Проклятие Бессмертных: Король в Белом (книга 4) - Валентина Зайцева

к себе. Самир носил в себе два полюса: раздутое эго и жажду самоуничтожения.

Он был воплощением зла: убийца, палач, садист, безумец. Он клялся, что будет становиться всё страшнее, и я не сомневалась: за тысячи лет нашей совместной жизни он найдёт причину для новых, ещё более чудовищных злодеяний.

Но я также разглядела в его глубине человека, способного на сострадание — пусть и в очень своеобразной форме.

Я любила его, и я это знала. Всякий раз, когда я задумывалась об этом, я не могла себя обмануть — в моих чувствах не было ни капли сомнения. Но то, что он предлагал, заставляло меня признать: иногда любовь не стоит той цены, которую за неё требуют.

Вероятно, так поступил бы умный человек. Я никогда не претендовала на звание умной.

— Самир, — начала я тихо.

Я не хотела говорить слишком громко — у него же сотрясение, и он явно в бреду. И я была уверена: если бы ему не проломили голову, он ни за что не стал бы говорить на эти темы. Он бы даже не попросил меня задуматься о том, чтобы его оставить.

— У меня есть вопрос. И мне нужно, чтобы ты пообещал мне, что говоришь правду.

— М-хм.

Это был единственный ответ, который я от него получила.

— Когда я была смертной… ты знал? Ты знал, что я стану сновидицей? Ты имел хоть малейшее представление о том, что со мной произойдёт?

— Нет.

Самир наконец открыл глаза, чтобы посмотреть на меня. Он поднял свою металлическую руку и прижал её ладонь к моей щеке. Я больше не вздрагивала, когда лезвия касались меня.

— Я думал, что ты просто очаровательно наивная девушка с абсолютно отвратительной удачей.

Я бесшумно фыркнула.

— Тогда зачем ты удерживал меня здесь?

— Непокорность в тех прекрасных голубых глазах. То, что, несмотря на весь страх и ужас, тебя нельзя было сломать. Ты не поддалась бы отчаянию перед лицом смерти и страданий. Даже когда Владычицы и Владыки этого жалкого мира не могли сказать того же. Они — полубоги. Ты была человеком. И ты позорила их своим мужеством. Ты стояла нос к носу с Каелом и не отступала. Ты стойко выдерживала всё, что я ни делал. Я, демон во тьме, бессмертный и могущественный, способный уничтожить тебя…, и ты выбрала принимать всё это как есть. Ты, смертная девушка. Ты стоила того, чтобы быть спасённой. Даже если бы это было всем, чем ты когда-либо оказалась.

Я прижала его руку к своей щеке и наклонила голову, чтобы поцеловать его металлическую ладонь. У меня был ответ.

— Я не собираюсь покидать тебя, Самир. Я люблю тебя. И если это делает меня плохим человеком, что ж, пусть так.

Он слабо улыбался мне. Его глаза были полузакрыты, а брови по-прежнему сведены от боли.

— Нина, я…

Его глаза закатились, и рука обмякла в моей хватке. Мужчина отключился.

Я подавила желание волноваться. Даже если он перестанет дышать, он просто вернётся через несколько часов. Я тихонько рассмеялась и наклонилась, чтобы поцеловать уголок его рта.

Я встала, стараясь не слишком тревожить кровать. Поставила стакан с водой на столик для него и телепортировалась из комнаты обратно в его библиотеку.

Комната была слабо освещена. Электрические лампы с открытыми нитями накаливания горели приглушённо. Библиотека по-прежнему казалась мне невероятно прекрасной в своём извращённом смешении барокко и модерна. Эта комната была Самиром. Почти так же, как и сам мужчина.

Горыныч появился и обвился вокруг меня, прежде чем вырасти до нескольких метров в длину и приземлиться на стол.

— Ты могла бы спросить его о всякой всячине, и, бьюсь об заклад, он сказал бы тебе правду. Надо почаще стрясать ему мозги!

Я покачала головой со смехом и подошла к камину. Протянула руку и, щёлкнув пальцами, пожелала дровам загореться. К моему удивлению, так и произошло. Я раньше никогда этого не пробовала. Я хихикнула. Ладно, это было забавно.

Тепло от огня уютно согревало. Я подошла к креслу Самира и устроилась в нём. Закинула ноги на деревянный подлокотник, прислонилась головой к спинке. Кресло пахло им и старыми книгами — этот запах успокаивал меня не меньше, чем огонь.

— Никакого едкого ответа? Вау.

Горыныч пронёсся через комнату, уменьшившись до размеров крупной кошки, и свернулся клубком у меня на коленях. Я погладила его по голове и закрыла глаза, размышляя.

— Ты в порядке?

— Да, думаю, да. Просто я, похоже, ожидала, что он знал, что произойдёт. Это бы сделало всё таким логичным. Всё то время, пока Каел не убил меня, Самир действительно не имел ни малейшего понятия о том, кем я стану. Он просто…

— Заботился о тебе, даже когда ты была хрупким маленьким человеком. Ты помнишь тот день, когда он взял тебя с собой в город? Я думаю, это был самый счастливый день для него за долгое-долгое время. Он любит тебя. Любил тогда, любит и сейчас. И ты чувствуешь то же самое. Так что просто позволь себе быть счастливой. К чёрту мораль. Мораль бесполезна в Нижнемирье. Вы оба заслуживаете хорошего поворота судьбы.

Я улыбнулась змею и почесала пучки перьев на затылке. Он замурлыкал и вжался в мою руку, подставляя живот для ласк.

— Горыныч? Если отбросить всю шелуху? Я рада, что ты здесь. Спасибо.

— О-о-о. И я рад, Пирожочек.

Наблюдая за огнём, мои мысли поплыли. Они перенеслись к бывшим регентам и старейшинам. Нескольких из которых я уже начала считать друзьями. Это место и вправду стало теперь моим домом. Даже если бы портал обратно на Землю открылся передо мной прямо здесь и сейчас, я бы не смогла шагнуть в него.

Со всем, что произошло, и со всеми, кого я встретила, я не могла вернуться к своей старой жизни. Даже если бы это было возможно. Вскрывать трупы жертв убийств и передозировок, жить своей скучной жизнью. Боль и мучения этого мира того стоили.

Они стоили этого по нескольким причинам. Из-за глупого призрачного змея у меня на коленях. Из-за Агны. Из-за Сайласа. Но в основном… из-за Самира.

Нижнемирье было теперь моим домом. И моя жизнь была с ним.

Так или иначе.

Я сидела в кресле, поглаживая Горыныча, и думала о том, как много изменилось за это время. Когда я только попала сюда, я была перепуганной смертной девушкой. Не понимала, что происходит. Не знала, выживу