Доступ запрещен (СИ) - Серебрянская Виктория

***

Я влетала на капитанский мостик крейсера «Церерос», дрожа от нетерпения и предвкушения. Только бы успеть к отлету! Хочу видеть все! Начиная от предстартовой подготовки!

Я не обманывала себя. Едва закончившую второй курс, меня максимум посадят где-то в уголке, чтоб не путалась под ногами. Если совсем уж повезет, то позволят пристроиться где-то рядом с пилотом, чтобы было удобнее наблюдать за его действиями. Но на когге, который доставил меня, Айминя, Энрика и Райена с Лураны на второй космодром Звездного Флота Альянса, мне не позволили даже издали наблюдать за работой команды. Увы, там я была пассажиром по решению капитана, хмурого и неразговорчивого фарна, выглядевшего ровесником Райена и Айминя. Но при этом никого не подпускавшего к себе ближе, чем на дистанцию «служебные отношения». На меня, едва я попыталась скромно пристроиться в уголке слева от пилота, он рявкнул так, что вздрогнули все. Пришлось уходить на свое место. Райен, глядя на мою обиженную мордашку, весело подмигнул и виновато развел руками, мол, потерпи, здесь я ничего поделать не могу. Не моя территория. Но вот на крейсере… Весь перелет до военного космодрома я жила лишь мечтами, избегая общения с кем бы ни было. В особенности с Айминем.

Сутки суматошных сборов в Академии сильно повлияли на мое отношение к альдебаранцу. Я будто бы раздвоилась. Одна часть меня по-прежнему млела и таяла при одном звуке голоса Айминя, и у этой части сердце сладко замирало, когда альдебаранец останавливал на мне свой задумчивый взгляд. Вторая часть Марго, серьезная и вдумчивая, настроенная на осуществление давней мечты, теперь подвергала сомнению и тщательному анализу каждое действие, каждый взгляд «моего снежного принца». Это раздвоение приносило мне жуткий дискомфорт, меня словно разрывало надвое при одной только мысли об Аймине. А потому я старалась избегать встреч с ним, пока не разберусь с тем, что творится в моей душе. Ну и с Энриком за компанию.

Килл очень сильно и резко изменился с того момента, как мне стали доступны его чувства. Он будто бы сбросил какие-то внутренние ограничители. Если раньше мы виделись редко, бывало, я неделями не знала, где он и чем занимается, то за последние сутки на Луране я натыкалась на Вилларса постоянно. У меня даже сложилось впечатление, что он раздвоился и расставил свои копии по всей Академии. Куда бы я ни пошла, я везде видела Энрика, его хмурое лицо, горящие лихорадочным огнем темные глаза и до побеления сжатые кулаки. Уже к вечеру вся Академия смотрела на нас двоих с подозрением. А наутро, за полтора часа до отлета, Энрик вызвал меня из казармы:

— Марго, — начал он вместо приветствия, — я так больше не могу. Или сам рехнусь, или тебя с ума сведу.

Килл выглядел не лучшим образом. Бледное до пепельности лицо, под потухшими глазами чернота, бескровные губы упрямо сжаты. Изучив его лицо, я поинтересовалась:

— Ты спал сегодня? — Он мотнул головой. Я вздохнула. — Ясно. Но так же нельзя! Что ты предлагаешь?

— Сдать кровь на ДНК-тест. Так уже давно никто не делает, но в нашем случае это наилучший выход. Если подтвердится, что ты моя сестра, мы сможем оформить это документально, а отцу придется утереться своей гордостью. Да и, если со мной что-то случится, то ты унаследуешь все, что у меня есть. Это немного, но у меня уже есть собственные средства, на которые власть отца не распространяется…

— Ерунды не говори, — хмуро перебила я его. — Ты мне здесь еще завещание начни составлять.

Энрик бледно улыбнулся:

— Завещание не потребуется, если у нас на руках будет документальное подтверждение родства. Идем?

Я удивилась:

— Прямо сейчас?

Очень хотелось спросить, что он будет делать, когда окажется, что мы кровные родственники. Но я трусливо промолчала. Страусиная политика: не вижу проблемы, значит, ее нет, не лучший выход. Но я сейчас совершенно не готова была обсуждать моральную проблему Энрика. Сама в полном раздрае.

