Тина Фолсом - Очаровательная смертная Самсона

После прекрасной ночи страсти, что у них была, он почувствовал необходимость проверить ее? Что он думал найти?

После того, как Билли закрыли в одном из контейнеров, оставив ему воду и одеяло, Рикки и Томас ушли со склада. Они не были жестокими.

Если Самсон мог вежливо обращаться с мужчиной, который напал на них с Далилой, значит могли и они.

– Ты слышал, что Самсон сказал о ней? – спросил Рикки.

– Ты имеешь ввиду слова о "моей женщине"?

– Именно. Как думаешь, он это серьезно?

Томас пожал плечами.

– Ты мне скажи. Когда дело касается вас, гетеросексуалов, я правда не могу сказать, влюблены ли вы в кого-то, или нет. Слишком уж скрываете свои чувства и прочую чушь.

– Поверь мне, я понимаю не больше твоего. Но я никогда не слышал, чтоб он так говорил. Я надеюсь, он не влюбился. Это может кончиться только чем-то плохим.

Рикки взял шлем, который ему передал Томас, и перекинул ногу через мотоцикл, чтоб занять свое место позади него.

– Лучше бы он оставил мне мою машину, и взял твой мотоцикл, нам бы тогда не пришлось так тесниться.

– Беспокоишься, что тебе нужно держаться за меня? – засмеялся Томас. – С каких это пор ты стал таким гомофобом?

– Я не гомофоб. А лишь беспокоюсь о своей машине. Самсон сегодня готов был меня убить. Надеюсь, он не решит отыграться на моей новенькой тачке.

Томас повернул голову.

– Убить тебя? Что ты ему сделал?

– Я вошел к нему, когда он в ванной трахал Далилу.

– Этого не может быть. И из-за этого он хотел убить тебя?

Томас был удивлен. Среди их вида секс не обязательно считался чем-то личным, если только он не был между женатой парой. Поэтому, Самсон не должен был злиться из-за того, что Рикки увидел, как он трахал Далилу.

– Именно это я и говорю. Он практически сказал мне распрощаться с нашей дружбой и работой, если я ещё когда-нибудь на неё посмотрю.

– Звучит довольно по-собственнически, как по мне.

– Угу.

– Ты думаешь о том же, что и я?

– Угу.

– О Бог ты мой.

Рикки обнял Томаса за талию, и мотоцикл тронулся. Всё ещё немного моросил дождь, но Томас искусно вел своего железного коня по почти пустой дороге.

Он знал город, как свои пять пальцев. У него было острое зрение, и он заранее видел препятствия – это помогало ему с легкостью избегать пробки на дорогах.

Он вел в сторону района Сансет, мимо домов, построенных в сороковых и пятидесятых годах прошлого века, с неопрятными палисадниками и магазинами, что были сделаны из дешевых строительных материалов.

Этот район никто особенно не любил. В основном, он был унылым и архитектурно неинтересным.

По адресу, который им дал Билли, находился угловой дом, который выглядел больше всех остальных и был полностью отремонтирован. Казалось, это самый дорогой дом в районе.

В нескольких окнах горел свет.

Томас припарковал свой мотоцикл за углом.

– Как хочешь все сделать?

– Просто. Мы позвоним в дверной звонок, – ответил Рикки.

Их шаги были практически беззвучны, пока они шли по тротуару. Ноздри Томаса расширились, когда они подошли к дому. Он втянул воздух, и учуял странно знакомый запах. Но крик, доносившийся из дома, отвлек его.

Они с Рикки уставились друг на друга на долю секунды, а затем побежали к входной двери и выбили её.

Вопила женщина, истерически и взахлеб. Звук доносился с заднего двора.

Затем к женскому стенанию примешался плачь ребенка. Крик женщины был душераздирающим.

Когда парни подошли к ней, то сразу всё поняли. Они уже ничего не могли сделать, так как пришли слишком поздно.

У Томаса не было сомнений, что Джона убил вампир. Он всё ещё мог ощущать следы энергии, которую оставил нападавший.

Тело Джона выглядело почти мирно, если бы не крайний ужас, навсегда запечатлевшийся в его глазах. Он видел своего убийцу за секунду до того, как тот напал.

Тело лежало на полу дома. Мужчину укусили за шею. Игнорируя женские крики, Томас наклонился и закрыл глаза Джона.

Не было никакой необходимости, чтобы жена продолжала смотреть на испуганное выражение лица своего покойного мужа.

Они не могли остаться и утешить женщину, но могли стереть её память.

Томас положил свою ладонь ей на лоб. Её крики утихли, и она успокоилась.

Он не только стер воспоминания о себе и Рикки, но и о глазах её мужа. Ей же лучше не знать, каким перепуганным он выглядел за несколько секунд до смерти.

Справиться с горем будет и так непросто.

Далила кидала вещи в свой единственный чемодан, не складывая их.

Кто-то перенес её одежду в комнату Самсона днем, и сейчас она не могла быстро собраться.

Далила не могла быть с мужчиной, который ей не доверял. Чёрт, Самсон даже не пытался её узнать. Вместо этого, он действовал за её спиной. Девушка не могла стерпеть такого предательства.

Она услышала, как за ней открылась и закрылась дверь, и догадалась, что Самсон последовал за ней. Этого стоило ожидать. Далила чувствовала его присутствие, но не хотела обращать на него внимания. Он этого не заслужил.

– Мне очень жаль, Далила, – его голос прозвучал ближе, чем она ожидала. Самсон был всего в шаге от неё. Девушка не хотела, чтоб он находился рядом. Не сейчас.

– Я уйду через пару минут, и не переживай – я ничего у тебя не украла, – произнесла девушка ледяным тоном. Он не узнает, как сильно ее обидел, она не доставит ему такого удовольствия.

Далила не впервые разочаровалась в мужчине, и, скорее всего не в последний. Она не станет из-за него прекращать отношения с парнями.

Далила уже давно привыкла к тому, что встречается с не теми парнями. Может поэтому она вообще перестала ходить на свидания. Возможно, ей стоит приобрести кота или собаку, и с ними ей повезёт больше.

– Я заслужил это, – спокойно сказал Самсон. – Пожалуйста, дай мне шанс всё объяснить.

Наверное, у него давно подготовлена речь на случай, вроде этого. Почему еще он так равнодушен?

Она почувствовала его руки на своих плечах и оттолкнула их.

– Хорошо. Я не стану прикасаться к тебе, – покорно сказал он.

Девушка кипела от гнева. Она ощущала, как злость клубится где-то внутри и подымается от живота к груди. Это чувство было слишком сильным, чтобы сдерживаться.

– Как ты мог? Как ты мог действовать за моей спиной таким образом? – Далила обернулась, чтобы посмотреть ему в глаза. – Ты мог просто спросить меня о том, что хотел узнать.

И почему он всё ещё казался таким привлекательным, таким сексуальным, когда она должна была злиться на него? В джинсах и черной футболке он выглядел так же хорошо, как и без них.