Аманда Хокинг - Ледяной поцелуй (ЛП)

С выпивкой в руке, он легко перелез через спинку дивана и сел, вытянув ноги.

— О, да, принц Кеннет проделал весь этот путь из Сторваттена сюда, чтобы поблагодарить нас за оказанную помощь в решении их проблем, — объяснила Мина, и пока она говорила, ее рука рассеянно прошлась по роскошному ожерелью. — Он хотел выразить свою благодарность и укрепить дружбу между нашими племенами.

— Насколько я понимаю, проблемы еще не решены, — осторожно сказала я. — В Сторваттене большая суматоха без лидера.

— С этим давно разобрались. — Эверт махнул рукой, чуть не пролив напиток, когда сделал это. — Принц — король.

Я бросила взгляд на Кеннета, и волосы у меня на затылке встали дыбом. Когда я покидала Сторваттен, Лизбет почти гарантировала, что будет правителем вместо Микко. Она уверила меня, что сделает все, что в ее власти, чтобы привести все в порядок, чтобы обеспечить безопасность себе и Линнее.

Как именно Кеннет получил титул? Была вероятность того, что Скояре решили придерживаться родословной Биелса и отвергли кандидатуру марксины Лизбет.

Но по тому, как Кеннет едва подавил ухмылку, я не могла не подозревать, что он боролся за титул с Лизбет.

— Действующий монарх, — поправил его Кеннет, что означало, что у него была вся власть, но не официальный титул короля. — И только пока моего брата не реабилитируют.

Я прямо посмотрела на Кеннета:

— А если вашего брата не реабилитируют?

— Это возможно только, если он на самом деле виноват в том, в чем его обвиняют, а если это так, то он не может быть королем. — Кеннет, выпрямившись, сел. — В Сторваттене все еще ужасный беспорядок, ты права, но мы находимся на верном пути к разгадке происходящего и созданию более безопасного города.

— И это, — сказал он, поднимая свой стакан, — все благодаря тебе и Канин. Поэтому, твое здоровье.

Мина поспешила схватить свой стакан с камина и подняла его в тосте:

— Скоол! (Выпьем, норв.)

— Скоол! — закричал Эверт и продолжил пьяно проливать на себя напиток.

Мина с жалостью посмотрела на своего мужа, когда он попытался вытереть алкоголь со своей рубашки.

— О, Эверт, любовь моя. Позволь мне помочь тебе. — Она подбежала, использовав полу своего платья, чтобы высушить его.

— Я даже не знаю, как это случилось. — Покачал он головой в недоумении. — Я не… Я думаю, я пьян.

— Я тоже так думаю, мой король, — сказала Мина с легким смешком и улыбнулась ему. — Почему бы нам не вернуться в постель и не переодеться во что-то сухое?

Он потянулся, поглаживая ее лицо в порыве нежности, на какую, я даже не подозревала, что он способен.

— Ты такая терпеливая и красивая. Что я такого совершил, чтобы заслужить тебя?

— Только правильные вещи, — заверила его она, и поднялась. — Мне жаль, но я надеюсь, вы простите нас обоих.

— Да, конечно, — я слегка поклонилась.

— Я уверен, мы с Брин сможем развлечь друг друга в ваше отсутствие, — сказал Кеннет, поигрывая бровями, обращаясь ко мне.

Глава 38

Идиллия

В тот самый момент, когда король и королева оставили нас одних, Кеннет вскочил с дивана и подбежал ко мне. У меня была едва ли секунда, чтобы отреагировать, его рука уже обвилась вокруг меня, а губы были на моих, но я уперлась рукой ему в грудь и оттолкнула его.

— Что вы делаете? — спросила я, глядя в его удивленные голубые глаза.

— Целую тебя, разве это не очевидно? — сказал он, как человек, который привык брать, что хотел, без всяких возражений.

Я освободилась от его рук и отступила от него:

— Я уже говорила вам. Мы только друзья.

— Ты говоришь, что не хочешь меня целовать? — спросил Кеннет, поднимая брови. Я отвернулась, направляясь к двухместному дивану. — Почему нет? Ты должна хотя бы назвать причину.

Во-первых, я не доверяла ему. Не то, чтобы я когда-нибудь действительно доверяла ему, но сейчас, с его новым назначением правителем Скояре и его странным пьяным празднованием с королем и королевой, я доверяла ему еще меньше.

Существовала также ситуация с Ридли, признавшемся мне в своих чувствах, и то, что я могла испытывать к нему то же самое с вероятностью, что что-то может быть в будущем — пусть и в отдаленном будущем. Я не хотела пачкать это, путаясь с принцем, особенно с принцем, который сейчас выполнял функции короля.

Но самая главная причина в том, что я просто не чувствовала ничего подобного к Кеннету. Я находила его достаточно приятным, и он был мне другом в Сторваттене. Но это не значило, что я хотела целоваться с ним.

Не говоря уже о прочих важных причинах, почему это была плохая идея: меня могли понизить, уволить, или даже выслать, и риск этого был особенно высок в Дольдастаме, потому что у нас охрана действительно работала и могла застать нас в процессе.

— Ну, во-первых, вы — король. — Я повернулась к нему лицом, называя причину, которая с наименьшей вероятностью могла обидеть его. — Вы действительно хотите разрушить все это, связавшись с какой-то девушкой из Канин?

— Технически, ты не настоящая Канин, — исправил меня Кеннет, придвигаясь ближе. — И технически, ты даже королевских кровей, как и оба твоих родителя. Это стоит риска.

Я отступила от него:

— Я вам даже не нравлюсь.

Кеннет ощетинился.

— Не говори мне, что я чувствую. — Он немного смягчился. — Но я хотел бы провести с тобой побольше времени, ты могла бы вернуться в Сторваттен со мной.

— Для чего? — Я в недоумении покачала головой. — Что вы вообще делаете здесь?

— Я приехал, чтобы увидеть тебя. — Кеннет попытался прикоснуться к моей руке, но я отстранилась от него.

— Ерунда. — Я не купилась на это.

— Я был отправлен сюда, чтобы обеспечить мир между нашими племенами, — устало сказал Кеннет. — Без истинного короля сейчас и с такой дерьмовой охраной, это может быть идеальное время, чтобы напасть на нас. Поэтому я, как предполагалось, должен был убедиться, что Канин хорошо к нам относятся и смогут защитить нас, если понадобиться, а также не нападут на нас сами.

Я смотрела на него, еще не уверенная, верить ли ему:

— Кто вас послал?

— Ну, так как я действующий правитель, ты, я полагаю, можешь сказать, что я послал себя сам. — Он слабо улыбнулся. — Но все, включая марксину Лизбет, считали, что это неплохая идея, быть любезными со всеми вами. Я подарил Мине ожерелье, как жест нашего расположения.

— И я также подумал, что было бы приятно провести с тобой больше времени, но, по-видимому, я ошибался насчет этого, — добавил он сухо.

— Сожалею. — Я расслабилась и позволила рукам опуститься, пытаясь не выглядеть такой подозрительной, как была. — Вы просто кажетесь слишком беспечным при всем при этом.