Килл кивнул и добавил:

— Я узнавал. Это процесс небыстрый. В Академии нет необходимого для проведения такого анализа. Но к нашему возвращению результат уже будет готов. А мне так будет спокойнее…

Полусонная девушка-арлинт в форме лейтенанта медицины взяла у нас с Энриком кровь, слюну и образцы волос и ногтей. На мой вопрос, зачем так много всего, косо посмотрела и буркнула какую-то заумную фразу про определение родства по множественной аллели. Я ничего не поняла, но уточнять постеснялась. Тем более что времени у нас с киллом особо и не было. Только-только позавтракать и уже вылетать. Потом поищу информацию в галанете.

Академию я покидала со странным чувством, что эта практика все перевернет в моей жизни. И так как было, уже не будет никогда. А изменения мне вряд ли понравятся.

— Вы спите на ходу, курсант?..

Вздрогнув от неожиданности и вынырнув из воспоминаний, я едва не застонала. Вот идиотка, нашла время мечтать! Стоя посреди капитанского мостика! Передо мной стоял подтянутый, очень коротко, почти налысо стриженный килл с капитанским шевроном и требовательно смотрел мне в лицо цепким взглядом. Видимо, обращался не в первый раз. Захотелось взвыть от досады. Молодец, Маргарита, хорошее впечатление произвела! Но я ограничилась тем, что вытянулась в струнку и представилась:

— Курсант Маргарита Гейден, капитан! Прибыла…

— Оооо! — перебивая меня, раздалась позади деланно-восхищенное, — Марго, ты уже здесь? Ну ты и шустра! Кэп, сдай эту пиявку Виннеалсону, а то замучает! Будет одной головной болью у тебя меньше!

Очень хотелось повернуться и сказать Райену, а это был он, спасибо за характеристику. Но я боялась даже лишний раз вздохнуть, потому что сердитое выражение на лице килла сменилось неподдельным удивлением:

— Пилот?! Что сдохло в космосе? И почему этот уникум оказался у меня на крейсере?

Прихрамывая, Райен подошел поближе и фамильярно приобнял меня за плечи:

— Зришь в корень, кэп! Марго действительно уникум. Мне про нее понарасказывали в Академии. Эта пиявка даже адмирала Крайтона привлекла на свою сторону…

Я зашипела, бросая обеспокоенные взгляды на капитана. И процедила сквозь зубы, надеясь, что килл меня не услышит:

— Райен, как твоя нога поживает? Может, тебя слишком рано выписали из госпиталя? Так я сейчас помогу вернуться…

Райен расхохотался. А потом, все так же не отпуская моих плеч, слегка встряхнул и серьезно пояснил:

— Привыкай, Марго, мы все здесь как одна большая семья. В известных пределах. Кэп допускает фамильярность в отношениях, если это не вредит субординации. Такая модель поведения при наших заданиях очень даже полезна: во-первых, помогает безболезненно сбрасывать лишнее напряжение. Во-вторых, сплоченной команде веришь, как себе, и не задумываясь доверяешь не только спину, но и жизнь. Кстати, кэп, — он повернулся к капитану, — Марго подписала наивысший уровень допуска, так что при ней можно смело говорить обо всем. А вот парнишка, штурман, на правах обычного курсанта, хоть и будет работать в связке с Марго.

Лицо капитана разгладилось. Он вздохнул и покачал головой:

— Если уж везет, то везет до конца. Мало мне тебя и Виннеалсона, теперь еще одна полоумная. — И уже мне: — Добро пожаловать в семью, девочка! Можешь пока наблюдать за процессами, кресло второго пилота свободно. Поговорим после выхода в гиперпространство. Сначала с вами обоими, потом с тобой отдельно. Райен, чем порадуешь? — переключился на фарна вновь.

— Сейчас, кэп, сдам девчонку Виннеалсону, а то она аж приплясывает от нетерпения. А потом расскажу. Но новости не особо радостные. Чип не откалиброван, будем работать на ходу, альдебаранец нам в помощь. Ну и Маргарита. Минуту.

Фарн, не выпуская из дружеского захвата моих плеч, подвел меня к сосредоточенно работающему пилоту и легонько постучал его по плечу:

— Вин, отвлекись на секунду! — Тот раздраженно махнул рукой, мол, отстань! Райен преувеличенно-тяжко вздохнул: — Вот видишь, Марго, с кем приходится работать? Полюбуйся, это твой будущий портрет! Если не одумаешься и не бросишь учебу.