Тоскуя по ней - Тиффани Робертс

чтобы зафиксировать на месте. Вытащив пальцы, он провел ими по ее щели к клитору и обвел его, движения были нежными и неторопливыми.

— И ты думала о моем члене, Уиллоу? Ты фантазировала о том, как я трахаю тебя?

Наслаждение свернулось кольцом в ее центре, посылая спиралевидное эхо по всему телу, что заставило ее сжать его руку и вцепиться в подушку под собой.

— Да, — прошептала она, — думала.

Беспокойство наполнило ее, настоятельная потребность в большем. Непроизвольно бедра двигались в такт его движениям. Как бы сильно она ни хотела, чтобы он надавил сильнее, довел ее до восхитительного пика, ей нравилась эта медленная, дразнящая ласка. Ощущение, пульсирующее в ней, усиливалось с каждым движением пальцев вокруг клитора, обещая наступление экстаза. Жар распространился по ней.

Тихо дыша, Уиллоу протянула руку, обхватила его голову сбоку, проведя пальцами по заостренному уху и основанию рога, и повернула к нему лицо. Ярко светящиеся глаза Киана встретились с ее пристальным взглядом.

— Черт возьми, ты такая красивая, Уиллоу, — он скользнул пальцами вниз и вонзил их в нее.

Ее киска сжалась вокруг них, и она застонала.

— Видишь, как ты сжимаешься вокруг меня? — он двигал ими внутрь и наружу, снова и снова. — Какая ты горячая и влажная? Ты была создана для удовольствия, Уиллоу, — он опустил лицо. — Ты была создана для меня.

Киан прижался губами к губам Уиллоу. Поцелуй начался медленно, не соответствуя быстрому темпу пальцев, но вскоре он втянул ее нижнюю губу в рот и прикусил клыком. Она задрожала в его объятиях. Он усмехнулся, и его язык смягчил жжение, прежде чем заставить ее губы раскрыться, и скользнуть внутрь, захватывая контроль. Он кружился и поглаживал в такт движениям руки.

Ощущения накладывались друг на друга, создавая волну тепла и давления внутри Уиллоу.

Он переместился, просунув руку под нее, его ладонь скользнула под воротник ее рубашки, чтобы обхватить грудь. Уиллоу выгнулась от прикосновения. Он мял ее нежную плоть, щипал и покручивал сосок, каждое движение отдавалось в клитор.



Уиллоу ахнула Киану в рот и схватилась за рог, притягивая ближе. Она жаждала большего. Ее язык погладил его, проследил путь вдоль клыков и подразнил пирсинг на нижней губе. Его рот был великолепен, на вкус совершенно другой. А поцелуи? Она могла бы раствориться в них навсегда.

Когда он вытащил пальцы из ее киски, за ними последовал поток влаги. Затем кончики его пальцев снова оказались на ее клиторе, и на этот раз были безжалостны. Он терзал набухший бутон жестко и быстро, обрушиваясь на нее потоком ошеломляющих ощущений.

Она с криком оторвалась от его губ и откинула голову назад, но ее глаза оставались прикованными к его.

— Киан…

Он пылко смотрел на нее сверху вниз. В горящих глазах не было веселья, только необузданная похоть и дикое собственничество.

— Накорми меня, Уиллоу, — прорычал он. — Отдай все это мне. Позволь мне услышать тебя. Позволь мне увидеть тебя. Позволь мне почувствовать тебя.

Она никогда не верила в то, как женщины в любовных романах достигают оргазма по команде, думала, что это чистая фантазия, но Киан доказал ее неправоту. Его глубокий, чувственный голос в сочетании с прикосновениями, ароматом и всепоглощающим взглядом завладели ею. Мысли разбились вдребезги, и крик сладкой эйфории вырвался из горла. Тело Уиллоу напряглось, и глаза резко закрылись, когда раскаленное добела наслаждение пронзило ее.

Она сдалась пламени, жару, обжигающему экстазу. Она сдалась тому факту, что прикосновения Киана были единственным связующим звеном с реальностью.

Звук ее резкого, неровного дыхания заполнил комнату, и она прильнула к нему, извиваясь, когда волна за волной наслаждение захлестывало ее. Это было совсем не похоже на то, что она чувствовала в душе, ничего похожего на то, что она когда-либо чувствовала со своей собственной рукой.

Это был он. Это был весь Киан. Из-за его природного таланта или магии, Уиллоу было все равно. Она просто хотела большего.

И он дал это, безжалостно поглаживая ее клитор.

Она прикусила губу, сдерживая искажённый крик. Голова Киана наклонилась, и он завладел ее ртом в новом поцелуе, вбирая в себя ее дикие вздохи, пока губы терзали ее.

— О Боже! Киан, пожалуйста, — взмолилась она. — Прекрати. Не надо больше.

— Дай мне еще один, Уиллоу, — прорычал он ей в рот.

— Я не могу…

— Ты можешь, — он ущипнул ее за клитор.

Уиллоу снова кончила со сдавленным криком. Ее спина выгнулась, когда лоно сжалось в спазмах, выплескивая соки. Киан скользнул рукой вниз и с силой вонзил в нее пальцы, снова и снова, и ее киска сжалась вокруг них, страстно желая втянуть глубже. Он прижался своим ртом к ее и крепко притянул к себе. Уиллоу была беспомощна, но могла переждать бурю у его твердого тела.

Его поцелуй смягчился, когда водоворот внутри нее начал успокаиваться. Это было одурманивающе, соблазнительно, убаюкивающе. Его пальцы продолжали двигаться, медленно и успокаивающе. Ее лоно трепетало, а тело дрожало.

Уиллоу почувствовала, как губы Киана растягиваются в улыбке, почувствовала его пирсинг у своего рта, как раз перед тем, как он поднял голову. Его свисающие волосы защекотали ей плечо. Уиллоу открыла глаза. Взгляд Киана пылал, горячий и яркий.

Убрав пальцы с ее киски, он вытащил руку из шорт и поднял их. Скользкая жидкость на его коже заблестела на свету. Киан засунул их в рот и застонал, медленно вытаскивая, облизывая дочиста.

— Блядь, Уиллоу, — язык Киана пробежался по губам. — Когда ты, наконец, примешь меня, я буду лакомиться этой восхитительной киской, пока моя ненасытная жажда не будет утолена.

Лоно Уиллоу сжалось. Ее так и подмывало сказать «да». О Боже, какой же это был соблазн. Искушение сорвать с себя одежду и позволить ему вылизывать ее сколько душе угодно и дальше, раствориться в бесконечном море блаженства.

Но нет. Пока нет. Она не готова идти дальше. Ей… нужно время. Речь шла о том, чтобы накормить его, и, судя по свету его глаз и блеску кожи, он получил достаточно.

Тихо дыша, Уиллоу повернулась к нему всем телом, положила голову на его бицепс и прижалась лбом к груди. Она просунула руки между их телами и позволила его запаху окутать ее.

— Ты так уверен, что я приму тебя?

Киан поднял ногу и закинул на Уиллоу, обнимая ее.

— Нет причин притворяться, моя Фиалочка. Мы оба знаем, что это неизбежно.

Уиллоу тихо хмыкнула, но не ответила. Она знала, что он прав. Вопрос был не в «если», а в «когда». Она чувствовала это