Карин Эссекс - Влюбленный Дракула

— Ну, что? — нетерпеливо спросила она. — Ты говорила с ним?

Несмотря на охватившую Люси телесную вялость, взгляд ее был пронзительным, как у хищницы, высматривающей добычу.

— Люси, дорогая, я чувствую себя ужасно жестокой, и все же я должна сообщить тебе неприятную новость, — пробормотала я и коснулась ее руки, которую Люси резко отдернула.

Мне оставалось лишь открыть ей горькую правду: поговорить с Моррисом Квинсом я не смогла, так как он уехал в Америку. Против всех моих ожиданий, Люси, выслушав меня, не разразилась потоком слез и горестных возгласов. Не произнеся ни слова, она вскочила с постели, сбросила халат и натянула платье, которое я оставила на спинке стула.

— Я тебе не верю, — бросила она, встретив мой недоуменный взгляд.

— Что ты задумала? — в растерянности спросила я. — И прошу тебя, не шуми. Твоя мать еще спит, и ты ее разбудишь.

— Я пойду к нему сама, — отрезала Люси. — Мина, раньше ты была моей подругой, а теперь стала сообщницей моей матери. Я слишком поздно поняла, что вы с ней в сговоре, и совершила роковую ошибку, доверившись тебе.

Она сунула ноги в ботинки и, не потрудившись зашнуровать их, бросилась к входной двери. Однако тут ее ожидала еще одна неприятная неожиданность. На пороге стояли доктор Сивард и Артур Холмвуд, причем последний как раз поднял руку, чтобы позвонить.

— Вот и она! — воскликнул он, привлекая к себе Люси и целуя ее в лоб.

Друзья вошли в гостиную. Я заметила, что Сивард держит в руках свой докторский саквояж.

— Мисс Люси, вам не следовало вставать с постели, — заявил он. — Наверняка ваши силы еще не успели восстановиться.

Привлеченная мужскими голосами, в гостиную торопливо вошла миссис Вестенра.

— Как мило с вашей стороны, что вы поспешили нам на помощь! — провозгласила она.

Гости сняли шляпы. Все смущенно переглядывались, не зная, что сказать. Миссис Вестенра вышла из неловкого положения, позвав Хильду и приказав ей подать чай.

Выдержка, которую проявила Люси, только что получившая сокрушительный удар, поразила меня. На лице ее играла приветливая улыбка. Я догадывалась, что улыбка эта стоит ей невероятных усилий, однако мужчины приняли ее оживление за чистую монету. Как и положено радушной хозяйке, она предложила гостям садиться и мило прощебетала:

— Надеюсь, мистер Холмвуд, вы прервали свою поездку в Скарборо не из-за меня, потому что я чувствую себя превосходно.

— Судя по вашему цветущему виду, мисс Люси, — это чистая правда, — любезно откликнулся он. — Но, полагаю, мы поступим разумно, если предоставим судить о состоянии вашего здоровья нашему доброму доктору.

— Разумеется, — согласилась Люси и обвела комнату глазами, словно рассчитывая увидеть еще одного гостя. — Но почему вас только двое, тогда как обычно вы всюду бываете втроем? Где ваш друг мистер Квинс?

Голос ее звучал так спокойно и невинно, что я с трудом верила своим ушам. На лицо миссис Вестенра набежала тень.

— Понятию не имею, где сейчас этот негодник, — покачал головой Холмвуд. — Мы с ним договаривались встретиться в Скарборо, однако он и не подумал туда приехать.

В голосе его слышалась та теплота, с которой мужчины обычно говорят о своих закадычных друзьях.

— Скажи, Джон, тебе известно что-нибудь о Квинсе? — повернулся он к доктору.

Сивард в ответ пожал плечами.

— Хотя Моррис нам и друг, надо признать, что человек он до крайности необязательный, — заметил он. — Впрочем, таковы все американцы.

— Да, американцы — чрезвычайно занятный народ, — медленно, словно взвешивая каждое слово, изрек Холмвуд. — Но им не хватает нашей английской старомодной порядочности. В отличие от нас, они вовсе не считают, что джентльмену следует свято держать данное слово. Стоит Моррису увлечься каким-нибудь новым приключением, он забывает обо всех своих прежних обязательствах. Уверен, сейчас он расставляет сети для какой-нибудь прелестной молодой леди, — с усмешкой заключил Холмвуд и подмигнул Сиварду.

— Мисс Люси, ваша бледность меня несколько тревожит, — заметил Сивард, переведя взгляд на Люси. — Думаю, мне следует проверить ваш пульс.

Но Люси уже исчерпала отпущенный ей запас самообладания.

— Я не больна! — резко заявила она, и голос ее едва не сорвался на визг. — Говорят вам, я совершенно здорова!

Люси вскочила, взмахнула руками, точно пойманная птица крыльями, и провела ладонями вдоль своего тела, как будто хотела привлечь внимание к его цветущему состоянию.

— Я даже слишком здорова! — бросила она. — А теперь прошу меня извинить.

С этими словами она опустила голову и стремглав бросилась прочь из комнаты.

— Прошу вас, господа, извините мою дочь, — пролепетала миссис Вестенра. — После этого кошмарного случая она сама не своя.

— Для женщины, подвергшейся нападению насильника, такое поведение более чем естественно, — заявил доктор Сивард. — Вам нет ни малейшей необходимости извиняться.

Мистер Холмвуд хранил молчание, и по его непроницаемому лицу трудно было понять, как он воспринял выходку Люси.

— Пожалуй, я пойду посмотрю, как там она, — сказала я и встала, направляясь в спальню. Холмвуд остановил меня. Теперь, когда он был совсем рядом, я заметила, что меж бровей у него залегла тревожная складка.

— Мисс Мина, не будете ли вы так любезны передать мисс Люси несколько слов? — спросил он.

Миссис Вестенра поспешно подошла к нему и коснулась рукой его рукава.

— Артур, умоляю вас, не придавайте значения этому неприятному эпизоду, — затараторила она. — Люси сейчас очень расстроена, но вскоре она совершенно поправится и станет прежней, такой, какой вы ее полюбили.

Холмвуд с недоумением взглянул на пожилую леди.

— Мадам, вы неверно меня поняли, — произнес он. — Я никогда не оставлю Люси, и уж тем более в трудный час.

Голос его дрогнул, словно само предположение представлялось ему оскорбительным. Он вновь повернулся ко мне.

— Мисс Мина, прошу вас, передайте Люси, что я буду любить ее всегда, и никакие несчастные обстоятельства не заставят меня любить ее меньше. На самом деле я… я…

Он осекся от волнения и уставился на Сиварда, словно в поисках поддержки.

— На самом деле я приехал сюда, намереваясь определить точный день нашей свадьбы. Скажите ей, у меня есть одно лишь желание — соединиться с ней и заботиться о ней так, как мужу подобает заботиться о жене. Если бы это зависело от меня, я устроил бы свадьбу немедленно.

— Ах, какое сердце, какое золотое сердце! — пропела миссис Вестенра и уставилась на Артура с таким восторгом, словно сама собиралась за него замуж.