Зимний Бал, или Еще один шанс для попаданки (СИ) - Гринберга Оксана

Оказалось, на Зимнем Балу королева собирается представить ее своему старшему сыну, кронпринцу Шелдону. Произнеся это, Каролина то ли упала в обморок, то ли впала в сладостные мечты.

Именно так мы вернулись на наш каток – полные самых радужных надежд и ожиданий. Но Брамс никуда нас не отпустил. Позвал всех в ближайшую ресторацию, нас и детей, заявив, что он настаивает и все оплатит.

Потому что нам нужно непременно отметить успех и еще то, что все его мечты воплощались в реальность.

Впрочем, долго в ресторации мы не остались. Счастливые и сытые дети отправились по домам, нагруженные подарками. Маркус давно меня ждал, княжнам не терпелось рассказать обо всем матери, а Ким-Ли взяла с собой Рори на шумный праздник в общине кори.

Поэтому у нас с Маркусом вышел замечательный романтический вечер. Затем настало привычное утро, наполненное приятными домашними хлопотами, делами и тренировками, после чего дни пробежали так быстро, что я и моргнуть на успела, как наступил канун нового года, который принес с собой поездку на Зимний Бал.

Туда я отправилась не только со своей ледовой труппой. Заодно меня сопровождал еще и Маркус.

***

И грянул бал, на котором наши выступления поставили первыми, причем «Ледовую труппу Брамса» с тремя танцами заявили как главный королевский сюрприз.

И дети в очередной раз нас не подвели. Блестяще откатали два своих танца, и им аплодировали несколько минут подряд.

Польщенные, они убежали переодеваться; маги изменили освещение на катке, оркестр затянул пронзительную и печальную мелодию – в песне шла речь о неразделенной любви, – и мы катались уже втроем – Ким-Ли, Каролина и я.

И в очередной раз произвели фурор, потому что тоже не подвели.

Нас засыпали цветами, искупали в овациях и комплиментах и никуда не собирались отпускать, требуя повторить выступление, но нам все же удалось улизнуть.

После этого, переодевшись, мы тоже вернулись на каток.

Уж и не знаю, представила ли королева княжну Каролину своему сыну, как и собиралась, но краем глаза я заметила, что подругу у остальных украл молодой светловолосый красавец, после чего ухаживал за ней весь вечер, ревниво оберегая свое сокровище.

– Кажется, у кронпринца такая же любовь ко льду, как и у его матери, – услышала я чей-то разговор и решила, что все идет по плану Каролины.

Затем в течение вечера снова и снова получала этому подтверждение.

Девушки смотрели на «увлечение» принца Шелдона с кислым видом, заявляя, что Каролина Вельская, несомненно, хороша, но они куда лучше, а матроны гадали, чем все это закончится – королевской свадьбой или же разбитым сердцем молодой княжны.

Зато княгиня Вельская глядела на дочерей с любовью в глазах и затаенной гордостью. Потому что Ильен тоже была окружена кавалерами, наперебой заявлявшими, что они сильно скучали и не находили себе места от тоски во время ее отсутствия.

Зато Алекс поблек на фоне успеха своих сестер.

С потерянным видом он стоял рядом с полной девушкой в шубе до пят, которая даже не рискнула надеть коньки. Вместо этого гоняла молодого князя по поручениям, с довольным видом поедая то, что он приносил ей от столов с угощениями.

Встретившись со мной взглядом, Алекс Вельский отвел глаза.

Я мысленно пожала плечами, после чего окончательно выкинула его из головы. Мне было все равно, чем занимался, жил и дышал молодой князь, потому что наши пути разошлись навсегда.

Вместо этого я отыскала глазами Ким-Ли – она стала звездой этого вечера, и ее окружали с дюжину кавалеров.

Наверное, мне бы тоже перепало от мужского внимания, но Маркус охранял меня не менее старательно, чем кронпринц Каролину Вельскую. С холодным видом разглядывал излишне навязчивых кавалеров, заявляя тем, что в его лице они видят моего жениха, а заодно и Особый Отдел Тайной Канцелярии королевы.

Так что он искренне советует им не тратить времени зря и не питать напрасных надежд.

