытывать чувства даже к клону. Поэтому ему улыбку дарила и вновь опускала взгляд. Главное, чтобы Рима к этому стражнику-клону симпатией не прониклась, ведь настоящий стражник (не мой муж), вряд ли станет испытывать к ней чувства.

Если б не дежурство напару с Римой, я бы не выдержала такой режим. Риана была жестокой, расчетливой и не щадила никого. Пару раз я ловила ее на встречах с подозрительными личностями, которых не должно было находиться во дворце, так как гостей не ожидали. Женихи разъехались по своим островам.

Хотя визиты могли быть и неожиданными. Я записывала на свои часы этих личностей. При этом сохранить невозмутимый вид было сложнее всего. И ведь, если что, подставляла я именно Риму.

Зато с последней мы сдружились. Общались, помогали друг другу. Я обрела новую подругу. Во всяком случае, мне хотелось так думать. Рима вздыхала, когда видела Риану со Славиком, и возмущалась.

— Как он может спать с ней?

— Он не знает…

— Это его не оправдывает! Значит, не любит. Хотелось бы, чтобы он чувствовал тебя, и ты его. Чтобы вы занимали все мысли друг друга, — говорила мечтательно она, мечтая о большой любви.

Это все здорово, но трезвости суждения при такой любви уже нет. А мой любимый все же не просто человек, у него есть свои обязанности, работа, а еще он — принц. Поэтому ему нельзя любить вот так, забывая про все на свете.

Я лишь вздохнула.

Раздался вызов прислуги, похожий на звон колокольчика. Я взглянула на терминал прислуги, находящийся в ее комнате, где мы сидели между заданиями. Это Аврора вызывала. Я приняла вызов, пока его не перехватили другие слуги, кивнула Риме и пошла вместо нее к подруге.

Помимо нас с Римой были и другие слуги, но из конкурсанток остались трое: я, Аврора и Жанна.

Аврору предупредили о том, что Маша, живущая в моих покоях — это поддельная я, поэтому она должна была делать вид, что дружит со мной. Встречалась же подруга с Яном, но для нее с Жанной готовили смертельное испытание. Жанна сошлась с Максимильяном, но насколько чувственные отношения у них, я не знала. Видела Жанну лишь мельком. Да и она душу

служанке точно открывать не станет.

Но однажды я стала свидетелем сцены возле покоев. Слышался голос Жанны, и я притормозила, решив подслушать.

— С каких пор ты стала такой расчетливой? — презрительно отозвалась Жанна. — Или твоя цель была лишь захомутать принца и все то радушие — лишь игра?

— Не твое дело! Я теперь принцесса, а ты даже не жена! — свысока отозвалась Риана. — А с каких пор ты стала думать не только о себе?

Я не воспринимала ее голос своим. Мне казался он совсем иным.

Надо разнимать их, пока не поздно.

И я сделала вид, что только что пришла, выполняя поручение новоявленной принцессы.

— Госпожа Мария, ваш обед! — я прошла мимо девушек в свои покои.

На меня даже не обратили внимания, но Жанна ушла, не став распыляться. На этом конфликт был исчерпан.

И вот сейчас я шла к Авроре. Помимо приоритетного прислуживания Риане в мои обязанности входило в свободное время отвечать на вызова остальных придворных, если я в своей комнате и свободна. Славик даже дал мне позволение делать это только при желании. Но я решила, что не стоит пренебрегать такой возможностью побольше узнать обо всех, и отвечала на те вызова, на которые хотела отвечать или считала полезными.

Ян был на своем месте и рисковал сильнее других. Про то, что Славик — это не Славик, Аврора не знала. И про то, где я на самом деле, тоже не говорили.

Опять недомолвки…

Я бесшумно вошла к Авроре.

У нее покои походили на разгром.

— Пришла… Рима, прошу, помоги, — подруга была взъерошенная. — Я не могу найти свой блокнот с зарисовками. Уже все перерыла!

Если б не жила с ней бок о бок в Нижнем мире, подумала бы, что на нее напали.

— Вы нервничаете, госпожа, — констатировала я. — Это из-за предстоящего испытания? Вы ведь можете отказаться проходить его…

Аврора замерла посреди комнаты с поднятыми локтями, схватившись за голову.