Кейти МакАлистер - Крадущийся вампир, затаившийся клык

Если ты не забрала высосанные души в придачу, это не твоя ошибка.

Ты иногда не думал, что жизнь использует тебя как сортир? Жалко спросила я, слушая только в пол уха, как Сиобхан и Ева чередовались извиняясь.

Не часто, нет.

Счастливчик. По чести говоря, Кристофф! Похоже, мы сделали недостаточно, пытаясь найти Алека, теперь я должна забрать душу у злобного высасывающего души жнеца? Как же я, как предполагается, сделаю это? Едва ли не вопила я в его голове.

Ты сделаешь это так же, как делала все остальное — один шаг за раз, ответил он с приводящим в ярость спокойствием.

К тому времени, когда Сиобхан и Ева высадили нас у гостиницы, я паниковала немного меньше и начала разбирать совет, который они предложили.

— Лучшее, что я могу сделать, дать вам этот телефонный номер, — сказала Ева, когда мы расстались в вестибюле гостиницы. Она втиснула маленький кусочек бумаги в мои руки. — Мне жаль, что я не подумала спросить у Иларги его имя, но все сделки идут через Лигу Акашика. Они посылают мне список людей, которых я должна поднять, и любые относящиеся к делу детали. У них очень высокая конфиденциальность. Единственная причина, по которой я получила телефонный номер Иларги это потому, что там было некоторое сомнение в местоположении вашего друга. Если это поможет, это американский номер.

— Спасибо вам обеим за всю помощь, — сказала я, щуря глаза на телефонный номер. — Удачи с вашей диссертацией.

Они обе помахали, когда я направилась в бар.

— Мне нужно выпить, прежде чем позвонить этой ослиной шляпе и трахнуть его в зад за недавние действия, что он предпринял против бедного Ульфура и всех других.

Кристофф схватил меня за руку, останавливая.

— Тебе нужно отдохнуть. Ты изнурена.

— Сначала выпить, потом трахнуть в зад, потом постель. — Я секунду наблюдала за ним, осознавая растущий в нем голод. — Или скорее, выпить, потом твоя кормежка, с последующим траханием в зад Иларги, и после этого, постель, так чтобы я смогла приставать к тебе, как никогда не приставала прежде.

— Ты нуждаешься в отдыхе, прежде всего прочего. Я могу ощутить, насколько ты устала…

— Вот вы где! Мы вечность ждали вас! Где вы были? — Магда поторопилась выйти из бара, когда я пыталась отодрать пальцы Кристоффа от своей руки. — Снова привет Кристофф. Итак, что происходит? Вы нашли Ульфура? Где твой щенячий мальчик? О! Мы видели вашего брата в аэропорту в Риме, Кристофф, но мы дали ему ускользнуть, не так ли, милый? Милый? Куда теперь ушел Рей?

Магда повернулась на полный круг, прежде чем обнаружила своего бой-френда в приемной, где он распаковывал несколько картонных коробок с пленками и размещал их в своем футляре для камеры.

— Я так рада видеть тебя, — сказала я Магде, награждая ее легким объятием. — Хорошая работа, вырыть яму Андреасу. И да на оба вопроса, хотя часть касающаяся Ульфура вроде как долгая и …ладно…

Комок внезапно забил мое горло, так как слезы грозили появиться при мысли о том, что я подвела Ульфура.

— Мне жаль, — извинилась я, стараясь овладеть собой. — Обычно я не плачу.

Она следила за мной с критически поднятой бровью.

— Ты выглядишь ужасно, Пия. Я имею в виду, это в самом хорошем смысле, конечно, но ты действительно выглядишь, как будто была пропущена через отжималку. Может быть тебе нужен небольшой перерыв.

— Это именно то, что она намерена получить, — сказал Кристофф, обертывая свои руки вокруг меня и подталкивая к лифту.

— О? О! — Усмехнулась Магда. — Ясно. Тогда увидимся завтра?

— Вы увидитесь сегодня вечером, если пойдете с нами, — Сказал Кристофф прямо перед тем, как дверь лифта закрылась. — «Голубая Лагуна». Мы выходим через полчаса.

Глава 11

Я подождала только до тех пор, пока не сменила обувь на сухую, прежде чем набрала телефонный номер, данный мне Евой.

Кристофф был на связи по сотовому, с одним из его пособников, который очевидно не верил в его виновность в преступлениях, так напрасно брошенных к его ногам, давая краткое изложение событий нескольких прошедших дней.

Я в раздражении постукивала пальцами по столу, на котором покоился телефон, мысленно пробегая по вещам, которые я хотела высказать ублюдку, который вырвал душу Ульфура из него, но щелчок и голос со слегка механической ноткой, что заговорил в моем ухе, слышался скорее как голосовая почта, чем живой человек. Я слушала с растущим недоверием до тех пор, пока запись не закончилась, потом медленно повесила трубку.

Кристофф прервался в середине разговора со своим другом о том, как мы были обязаны найти Алека и, прикрыв нижнюю половину сотового, спросил: — Что это?

— Этот телефонный номер. Он принадлежит Алеку.

Он нахмурился.

— Ты уверена?

Я кивнула, махнув на телефон.

— Голосовая почта его. Его голос и прочее. Кристофф, что, черт возьми, происходит? Алек же не Иларги? Это он?

Я соскользнула вниз по стене в кресло стоящее рядом с телефонным столиком, мой ум кружился от недоверия.

Кристофф ничего мне не сказал, переключившись на итальянский, продолжил говорить со своим приятелем. К тому времени, когда он закончил и подошел присев на корточки у моих ног, положив руки на мои колени, я была в сумбуре.

Почему ты плачешь?

Потому что ничего не имеет смысла. Потому что я была так обманута Алеком. Потому что это не то чем кажется. Ты не ужасный, злобный монстр, которым я думала, ты был, а Алек не хороший, любящий мужчина, каким выглядел. Ульфур не был счастлив, когда мы подняли его, как лича — он был испуган. Честно, Бу, в этом деле, мне стоит ожидать, что Магда окажется новым Зенитом и Рей ее наемным убийцей!

Кристофф улыбнулся в моей голове, когда нежно притянул меня из кресла в свои руки, укачивая у своей груди, в то время пока я хлюпала носом от слез жалости к себе.

— Я не верю, что твои друзья совсем ни те, кем кажутся.

— Ага, но ты не знаешь, не так ли? Посмотри на Алека, Кристофф! Даже ты был одурачен! Если он мог быть твоим другом на протяжении стольких столетий, если я не смогла ощутить ничего указывающего на плохое в нем, когда спала с ним — вроде того — и если весь ваш Моравский клан не знал, что он был на стороне Иларги, тогда с чего вдруг мы ожидаем знать что-то о ком-то? — Заорала я.

— Ты должна верить этому, — сказал он, скользнув рукой в мой лифчик, она согрела мою грудь.

— Моим сиськам ты, может быть, сильно нравишься, но они не очень проницательны насчет людей, — сказала я, сопя.

— Я имел в виду, ты должна доверять своему сердцу, которое ты хорошо знаешь. Быть Темным или его Возлюбленной не означает, что мы вдруг овладеем всеми познаниями, которые есть, Пия. Мы не можем увидеть будущее сколько-нибудь больше, чем знаем правду, что есть в других сердцах. Алек служил мне как друг более трехсот лет и, хотя его поступки смущают меня, я не убежден, что он стал предателем.