Зато Брамса своим соперником он не считал, поэтому тот был допущен ко мне и долго тряс мою руку, заявляя…

– Все только что решилось, Рина! Я имел долгий разговор с советником королевы, который отвечает за градостроение в столице, и даже выяснил сумму и согласовал наши планы. Мы будем строить собственный закрытый каток! Можно сказать, ледовый дворец!

– Вот это новости! – ахнула я.

– «Ледовый дворец Брамса»! О Боги Ровейны! – прохрипел он, и я испугалась, что Виктора вот-вот хватит удар. Исключительно от переполнявшего его счастья. – Рина, но это же… Это же…

Это была самая большая и невероятная его мечта, которая вот-вот воплотится в жизнь.

Брамс был счастлив, мои подруги тоже, и Рори, катавшийся за руку с Нэнси, и Томас с Софией – они как-то поделили девочек и, по словам брата, даже не подрались.

Я полностью разделяла их чувства. Это был наш вечер, наш триумф!

– Ты вся светишься, Рина! – с улыбкой заявил Маркус, после чего снова меня поцеловал.

Тут стали бить огромные часы на королевской часовне, отсчитывая последние секунды уходящего года.

– Десять! – дружно закричали гости, и внезапно я…

Неожиданно я вспомнила украшенный к празднику зал в Москве, моих нетрезвых коллег, и Артема, целующего Вивьен, а также свое бесконечное одиночество.

С того дня прошел неполный месяц, и мой настоящий мир полностью выпал у меня из головы.

Но сейчас я продолжала его вспоминать…

– Семь!

Бокал с шампанским в моей руке. В нем – пепел от записки, в которой я попросила, чтобы моя жизнь изменилась навсегда. Мне нужен был еще один шанс.

– Пять!

То, как я выпила содержимое бокала одним глотком, но моя просьба не собиралась задерживаться у меня внутри. Наверное, я слишком многого хотела, и мироздание решило, что мне будет жирно.

– Три!..

В этот самый момент – стоя рядом с Маркусом – мне стало до безумия страшно.

Потому что, попав в Ровейну, сперва я искала способ вернуться назад, в свою прежнюю жизнь, но потом перестала, а заодно и совершенно об этом забыла.

Выкинула подобные мысли из головы.

Но сейчас повторялось именно то, что было в моих видениях.

И этот каток, и пушистые хлопья снега, срывающиеся с расцвеченного магическими огнями неба, и волшебство Нового Года, а еще сильный мужчина рядом, на которого я всегда могла положиться.

Но ведь я больше не хотела… Не могла вернуться в Москву, потому что именно здесь, в Ровейне, у меня было все, о чем я только мечтала!

Мужчина, в которого я влюблена и кто любил меня и, уверена, вот-вот сделает мне предложение.

Брат, со смехом круживший невероятно красивую девочку, звезду детской группы.

Подруги – счастливые и раскрасневшиеся, осаждаемые кавалерами.

Мое призвание, наш общий успех и огромные планы на будущее.

Разве я могла… Нет же, я совершенно не хотела возвращаться в свой мир! Потому что мой дом был именно здесь, в Ровейне, рядом с людьми, которые мне дороги!

– Один! – дружно выкрикнули гости. – С новым 5722 годом!

– Я люблю тебя, Рина! – произнес Маркус, после чего вновь прикоснулся к моим губам.

И тут же вспыхнули, зашипели и закрутились фейерверки, а мой мир стал разваливаться на куски.

«Не-е-ет! – закричала я мирозданию. – Вы не можете!.. Не имеете права так со мной поступать! Это мои любимые люди, и я хочу быть вместе с ними!»

Но мир продолжал распадаться на части, и я, перепугавшись до ужаса, принялась его собирать. Изо всех сил цеплялась за Ровейну, за стоящего рядом со мной Маркуса и за ощущение бесконечного счастья, не позволяя себе вернуться назад.

Туда, где меня никто не ждал.

В серую и постылую жизнь.

И это было самое сильное, самое искреннее мое желание – остаться здесь, в Ровейне.

…Мир померк и почти сразу же возник снова, но в момент безвременья я многое успела осознать.

То, что человек по имени Стефан Одридж совершил немыслимый прорыв. Нечто такое, что было угодно мирозданию и отвечало общему Божественному замыслу.