Исагон-2. Настя против Князя Зла - Тальяна Орлова

изредка даже долетали до нас, но с ними справлялся защитный купол.

И вот, наконец, мы все же смогли разглядеть две фигуры, плетущиеся в нашу сторону, одна из них тяжело опиралась на серебристый меч, как на костыль. Я не выражала опасения вслух, но вероятность гибели одного из них до этой секунды казалась вполне реальной. Еще бы! Пусть Оуден и самый отсталый из князей, но все же он не безобидный ребенок. На стороне наших сыграл тот факт, что мы все-таки смогли выманить врага на границу его территории, ведь в сердце обители защита обустроена куда надежнее – вряд ли хуже, чем на горе Тахарион. Но теперь дело было улажено – и пусть даже Юта прихрамывает, и пусть обнаженный Эллес с ног до головы в крови: если способен передвигаться, то остается лишь добраться до лекарей.

Я радостно пискнула и поинтересовалась на всякий случай, когда они уже были шагах в десяти от меня:

– Все? А его нечисть тоже мертва?

Да, монстры князю зла не соперники, но само их количество может доставить хлопот. Вначале я подумала, что Юмин допустил стратегическую ошибку, когда пришел сюда без своей армии, однако теперь хорошо понимала, что тогда всю тактику надо было бы пересматривать: перемещение через Гонту таких сил не осталось бы незамеченным, в том числе и для Оудена. И тогда он встречал бы своих потенциальных убийц во всеоружии. Раз ставка сыграла – значит, она была верна и критике больше не подлежит.

Юта ответил довольно бодро:

– Частично разбежалась. Я немного отдохну и пойду сортировать – кого себе заберу, кого прикончу. Пожиратели на сегодня выдохлись, но тушу Оудена все-таки поглотили. Вот только…

– Что только? – поторопила я.

К сожалению, ответить он не успел, поскольку декан Эллес рухнул сначала на четвереньки, а потом и вовсе распластался по земле. Мы уже сняли купол, поэтому мгновенно бросились ему на помощь. Дракон почти сразу вернулся в сознание, но был очень слаб. Зато смог прохрипеть распоряжения:

– Сергей, запоминай… знак – мы его еще не учили… я не могу поднять руку – посмотри, я пытаюсь показать пальцами… Это магия воздуха, у тебя получится… Направляй мне на грудь.

Парень сразу начал исполнять, хотя и вышло у него не с первой попытки. Я сбегала к месту, где мы оставили вещи, принесла походное одеяло, чтобы укрыть декана, и желала помочь чем-то еще:

– Милорд, может, я пока приподниму вас в воздух, чтобы Сереже было удобнее?

Ответил мне Юта, причем довольно резко:

– Нет. Ты обустраивай вокруг защиту, а я пойду и проверю. Нечисть Оудена все еще может напасть – даже четвертый ранг, если они были преданны хозяину. А Пожиратели слишком нажрались, чтобы сейчас с них был толк.

– Поняла, – я сосредоточенно кивнула. – Иди и о нас не беспокойся!

Самый привлекательный мужчина во всех мирах устало улыбнулся, будто бы точно знал, что от его улыбки сносит с ног надежнее, чем от Весенней Смерти, и ответил:

– Если бы я умел не беспокоиться о тебе, то стал бы непобедимым.

– Да ты и так… – прохрипел декан Эллес, которому от действий Сергея становилось все лучше. – Напомни никогда с тобой не сражаться в лобовой атаке. Ты же форменный псих!

Юта прижал ладонь к груди и изобразил шутовской поклон:

– Приму как новый титул от благородного драконьего дома.

Хоть Сережа и был сосредоточен на своей задаче, но вопля не сдержал:

– Конечно, он псих! Это же Юмин Тахарион!

– Не отвлекайся, – попросил декан. – И просто послушай. Только что Юмин Тахарион оказал бесценную услугу всей Гонте и спас тысячи жизней, а заодно отомстил за всех погибших. Притом еще долго никто даже не узнает, что в этой стороне теперь безопасно, то есть ему и слава не была нужна. Я же тем более распространяться не стану о нашей глобальной секретной авантюре. Если он зло, то это еще не означает, что от него не может быть добра. Все князья когда-то были обычными людьми – допускаю, что вполне хорошими. Просто при открытии черного резерва они об этом позабыли. Мой союз с Тахарионом стал возможен только потому, что он когда-то родился вовсе не для хаоса. Может, он просто мудрец под ликом подлеца. А может, произошло что-то, о чем я не знаю, и оно заставило его вспомнить.

На этих словах Юта едва заметно вздрогнул и медленно перевел взгляд на меня. Я тоже застыла. Мы оба понимали, что именно произошло: он нашел свою Аделиз, которая стала символической границей между обычным запуганным мальчиком с драконьей кровью и монстром пятого ранга, не ведающим сострадания. Сама эта встреча напомнила ему о давно забытом, вытащила с самого дна какие-то мысли, заставила поступать непривычным для себя образом. Декан Эллес прав: раньше этого союза просто не могло случиться, да хотя бы потому, что Тахариону вовсе не пришла бы в голову идея прийти в академию – и для своих целей, и потому что там я.

Юмин тряхнул головой, будто скидывая утомление, безразлично отмахнулся и уверенно зашагал в сторону обугленных стволов.

Я ответственно отнеслась к своей работе. Эллес в таком состоянии, что даже мелкий тараканид способен его добить, да и Сергея дергать нельзя. Обустроила печати, заняла удобное место для обзора. Не обращала внимания на любопытные вопросы:

– Настя, так Юмин Тахарион в тебя влюбился? – от Сережи.

На глазах оживающий Эллес подхватил волну любопытства:

– Настя, но он ведет себя не как влюбленный, а как заботливый папаша, который больше всего на свете боится потерять свое чадо, но при этом пытается вырастить из него самостоятельного человека. Что происходит? Ты ему жизнь, что ли, спасла?

Я просто делала вид, что не слышу. Да и что отвечать, если он сам все ответы и нащупал?

Ни единого чудовища на горизонте не обозначилось. Однако в какой-то момент купол задребезжал, будто бы началась атака. Я выпученными глазами пыталась разглядеть угрозу, но ее не было! Опять тот же призрак, влияющий на мысли? Тем не менее мое сознание было ясным. И вдруг я разглядела – сразу за пределами защитной зоны нечто похожее на прозрачную кляксу. Оно меняло очертания и по мере уменьшения размера становилось чуть более заметным.

– Вы это видите?! – закричала я.

Сергей вскочил на ноги и сильно побледнел.

– Но… но мы такую нечисть не изучали…

Эллес с трудом приподнялся и из последних сил заголосил:

– Это он! Оуден! Юмин думал, что уведет его за собой и поэтому поспешил отойти подальше, но